Вскоре его силуэт влился в людской поток улиц деревни. Со стороны — ничем не примечательный шиноби, каких в этом квартале проходили десятки за день. Разве что вид у него был слегка болезненный: кожа бледнее обычного, скулы заострены, под глазами залегли тени, намекающие на долгие бессонные ночи или затяжную хворь. Одежда сидела свободно, чуть мешковато, словно он похудел быстрее, чем успел сменить гардероб. Обычный человек. Едва ли достойный пристального взгляда.

Однако что-то в нём заставляло прохожих менять траекторию.

Это происходило без участия сознания — чистая телесная реакция, доставшаяся от далеких предков, которые умели чуять хищника прежде, чем тот выходил на свет. Люди расступались перед ним, сами того не замечая. Кто-то ускорял шаг, поравнявшись с его плечом. Кто-то вдруг вспоминал о неотложном деле и сворачивал в переулок, хотя минуту назад никуда не торопился. Молодая мать, не отдавая себе отчета, перехватила ребенка за плечи и увела на другую сторону улицы — просто потому, что воздух вокруг этого человека показался ей вдруг спертым и холодным.

Трудно было сказать, что именно служило источником тревоги. Возможно, аристократическая бледность его черт, слишком правильная для живого, дышащего существа, вызывала смутные ассоциации с похоронными масками. Возможно, походка — неестественно мягкая, текучая, лишенная четкого ритма шагов, — сбивала с толку периферийное зрение: тело двигалось, а звука почти не возникало, словно он не касался подошвами мостовой. А возможно, от него исходило нечто более тонкое — давление. Эманация угрозы настолько концентрированной, что кожей её ощущали даже те, кто никогда в жизни не держал в руках оружия. Она не кричала, не заявляла о себе громко — она сочилась, как газ без цвета и запаха, заполняя пространство вокруг его фигуры. И тела случайных зевак откликались раньше рассудка: дрожь вдоль позвоночника, холод в животе, внезапное и непреодолимое желание оказаться где-нибудь в другом месте.

Он не обращал на это внимания. Или делал вид, что не обращает. Шагал себе дальше — спокойный, отрешенный, словно прогуливался по пустынной аллее, а не сквозь толпу, которая инстинктивно обтекала его, как вода обтекает острый камень. Лишь уголки губ подрагивали едва заметно — то ли усмешка, то ли привычный нервный тик.

Что ж, брюнет после всех этих странных проверок, наконец таки смог найти популярное здесь местечко. Не то что бы он был, ну прям таки сильным ценителем какой либо кухни. Еда есть еда, ну и естсевенно тот не был привередлив в выборе, но раз посоветовали, то почему бы и нет? Заказывая самое лучшее, он попробовал уже половину блюда.

"Ну, не так уж и плохо.. И все же, это место.."

Он осмотрелся, поправляя свои очки, хотя по итогу решая их все таки снять. На устах появляется какая-то, даже через чур теплая улыбочка. Было ли ему приятно видеть эту обычную, моментами счастливую жизнь других? Несомненно, ему нравилось это. Рей повидал всякого, и было там много чего неприятного. 

"Интересно, родился бы я, в подобном месте. Насколько бы моя жизнь поменялась бы? Наверное сейчас бы я жаловался как все скучно, как все утомляет, ахаха.."

Вновь принимаясь за еду, он невольно окунулся в свой омут, переполненный печалью. Правда из этого места, его вытащил уже знакомый голосочек девушки. 

- Хо? Хана-чан? 

На губах практически моментально появилась улыбочка, скрывая за ней свое легкое удивление. Конечно они и говорили об этом месте, но сам парень и не надеялся тут встретить кого либо из этой парочки. 

- Вроде не было, ну кроме того серьезного типа. Честно признаюсь, не был готов к подобному на трезвую голову. 

"Не хотел бы с ним встретиться еще раз..."

- А ты покушать сюда забежала, или все таки про меня вспоминала?

Хана появилась из легкой дымки, немного переводя дыхание. 

- Ох... такие ускорения... давно не делала. Похоже суставы таки немного не были готовы.

Склонилась потирая коленки. 

Время здесь текло по своим законам и ресторан, наполненный ароматами свежей лапши и жареного мяса, казался немного чуждым, как и сама деревня. Он уже не был тем местом, в котором она оставляла свои мечты и амбиции, не тем уютным уголком, где она, еще совсем молодой шиноби, могла отвлечься от очередных поворотов в судьбе, чаще амурных. В этот вечер, с подслеповатым светом заходящего солнца, она вернулась сюда, спустя годы, и запах бульона, который когда-то был частью её ежедневного ритуала, встретил её, как старый знакомый, возвращающий воспоминания, давно скрытые за толщей времени.

Теучи, который всё так же прилежно следил за приготовлением пищи, выглядел старше, но не менее приветливо. Его глаза, все так же наполненные доброжелательностью, не могли скрыть того, что многое из того, что когда-то было важным, стало каким-то эфемерным, словно миражем, который растворяется, едва заметив его.

Куноичи уже собиралась подойти и сделать заказ как увидела в углу своего "знакомого" по "спасению" - Рей-куна и сперва направилась к нему. 

- О... привет-привет, няша! Рада видеть, что с тобой все хорошо! Надеюсь у тебя не было проблем из-за нас? 

Хана стояла скрестив руки на груди уже не как потеряшка в плаще на голое тело, а как полноценный, хоть еще и не до конца попавший морально в струю нового времени шиноби. Услышав о том, что бюрократическая тягомотина наконец подошла к концу, она несколько облегченно выдохнула. 

- Спасибо, Киеми. Не знаю что хуже. пять лет в зеленом желе... или те несколько часов бюрократизма тут... В любом случае я рада. Эта страница наконец дописана до конца и можно ее перевернуть со спокойной совестью. И вон тот "буквоед"...

Небрежно показала большим пальцем через спину на Рюсеена. 

-... наконец доволен. Только странно застыл. видимо переваривая все происходящее. В любом случае... нужно начинать налаживать жизнь. Чуть позднее приду за заданиями, а теперь не плохо бы поесть для начала. Увидимся позже... 

Повернулась, но сделав шаг еще раз обернулась и бросила через плече. 

- Правда спасибо... 

Не совсем понятно было кому именно это адресовано. 

- Увидимся в Ичираку Рю-кун... если решишь продолжить наше знакомство... 

Наконец девушка исчезлаШуншинchakra(100) в дымке. 

Не смотря на невзгоды и однотонность местности, не смотря на палящее солнце и высокую температуру, на изменчивое состояние пустыни, забирающей жизни десяток, а то и сотни жизней путешественников, проходимцев и караванов и тяжелые условия – Сабито продолжал следовать своим целям.

Любое сухопутное существо, что идет своими ногами по глади песочных дюн, могло бы испытывать неприятные ощущения жгучих ударов песка под покровительством и так нещадящего солнца по лицу оставляя дискомфорт для глаз, застилая взор и путая дорогу, но не для Сабито. Парень был настолько подготовлен к жизни, что его выносливость, просто держала все на уровне спокойного прибывания в данных условиях: - «Палящее солнце? Песок, бьющий в лицо? Не ровная дорога? Пустыня всегда бросает вызов, похлеще данных миссий для нас.» - Немного высокомерно отреагировал парень в полетеЭлемент Земли: Техника лёгкого камняchakra(25) , из-за чего и не ощущал проблем от всех невзгод, брошенных самой природой, но, с другой стороны, Сабито преодолевал всё то, что ему удостоила «судьба» лишь только, благодаря мысли об утерянной Акико. А его снаряжениеОдежда: Белая мантия, заранее подготовленноеАксессуар: Темные монокли к этому походу, было явным выражением знаний и серьезности.

Находясь на высоте, парень без проблем не терялся в направлении, которую ему указал старик, не путаясь в собственных шагах, а ровно пролетая над местностью как в свободном полете истинно свободный от такого понимания как «примерные данные местности» или «трудности ориентации» в прямом смысле, Сабито благодаря своим навыкам, мог лететь по прямой при этом не сбиваясь в направлении, что местность играла ему на руку, ориентируясь как «рыба в воде». 

Возможно, единственной проблемой, могло стать наличие миражей, пустыня любит обманывать всех и Шиноби тому не исключение… Но не для Сабито… Благодаря своему умению летать, Сабито контролировал все «обманы» пустыни простыми способами «пилотирования». Если перед парнем возникали немыслимые и правдоподобные миражи на уровне ближе с землёй, он просто поднимался выше, буквально рассеивая мираж, при этом не преодолевая перегрузки тела от того же давления, контролируя своё состояние.

Единственной проблемой, что осталось для него, было точное нахождение места раскопок девушки и в этом случае, он только надеялся, что старец из каравана, указал верную дорогу, указанием своего пальца. Даже на вершине, он рассматривал приблизительно похожие сооружения, углубления, проходы и скрытые следы, где могли бы быть люди.