Пусть она и сохраняла молчание, в некотором роде и ее волновали подобные действия. Хотя в отличие от змея, девушка волновалась немного об ином. А вот о чем именно, тут еще стоило погадать. Отчасти, люди что хорошо знали ее, вполне могли подумать о Саске, что все ее мысли были забиты этим красноглазым брюнетом. И на самом деле те были бы чертовски правы, но, за одним масштабным и большим исключением. Ее чувства были намного глубже, ее мысли намного четче, а волнение было просто неизбежным. 

Сбежавший шиноби, с запретной техникой.. Интересно как он это смог провернуть, хотя, думаю Саске такое расплюнуть. 

Поправляя свои очки, та замедлила свой шаг, что бы в итоге оказаться позади этой парочки. Ее взгляд блуждал по фигуре Кабуты, а затем переместился на Саске. Ну тут было уже все понятно, ведь та его чуть не боготворила, наверное именно из-за этого, красноволосая ну совсем чуть чуть приревновала к змеенышу. Так что занимая местечко, с другого бочка, та старалась идти поблизости с брюнетом. Не набрасывалась на того, со своей излюбленной прилипчивостью и страстью что-то да выкинуть, такое, от чего многим было бы стыдно находиться с ней рядом после этого.

Не зная чакру лично, будет сложно найти его моими навыками, но я все равно буду полезной.

Кажется охрана, что стояла на входе и оберегало покой их дражайшего хокаге, при новой встречи с шатенкой, каждый раз напрягалась. На самом деле их беспокойство та понимала, не каждый день увидишь таких трудоголиков как она. Мелкие поручения на то и мелкие, что времени мало затрачивало. На самом деле той было вполне себе удобно, работать в таком темпе. Снова приветствовать она их не стала, лишь скромно улыбаясь, прошла мимо. С облегчением понимая, что скоро будет другая смена.

После того как она вышла с кабинета, девушка развернула свиток, дабы ознакомится с дальнейшей миссией. В этот раз ей не нужно было бегать по всей деревне, и было достаточно просто прийти в одной место. Где собственно она и могла бы помочь. Ознакомившись полностью с сутью, Рин его свернула и убрав в дальний кармашек, отправилась исполнять его.

И вновь она видит стражу на входу, все так же мило улыбается приветствуя их здесь. Хотя ведь она их уже совсем недавно видела, но все таки стоит еще раз. От нее не убудет ведь. Обезьянка в ее руках немного разбушевалась, но Рин ее держала и тем самым не давала той улизнуть вновь. Кажется ее пугали неизвестные люди, или она понимала что ее отправят домой, а значит не хочет? Кто знает, а вот сама Нохара шла дальше.

Так значит мне нужно найти домашнего питомца? Так, посмотрим что там написано?

Осторожно выйдя из кабинета, девушка развернула нужную листовку с поиском о пропаже. Что же, специфическое животное, у людей конечно странные предпочтения. Но что поделать? У каждого свои вкусы, тут особо и думать не о чем. Ознакомившись со всей сутью данного задания, она припрятала его в дальний кармашек и уже большей уверенностью, отправилась дальше.

И вот она наконец таки добралась до нужного ей здания. В кармашках гулял ветерок, так что стоило немного и подработать, собственно Рин никогда не горела желанием пойти на миссию сверх своих возможностей. Она не гонялась за ранговой системой, но была предельно готова ко многим исходам. Так что поздоровавшись с охраной на входе, девушка прошлаКонтроль Чакрыchakra(5) дальше.

Подчиняясь собственным мыслям и воспоминаниям, черным, едким, подобным тягучей и липкой смоле, из коей невозможно выбраться, как бы того не хотелось, Учиха долгое время был обездвижен ожиданием. Внутренний взор скользил по картинам прошлого, самым светлым и памятным из них, беспомощно наблюдая, как те постепенно расходятся трещинами, подобно кристально чистому зеркалу, и осыпаются осколками, впоследствии рассыпаясь в пустоту пылью. А за ними — одна лишь чернота, нестерпимая и холодная. Он тонул в этой непроглядной тьме, все явнее ощущая на собственном сердце раскаленный яростью камень, давящий своей непосильной ношей до реальной боли в груди.

Где-то там, в глубине за грудной клеткой, заметно гнездился мрак прошлых лет. Годы, что давно увяли во времени, до сих пор давили на плечи, смыкаясь на руках ирреальными оковами, с каждым годом только усиливая тяготы внутренних переживаний.

Прошлое стало для него бескрайней пустошью, коя пламенела, словно опаленная земля, ставшая жертвой страшнейшего из пожаров. В глубине его сознания тлели назойливые мысли о собственном бессилии и давно упущенных шансах обернуть ушедшие годы вспять, чтобы все вернуть назад. Но, все, что ему оставалось — потакать сокровенной жажде обрести силу, коя сможет сломить эти оковы и цепь, что тянется к рукам, правящим не только деревней, но и его кланом. Безволие, надиктованное его роду, уже многие годы цепляется за его сердце отравленным послушанием крюком, что по сей день остается для многих лишь незримым предрассудком. Жгучая тревога за будущее, словно кислота, неустанно рыщет под кожей, изъедая его мысли яростью. 

Однако в этом мрачном лабиринте мыслей, Саске все чаще видит малую искру — мелькающий отблеск замысла. И всякий раз он тянется к ней дрожащей рукой, как жаждущий путник, оказавшийся на грани иссушения, видя в этом отсвете новое начало, будущее, кое обязано когда-нибудь наступить, кое станет стабильной землей после землетрясения не только для него, но и всех, кто таит в своих жилах кровь его рода.

Яркий луч утреннего солнца резко ударяет своим теплом в его черный волос, и следом он чувствует жгучий укол с первыми услышанным словом Карин. Звук, сорвавшийся с уст Кабуто, звучит следом. Прибытие этой двоицы сродни ледяной капле, ниспадающей на его раскаленные гневом размышления, коя позволяет наконец вырваться в реальность. Никто из них не был ему важен… Их сила важнее всего, поскольку в будущем она поможет той эфемерной искре разрастись до пламенного пожарища и позволит удержать его в руке.

Медленно приподнимая голову, брюнет холодно осматривает сначала Карин, а после и Кабуто, стараясь не соприкасаться с их глазами своими.  

— Идем. — он размыкает руки и сходит с места, переступая за порог, погружаясь темным силуэтом в полумрак коридоров.

Безразличный взгляд ведет его вперед, игнорируя всякую встречную фигуру.

— Что бы не произошло, не вмешивайтесь. — требовательно, с щепоткой грубости в голосе, произносит он, мерно ступая впереди двоицы.

Подойдя к небольшим, но всё же внушительным вратам, что вели во внутренний двор резиденции, юноша прошёл на территорию главного здания Конохи. Пройдя пару сотен шагов по серой каменной дорожке, что была чисто выметена, мимо аккуратных деревьев и подстриженного газона, Ямато подошёл к двери внутрь здания, которую охраняли двое джонинов. Как только они пристально посмотрели на генина и удостоверились, что он не опасен, парень вошёл внутрь.

- Не волнуйся, меня не интересует та часть Саске-куна, которой ты так озабочена, - не превнося в свои слова многозначительности намеренно, Кабуто усмехнулся сам себе, всё ещё играя мину плохого парня, который бесит Карин. Он прекрасно понимал, что пока он ведёт себя так, красноволосая будет беситься, но в целом в ином случае она просто будет его игнорировать, что ни сколько не упростит дело.

"И я не собираюсь тебе мешать, поверь. Саске, по непонятным мне причинам, слишком закрывается в себе и мало обращает внимания на окружающих. Наше отношение к нему играет, вероятно, такую же роль, как и случайная пещинка, которая попала в сандалии - просто неудобство, ничего более..."

А Саске уже стоял и ожидал своих знакомых недалеко от резиденции. 

- Уж прости, что мы задержались, - наклоняя голову на бок Кабуто пожал плечами, словно изображая некую невинность и растерянность. 

Выйдя в коридор, Ямато сразу же повернул в сторону лестницы, и через несколько секунд начал спускаться. Завершив свой спуск на первый этаж, он очутился в большом и просторном фойе резиденции. Пересекая его, он огляделся по сторонам, но ничего интересного обнаружил, поэтому продолжил свой путь молча и смотря лишь вперёд. Пройдя мимо джонинов, что стояли на входе в здание, юноша довольно быстро прошёл по внутреннему дворику и вышел на более тёмные улицы Конохи.