По прежнему держа руки в карманах, а собственные размышления в русой голове, Ямато даже и не заметил, как оказался перед воротами Конохи. Оглядевшись, юноша заприметил, что охраны стало вдвое больше, и караульные постоянно ходили туда-сюда, внимательным образом следя за всем вокруг и тщательно осматривая и записывая каждого гостя или уходящего. Юный шиноби не стал исключением - вынув руки из карманов лишь для того, чтобы достать из сумки свиток и документы, он прошёл к будке и обратился к охранникам.

- Здравствуйте. Меня зовут Ямато, я генин Листа. Выдвигаюсь на миссию по поиску пропавшего путешественника, - Показав документы и свиток с заданием, молвил парень. - Мужчина потерялся где-то неподалёку, так что довольно скоро я вернусь в деревню.

- Хорошо, проходи, - Ответил один из джонинов, записав имя генина и цель выхода из деревни в специальный блокнот.

- Благодарю. Хорошего вам дня! - Попрощался юноша и повернулся в сторону темнеющего вдали леса, убрав документы и свиток на места.

"Где-то там сейчас этот несчастный художник... Если я не поспешу, то может оказаться, что я буду виновен в травмах, которые он может получить, поэтому нет у меня времени просто стоять на месте и смотреть на виды..."

Взяв ноги в руки, Ямато вложилКонтроль Чакрыchakra(5) чакру в ступни для того, чтобы перемещаться немного быстрее, после чего сорвался с места и умчался в направлении плотного ряда деревьев. Не прошло и нескольких минут, как он исчез под их сенью...

После непродолжительного движения по главной улице вместе с обычными жителями и вот Обито оказался прямо на выходе из деревни. Для себя он приметил при первом впечатлении интересную деталь, что как обычно купцов совсем не было видно в очереди покинуть деревню, лишь несколько шиноби виднелись там, для возможности направиться на своё задание, "Все утром успели разъехаться выходит... Значит, мне очень повезло! Не придётся лишний раз отсиживаться в очереди". Разделив вместе с джоуниными не самую приятную судьбу, Учиха совсем не много прождал своего времени в очереди, по результату ожиданий оказавшись перед новыми чунинам, которых Обито совсем не видел. Небольшой диалог и проверка свитка, и вот Обито уже был готов направиться в нужном направлении, "Далековато меня на этот раз отправили, надеюсь, эта миссия окажется мне по плечу!".

В скором времени они добрались до центральных врат. Наруто некоторое время терпеливо ожидал, пока его напарница решит некоторые формальные моменты с охраной. Как только было получено разрешение покинуть селение, они направились дальше, постепенно приближаясь к лесу.

- Нууу, с компании с тобой, дорога будет проходить намного веселее... - он перевёл взгляд на Хинату и в привычной ему манере, широко улыбнулся. 

Хината добралась до ворот и конечно вместе с напарником. Она показала пропуск охранникам, которые без вопросов уже разрешали выходить из селения.

- Хорошо. Нам придется идти достаточно дальше нашего леса. Это может длиться несколько часов, но я думаю ты уже привык. 

Говорила она и отвела взгляд в сторону и немного засмущалась, потому что уже чересчур стала себя уверенно вести и это не могло длиться вечно. Хината зашагала вглубь леса. 

Пыл солнца уже смиренно сходил за горизонт, позволяя абрисам жилой панорамы плавно утопать в хладе ночной полутьмы. Ленивый шелест редко слетавшей с ветвей листвы послушно вторил каждому мгновению мерно утекающего в забытье вечера, предрекая наступление блаженной темноты. Замогильная тишина ложилась на окрестности величия врат, словно живая вода на иссохшие губы жаждущего, вытесняя усталость вечно хранящих здешний покой желанными праздностью и спокойствием.

Темный силуэт, резко налетевший на земную твердь, словно явившийШуншинchakra(25) себя из провала пустоты, замер аккурат у границы на слегка подогнутых в коленях ногах, прежде чем вытянуться и поднять отрешенность спокойных глаз, устремляя те в глубины селения, сколько позволяли распахнутые створы ворот. Лицо юноши, награжденное лишь непроницаемостью и индифферентностью, подобное всесторонне отполированному куску мрамора, взирало на размытые в полумраке очертания из камня. Стойкость холода его черных, сложенная будто из крупинок первозданного льда, была лишена даже малейшего колебания, хоть и за ней, где-то в глубине на подкорке сознания, все исходилось трещинами от незыблемого желания шагнуть в противоположную сторону.

Тяга к силе и могуществу служили единственным двигателем его существования, а деревня — всего лишь балласт, кой только тянет назад своими нелепыми обязанностями, возложенными на него как на столп и живой инструмент. Саске с самого детства, в те времена, когда испуганные глаза, не знавшие цвета смерти и отчаяния, впервые увидели проклятый кровавый дождь, ступал по этому пути, даже сам не ведая, какую именно из целей преследует. Эту тропу он ощутил еще мальчишеской ногой и продолжал по ней идти в юношестве, ожидая в конце только чужую кровь и сожаления этой крови за былые поступки.

Густота ночных теней с каждой секундой заволакивала уже изрядно потемневшие улицы, когда брюнет наконец двинулся вперед, с большим усилием искореняя желание развернуться, и перешагнул за брусчатый «порог», встречая безразличным взглядом развернувшиеся просторы его родного, но ненавистного дома. И стражей врат, заблаговременно обративших внимание на плывущий в сумраке силуэт, кои без задней мысли в одночасье стали на пути непроходимым препятствием. Пройти через них было насущной необходимостью — норма порядка, которую все и без исключения, как и сам Учиха, не могли проигнорировать.

Глаза, едва ли настороженные и нелюдимые, поочередно скользнули по обеим фигурам, и он вынужденно останавливает свой ход. Брюнет не стал отвечать на сорвавшийся в тишину вопрос, принимая то за бессмыслицу, и неторопливо вынул свиток из глубин поясной сумки, впоследствии точно бросив его навесом прямиком в руки одного из шиноби. Чернильные начертания иероглифов на белизне бумаги могли сказать куда больше о причинах, по коим генин когда-то оказался за пределами стен, а теперь с темнотой возвращается назад, нежели холод простых и излишне прямолинейных слов. Секунды, в реальности скоротечны, но в его восприятии длительны — и часовые покоряются написанному от руки указу — сверток влетает назад в его своевременно поднятую руку, с глухим и совсем тихим хлопком вдавливаясь в обхват бледных пальцев. Один из защитников рубежей деревни небрежно машет рукой, позволяя пройти, и освобождает путь, наконец удаляясь в сторону.  

Учиха сходит с места и монотонными шагами движется дальше, минуя разверстые врата. Куски дерева на громадных петлях, окрашенные зеленой краской и зияющие двумя алыми символами, лепили на внутренний взор самые разные воспоминания и обдавали резонирующими друг с другом эмоциями. Каждое движение, ведущее в глубины, каждый едва ли слышимый отзвук соприкасания подошвы с землей чернили мысли горьким дегтем и сожалением о впустую потраченном времени. Фигура вступала на привычные улицы, волнующие не больше, чем адреналин в заведомо выигрышной драке. Всякий уголок, всякое здание, постройка полнились спокойствием и посредственностью, являясь для него всего лишь визуальным фоном, кой он не мог и не хотел принимать и понимать.

Бросив быстрый, полный отрешенности взгляд на скалистые изваяния лиц на другом конце деревни, брюнет наконец придается ветру, вновь растворяясьШуншинchakra(25) в пустоте одним резким прыжком.

Тем временем, занятые обсуждением деталей предстоящего задания, Какаши и Ино практически достигли главных врат Конохагакуре. Тут и в самом деле было намного людно, нежели на улицах в центре или окраинах, и тому были свои причины. Кажется, рассуждения Яманака касаемо предположений о том, с чего начать задание, к чему стоит сначала подступиться, пришлись по душе пепельноволосому, по крайней мере — он не продемонстрировал никоим образом недовольства и в его голосе нельзя было уловить снисходительных ноток, впрочем, Хатаке такое и не практиковал ранее по отношению к светловласке. Мысленно оба сошлись на том, что поспешно сейчас выстраивать определенный паттерн действий, ведь на самом деле всё может обернуться не так, как они предполагали, а то и хуже — абсолютно не в их пользу. 

Пока охрана на вратах сверялась со свитками заданий, и молодой шиноби решил поделиться своими мыслями касаемо всей этой ситуации. 

— Мне нравится ход твоих мыслей, Какаши. Попробуем действовать, исходя из этого. Как вариант. — одобрительно закивав в ответ на реплику Какаши, молвила Яманака. 

"С ним в команде как-то спокойнее, Какаши рассуждает здраво и подает свои мысли вполне грамотно." 

Не то чтобы девушке доводилось часто выполнять миссии в команде — этот случай разительно отличался от всего того, что было раньше. Учитывая специфику задания, и, скажем честно, запутанность предпосылок, Ино по крайней мере твердо верила, что им удастся разобраться во всём, к чему она приложит руку. 

— Я поняла, буду осторожнее, не провоцировать никого и не поддаваться на провокации. 

Легкая заминка на вратах подошла к концу, и компания из двух ниндзя отправилась на выход из деревни. 

Погруженный в свои мысли Какаши продолжал прокладывать путь для себя и Ино сквозь поток людей, что становился всё гуще и шире с приближением к воротам. Однако глубокая задумчивость нисколько не мешала вместе с тем так же вполуха прислушиваться и к девушке, воспринимать её слова и анализировать. Составлять какие либо точные планы в отношении таких неизвестных величин, как убийца или несколько убийц и несколько школ бойцов не несло практически никакого смысла. Всё равно не зная наверняка отношения к ним общества храма, способностей и количества врагов ничего толкового не сделать. Единственной целью Какаши, когда он попросил Ино придумать план было дать ей чуть более глубже задуматься над заданием, прочувствовать собственную вовлеченность и привыкать полностью анализировать всю доступную информацию. Это точно понадобится, когда она сама станет капитаном, а уж если в будущем попадется командир в группе с интеллектуальным уровнем чайного сервиза - подавно.

Тем временем, впереди выросла громада ворот Конохагакуре с примостившимся рядом с ними контрольно-пропускным пунктом. Именно туда Какаши свою спутницу и повел и пока чунины осматривали свитки с заданием и пропуском и вносили данные в реестр, повернулся к Ино и начал со скучающим голосом говорить:

- Бытует мнение, что преступник любит возвращаться на место своего преступления. Искушать судьбу, так сказать. Авось кто поймет, погонится, или хотябы заподозрит и это даст ему адреналин. Так что в первую очередь обратим внимание на тех, кто частенько бывает у могилы монаха и на месте его убийства. 

Получив свитки обратно на руки, Хатаке убрал их в карманы жилета и зашагал на выход.

- Кроме того, будь мы даже хоть образцами добродетели, силу к нам скорее всего применят. Я не хочу, чтобы ты их провоцировала. Но готова сама защищаться будь. Не мы должны напасть первыми. А самооборона совсем другое. Почему я так решил.. пожалуй потому что убийца постарается направить нас по ложному следу и прямо либо косвенно будет нам "помогать разоблачить" конкурентов, на которых вину скинет, а тех в свою очередь будет подначивать в наш адрес, будто мы уже уверены и хотим его чуть ли не на месте в Шинигами отправить.

Вскоре после своего недолгого шествия по лесу, Наруто вышел к вратам своей деревни. 

- А вот и я, - отвесив приветственный жест рукой изначально напряжённым, а теперь облегчённо выдохнувшим охранникам у ворот, блондин широко улыбнулся, - Говорил же, что скоро вернусь. Ну, бывайте... - махнув рукой , на этот раз, уже на прощание, Узумаки побрел по улицам, исчезая где-то в глубине селения Листа.

Подойдя к вратам, Ямато первым делом направился к охранной будке. 

- Здравствуйте. Я возвращаюсь с миссии по сопровождению каравана до Танзаку, - Поздоровался парень и сообщил, где он был. 

- Хорошо. Проходи, - ответил один из джонинов. 

Кивнув охране, генин прошёл в деревню и увидел вдали высокое красное здание, куда он и хотел попасть. 

"Ну что ж, теперь пора в Резиденцию!"

Не так уж и долго занял его путь по улицам, прежде, чем он вышел к вратам деревни. Намерения голубоглазого блондина были найти уединённое место для тренировки. Однако покидать деревню без предупреждения не следовало и он уже знал это пна собственном опыте. 

- Я отправляюсь на тренировку в место, тут, неподалёку. В скором времени вернусь, - подойдя к охране у ворот, уверенно молвил Узумаки, уведомляя охрану на тот случай, чтобы его поход на тренировку не был сочтен, как акт дезертирства. После утвердительного кивка одного из шиноби, блондин двинулся по направлению к лесу.