"И куда я вообще попал?"

Почесывая затылок, тот натянуто улыбнулся смотря сквозь розовые очечи, на парочку. Мысль сама собой появилась, а посему ему просто показалось что он попал в какую-то, уж больно неловкую ситуацию. Переведя свой взгляд к верхушкам деревьев.

"Не хватало еще стать обломщиком для влюбленных парочек.. И все же, мне надо как-то выбраться отсюда.."

- Ах простите пожалуйста, уважаемые. Что беспокою вас, эммм, в столь важный момент?

Вылезая из кустов, пусть то и выглядело крайне смешно. Без особой грации, напротив даже, немного неуклюже. Он подошел к ним ближе, поправляя сползшие очки. Он право слово, не хотел прерывать воркованье голубков, правда ни стыда, ни уж тем более совести тот не ощущал. О чем вы вообще? Рей слишком долго прожил среди торгашей, а данные господа, те еще лжецы и подлецы. 

Неделей ранее..

- Да что вы говорите? 

С едкой усмешкой, брюнет смотрит на через чур зажиточного мужичка. Его взгляд оценивающе блуждал по всему образу толстячка. На каждом пальце по перстню, с безвкусными, но определенно настоящими камнями. Рей это мог оценить даже сквозь линзы очков, костюмчик на нем сидел ужасно, но каков пошив, какой фасон, ниточка к ниточке. Тем более сей бренд он так же, уже понимал. В голове выстроилась четкая стоимость всего его образа, и улыбка Кагуи стала только шире.

- В Танзаку буде аукцион, туда тебе и нужно попасть! Все самые важные люди туда сбегутся, за один единственный лот. Его ты должен, нет, обязан достать. О деньгах можешь не волноваться, я предоставлю тебе столько, сколько душе угодно. Добудь этот лот!

Рей присвистнул, когда услышал о денежной сумме, что будет его главной козырной карточкой. По фотографии лота, тот лишь безразлично поглядел на своего нанимателя. 

"Глупая свинья, и вкусы у него отвратительны.. Ну, какая мне разница, пока платят.."

- Что ж, я добуду вам желанное. Но то что останется от покупки, из вашей денежной поддержки, я оставлю себе в качестве платы.

По лицу мужчины было видно, что он посчитал Кагуя тем еще глупцом, а вот сам Рей думал иначе. Ведь он мог приобрести эту вещицу за копейки, или вовсе предоставить подделку, а все остальные деньги прибрать к себе.

Наше время

"Никогда не бывал в этих местах, хотя бы карту дали.."

Смотря сначала на одного, потом на другую, с предельно дружелюбной улыбочкой. Ну да, когда тебе что-то нужно, в основном помощь, нужно быть предельно милым. 

- Помогите добраться до Танзаку. Хотя бы укажите бедной, заблудшей душе, в какую сторону идти? Первый раз в этих лесах, заплутал с непривычки, ахахах...

Не убирая образа чудаковатого дурачка, благо весь его образ был ему на руку. Он вызывал ощущения какого-то шарлатана, что сейчас попросит "дай свою ручку, погадаю".. Он внимательно осмотрел обоих, отмечая в чем они одеты, и мысленно прикидывая насколько ценны. Парниша явно был ему как собрат по очкам, и это его немного забавляло. Сама же девушка имела особенное отличие в глазах, ни разу еще таких не видел. 

- Естественно я отблагодарю, правда я простой торговец, и за душой ничего особо не имею. Прошу это учесть.. 

Рюсен слушал, сохраняя абсолютную неподвижность, но внутри разворачивался каскад противоречивых реакций на услышанное. Слова Ханы не давали того логичного объяснения, которое он ожидал получить, вместо этого предлагая набор философских рассуждений об иррациональности, величии человеческого духа и каких-то свершениях, которые он якобы способен совершить.

«Она либо безумна, либо настолько наивна, что это граничит с клиническим случаем.»

Когда она приняла боевую стойку и ткнула в него пальцем с заявлением о том, что теперь не бросит, что-то внутри него дёрнулось – смесь недоумения и чего-то абсурдного, почти истерического желания рассмеяться над абсолютной нелепостью ситуации. Он подавил все эти импульсы, сохраняя невозмутимое выражение лица за тёмными очкамиАксессуар: Темные монокли.

Несколько секунд он молчал, переваривая услышанное и формулируя ответ, который был бы достаточно прямым, чтобы донести суть проблемы, но не настолько резким, чтобы спровоцировать ненужный конфликт.

– Хана-сан... Я ценю вашу веру в человеческую природу и способность действовать иррационально ради высших целей. Действительно, история полна примеров, когда нелогичные решения приводили к великим открытиям. Но есть существенная разница между продуктивной иррациональностью гения и самоубийственной глупостью человека, не осознающего реальную опасность своих действий.

Он сделал паузу, давая словам осесть в её сознании прежде, чем продолжить.

– То, что произошло несколько минут назад, не было результатом исключительно моей потери контроля. Вы сознательно спровоцировали ситуацию через феромональное воздействие, возможно подозревая, что это может иметь непредсказуемые последствия. Вы приняли решение не сопротивляться, когда ситуация вышла из-под контроля. Это была либо демонстрация абсолютной веры в то, что я верну контроль вовремя, либо готовность умереть ради какого-то эксперимента. В обоих случаях – это крайне опасная стратегия, которая работает только до тех пор, пока везение на вашей стороне.

Рюсен медленно покачал головой, демонстрируя своё отношение к подобной тактике выживания.

– Удача – ненадёжный союзник, Хана-сан. Она может отвернуться в самый критический момент, и тогда никакая вера в человеческий потенциал не спасёт вас от последствий неправильно рассчитанного риска. Я вернул контроль потому, что мой организм нейтрализовал ваши феромоны достаточно быстро. Если бы процесс занял на тридцать секунд больше времени, вы бы сейчас истекали кровью на этой поляне, а я бы разбирался с последствиями... После передачи вас медицинскому персоналу и составления отчёта о выполнении задания, наши пути разойдутся.

Рюсен продолжал смотреть на неё через тёмные стёкла очков, ожидая реакции на свои слова. Шаринган погас в его глаза, возвращаясь к змеиным зрачкам.

– Мы продолжим движение через пять минут. Рекомендую использовать это время, чтобы окончательно привести себя в порядок и подготовиться к длительному переходу.

На него смотрели прекрасные глаза цвета цветущей сакуры, милое личико растянулось в самой доброжелательной улыбке.

- Что такое? Думаешь не использовать ли на мне шаринган? - она хихикнула. Я беззащитна сейчас против него. Это будет легко сделать. Заменить мне память или вообще заставить забыть о случившемся. Хотя... возможно то что произошло, было только в моей макитре. С Учихами никогда и не в чем нельзя быть уверенной. 

Девушка несколько раз показательно постучала кулачком по макушке. 

- Не удивляйся, ты не первый Учиха котого я встретила. 

И еще одна улыбка. 

- Я сделала то, что я сделала, потому... - повисла трагическая пауза. Просто потому, что я - это я! Но тебя такой ответ не удовлетворит... Ладно... скажем так... 

Ее лицо приняло задумчивое выражение. 

- Я хотела показать тебя, насколько ты силен внутри и на какие свершения способен. Такой ответ для тебя тоже скорее всего не будет удовлетворительным, но уже кое-что. Инстинкты и способность действовать иррационально, та самая черта, которая отличает нас от животных. Как ты знаешь… я так думаю... именно такие решения чаще всего приводили к величайшим открытиям.

Прости, но у меня нет того ответа, который станет для тебя полностью понятным и удовлетворительным. Единственное, что я могу тебе сказать…

Девушка приняла боевую стойку, расставив ноги на ширину плеч и указывая пальцем на парня.

- Но теперь я тебя не брошу!!! Ты попал, воин!

Рюсен стоял неподвижно, когда почувствовал приближение. Тёплое тело прижалось к его спине. Руки скрестились на груди в объятии. Голова легла между лопаток.

«Что она делает?»

Недоумение было абсолютным, лишённым какой-либо эмоциональной окраски. Просто чистое непонимание логики действия, которое абсолютно не вписывалось в картину происходящего. Несколько минут назад он держал Кунай у её живота, детально описывал процесс вскрытия её тела и наблюдения за медленной смертью. Любой нормальный человек после такого опыта держался бы на максимальном расстоянии, демонстрировал признаки страха или хотя бы элементарной осторожности, продиктованной инстинктом самосохранения. Но Хана обнимала его со спины с доверием, которое граничило либо с безумием, либо с абсолютным непониманием того, насколько близко она только что подошла к собственной смерти.

Рюсен не шевельнулся, молча выполняя её просьбу оставаться неподвижным. Его руки продолжали висеть вдоль тела, мышцы были расслаблены. Профессиональная часть сознания автоматически анализировала её состояние через прикосновение – пульс ровный, дыхание спокойное, температура тела нормальная. Никаких признаков подавленной паники или скрытого страха. Она была действительно, искренне спокойна.

«Её реакция не соответствует ни одной известной модели поведения жертвы после экстремальной ситуации. Это либо шок с отсроченной реакцией, либо что-то ещё, чего я не понимаю.»

Секунды тянулись в тишине, нарушаемой только плеском реки и шелестом листвы. Рюсен продолжал стоять неподвижно, позволяя этому странному моменту длиться столько, сколько ей было необходимо. Он не разрывал контакт, но и не отвечал взаимностью. Когда объятие наконец закончилось и он услышал её слова о готовности выполнять распоряжения, Рюсен медленно развернулся лицом к ней. За тёмными стёклами очковАксессуар: Темные монокли ШаринганШаринганchakra(20) изучал её лицо с тем же холодным любопытством исследователя, наблюдающего за непонятным и не вписывающимся в теорию феноменом.

Несколько секунд он молчал, взвешивая формулировку вопроса, который не давал покоя с момента её капитуляции перед Тёмным попутчиком.

– Хана-сан...

Голос прозвучал ровно, без эмоциональной окраски, с той же академической отстранённостью, что он использовал для обсуждения технических деталей миссии.

– У меня есть вопрос, на который я хотел бы получить прямой ответ. Кое что не даёт мне покоя... Почему вы продолжаете вести себя подобным образом?

Тон оставался абсолютно нейтральным, не обвиняющим и не осуждающим, просто констатирующим факт несоответствия.

– После того, что произошло несколько минут назад, любой человек с функционирующим инстинктом самосохранения сохранял бы дистанцию и проявлял признаки здоровой осторожности. Вместо этого вы обнимаете меня и улыбаетесь, словно ничего экстраординарного не произошло. Это не вежливый вопрос для проформы. Мне действительно необходимо понять логику вашего поведения, потому что она не соответствует ни одной известной мне модели реакции на экстремальную ситуацию. Вы либо не осознаёте степень опасности, в которой находились, либо осознаёте, но действуете вопреки базовым инстинктам по причинам, которые мне непонятны.

Рюсен продолжал смотреть на неё через тёмные стёклаАксессуар: Темные монокли, ожидая ответа. Его поза не была ни оборонительной, ни агрессивной – просто выжидательной, демонстрирующей готовность выслушать объяснение без предвзятости.

«Если она настолько наивна, что не понимает реальной опасности, это нужно исправить прямым указанием на проблему. Если же она понимает риск, но сознательно игнорирует его – мне необходимо знать причину, чтобы правильно оценить её дальнейшие действия и принять решение о том, стирать ли ей память или нет.»

Вопрос был задан. Теперь слово за ней – объяснить то, что казалось абсолютно иррациональным поступком с точки зрения холодной логики выживания. От её ответа зависело многое, включая то, вернётся ли она в Коноху с воспоминаниями о произошедшем или с пустотой в памяти, заполненной безобидной иллюзией.

 В этот раз, когда он дошел до реки, ситуация была несколько сложнее, однако с ней могли справиться циркачи сами, раз они путешествуют, им не впервые пересекать реку, а потому, сам Обито, ловко перепрыгнулКонтроль Чакрыchakra(5) ее, дожидаясь их на той стороне реки, и когда все было сделано, они продолжили путь.

На пути к нужному ему месту, ему требовалось вначале пересечь реку, которая с обеих сторон была закрыта деревья, а потому, ему не пришлось спускаться с деревьев. Он продолжал прыгатьКонтроль Чакрыchakra(5) с ветки на ветку, в том числе пересекая реку, нужное ему место было уже рядом, если отталкиваться от информации в свитке, и потому он продолжил свое движение.

Хана все так же неотрывно наблюдала за его поведением. Губы сами собой расплылись в улыбке, когда рука с кунаем опустилась. Кризис личности миновал, по крайней мере сейчас. В своем лисьем обликеРежим лисьего отшельникаsen(50) , куноичи виделаБьякуганchakra(25) sen(25) и чувствовала изменения, которые происходили в теле и сознании воина. Пусках Рюсен считал себя потерянным, но силы в нем было куда больше, чем тот мог вообразить. Ему требовался только импульс, что бы поверить в себя.

Не смотря на кажущуюся холодность и равнодушие, тот был в глубине души смущен.

Девушка улыбнулась сама себе, ведь тот старался не смотреть на не, по видимому очень довольная собой. Все еще обнаженная… увидь их кто-то, подумал бы: «только что свершился «процесс».

Она не спешила вставать. Только приняла медитативную позу, намереваясь восстановить баланс чакры и выйти из режима отшельника.

Хьюга скрестила ноги в позе лотоса, была прямой, но не напряженной, а руки покоились на коленях, ладонями вверх. Она закрыла глаза, и мир вокруг нее начал постепенно исчезать. Звуки реки, шелест листьев, пение птиц – все это сливалось в единый, успокаивающий фон, который не отвлекал, а, наоборот, помогал ей погрузиться глубже.

Ее дыхание стало медленным и размеренным, почти незаметным. Она сосредоточилась на своем внутреннем мире, на потоке чакры, который струился по ее телу. Сначала она ощущала его как легкое покалывание, затем как тепло, распространяющееся от центра ее существа. Она представляла, как чакра очищает каждую клетку ее тела, смывая усталость, боль и негативные эмоции. 

Образы проносились перед ее внутренним взором: лица товарищей, моменты битв, уроки сенсеев. Но она не цеплялась за них, позволяя им свободно проплывать мимо, как облака по небу. Ее разум был подобен чистому озеру, на поверхности которого не было ни единой ряби.

Она чувствовала, как ее сознание расширяется, выходя за пределы ее тела. Она ощущала себя частью реки, частью леса, частью самого неба. Границы между ней и окружающим миром стирались, и она становилась единым целым со всем сущим. В этом состоянии глубокой медитации не было ни прошлого, ни будущего, только вечное "сейчас". 

Время потеряло всякий смысл. Она была в состоянии абсолютного покоя, гармонии и ясности. Ее чакра пульсировала в унисон с ритмом природы, наполняя ее небывалой силой и умиротворением. Это был не просто отдых, это было возрождение, перезагрузка, которая позволяла ей вернуться к своим корням. Стать той Ханой, какой была много лет назад.

Наконец, она медленно открыла глаза. Мир вокруг нее казался ярче, звуки – чище, а воздух – свежее. Она встала, ощущая себя легкой и полной энергии. Река Нака, ее верный спутник, продолжала свой вечный путь, а Хьюга, куноичи из клана Хьюга, была готова к новым вызовам, зная, что всегда сможет найти убежище и покой в объятиях природы.

- Теперь я полностью готова Рю-сан!

Она впервые его так назвала. Понял ли он, какие нити связали их сегодня?

Неожиданно тот почувствовал прикосновение тепло тела к себе. Она обняла его со спины и скрестила руки на его груди, прижимаясь головой к спине.

- Пожалуйста, не шевелись… дай мне… еще немного времени… вот так… - прошептала Хана.

Неизвестно сколько прошло, но наконец и этот момент закончился. Перед ним была улыбающаяся куноичи. Вполне обычная девушка.

- Я готова, Рю-сан, готова выполнять Ваши распоряжения!

 На лице сияла сама милая улыбка из всех возможных. 

Слова достигли его сознания, проникая сквозь красную пелену ярости и жажды крови. Ласковый хриплый голос, произносящий приглашение делать всё что угодно, обещание покорности, готовность принять даже смерть. Призрачные лисьи хвостики медленно качались из стороны в сторону, пока она лежала неподвижно, раскинув руки в безвольной капитуляции. Красные змеиные глаза расширились а губы растянулись в широкой улыбке.

– О-о-о, как же ты ошибаешься... Думаешь, что отсутствие борьбы спасёт тебя? Что если сдашься, я потеряю интерес? Какая наивная, трогательная глупость. Знаешь, в чём разница между хищником и убийцей? Хищник охотится ради пищи. А убийца... убийца наслаждается самим процессом. И мне совершенно... абсолютно плевать, сопротивляешься ты или нет.

Голос зазвучал совершенно иначе – низко, с гортанным придыханием. Пальцы на её горле полностью разжались, но это было не милосердие, а нечто гораздо худшее. Свободная рука скользнула к поясу, где в специальном чехле покоился КунайОружие: Кунай. Клинок медленно, неторопливо опустился к её обнажённому животу, остриё легло на кожу чуть выше пупка, не нанося повреждений, но давая почувствовать холод металла и остроту грани.

– Знаешь, что самое прекрасное в человеческом теле? Оно так невероятно хрупкое. Под этой тонкой кожей – мягкие ткани, которые режутся как масло. Мышцы, жир, органы – всё это можно вскрыть одним движением и посмотреть, что там внутри. Ты когда-нибудь видела свои собственные внутренности? Нет? Скоро увидишь. Сначала я вскрою тебя от пупка до горла. Медленно, очень медленно, чтобы ты почувствовала каждый миллиметр того, как сталь разрезает твою плоть. Потом раскрою рёбра – это потребует чуть больше усилий, кость крепче мяса, но лезвие справится. И тогда мы посмотрим на твоё бьющееся сердце. Оно будет трепетать, как пойманная птичка, пока я не перережу все артерии одну за другой.

Глаза горели таким безумным восторгом. Дыхание участилось не от физического напряжения, а от чистого, неподдельного предвкушения.

– А знаешь, что самое лучшее? Ты останешься в сознании ещё минуты две-три после того, как я начну. Будешь видеть, как твоя кровь заливает землю, как твои внутренности выползают наружу, как жизнь утекает вместе с каждым ударом сердца. И ты ничего не сможешь сделать, потому что решила не сопротивляться. Ты сделала мою работу такой простой и приятной.

ЛезвиеОружие: Кунай замерло у основания грудины, готовое начать настоящий разрез, который уже не остановить и не залечить. Красные глаза смотрели прямо в её розовые, наслаждаясь моментом перед финальным актом.

– Прощай, дурочка. Спасибо за...

И в этот момент внутри его организма произошёл химический переворот. Феромоны, бушевавшие в крови и питавшие безумие последние минуты, встретились с агрессивной змеиной биохимиейСила Белой Змеиchakra(50) . Специфические ферменты, выработанные модифицированной физиологией, начали расщеплять чужеродные вещества с беспощадной эффективностью. То, что держало бы обычного человека в плену животных инстинктов часами, разрушалось за считанные секунды, нейтрализовалось и выводилось через ускоренный метаболизм. Красная пелена дрогнула. Хватка «Тёмного попутчика» над сознанием ослабла, словно невидимая рука разжала пальцы, державшие разум в тисках. И в эту брешь ворвался настоящий Рюсен. Борьба за власть над телом заняла долю секунды, но была абсолютной и беспощадной. «Тёмный попутчик» попытался сопротивляться, завершить начатое, провести лезвие вниз и распороть плоть, но его сила таяла с каждым ударом сердца, прокачивающего очищенную кровь.

Рука с Кунаем застыла. Дрогнула. Начала медленно отводиться. Контроль вернулся так же внезапно, как был потерян. Рюсен поместил инструментОружие: Кунай обратно за спину. Учиха откатился назад и плавно поднялся на ноги. Фиолетовые полосы на коже начали бледнеть, режим Мудреца постепенно деактивировался. Рога медленно втягивались обратно под кожу, исчезая без следа. Взгляд скользнул по траве, нашёл упавшие очкиАксессуар: Темные монокли. Одно плавное движение – и они снова на лице, скрывая красные змеиные глаза за тёмными стёклами. Внешность вернулась к привычному виду – бледный шиноби с серебристо-белыми волосами в стандартной форме Конохи. Он отряхнул форму от пыли и травы методичными движениями, словно просто закончил обычную тренировку. Ни тени смущения. Ни намёка на извинения. Когда он заговорил, голос звучал ровно, почти безразлично:

– Вставайте, Хана-сан. Нам ещё идти до деревни...

Рюсен повернулся к ней спиной с демонстративным безразличием, показывая полное отсутствие опасений, и направился к краю поляны. Его поза была расслабленной, уверенной, абсолютно контролирующей ситуацию.

– Плащ высох. Можете одеться...

Ни слова о том, что только что произошло. Ни объяснений, ни оправданий, ни признаний. Словно ничего экстраординарного вообще не было. Просто продолжение прерванного маршрута, возвращение к выполнению миссии. Он остановился у края поляны, скрестил руки на груди и посмотрел в сторону леса, терпеливо ожидая, когда она будет готова продолжить путь... или попытаться сбежать.

«Она видела... Слишком опасный свидетель того, что должно было остаться погребённым в глубинах сознания.»

Пальцы правой руки непроизвольно дёрнулись. ШаринганШаринганchakra(30) мог бы решить эту проблему элегантно и эффективно. Один взгляд в глаза – и воспоминания о последних минутах растворились бы в тумане ложных образов. Она бы помнила медитацию у реки, активацию режима Мудреца, а потом... пустоту. Провал в памяти, который можно заполнить безобидной версией событий. Это был наилучший вариант.

«Нужно погрузить её в иллюзию. Стереть последние десять минут и заменить их нейтральным воспоминанием. Она даже не поймёт, что произошло. Какого чёрта только что было? Она не сопротивлялась. Лежала неподвижно, приняв возможность смерти. Не кричала, не звала на помощь, не пыталась бежать.»

Логика была безупречной. Рациональная, холодная, абсолютно оправданная с точки зрения самосохранения и сохранения секретов, которые могли стоить ему не только репутации, но и свободы, если попадут в определённые руки. Но что-то останавливало его. Вопрос не давал покоя, царапал где-то на периферии сознания, требуя ответа, которого он не мог найти. Поведение Ханы не вписывалось ни в одну знакомую модель реакции жертвы на угрозу. В любом случае Рюсен ожидал, что Хана будет делать дальше? И уже от этого примет окончательное решение.

В воздухе запахло смертью. Она лежала на спинеРежим лисьего отшельникаsen(50) , вдавленная в землю, а над ней тенью с горящими глазамиБьякуганchakra(25) sen(25) возвышался он.

Его пальцы сомкнулись на её горле, словно стальной обруч. Физическое ощущение было пугающе отчетливым: шершавая кожа ладоней терлась о её шею, перекрывая доступ кислороду. Гортань сдавило, и каждый вынужденный вдох превращался в свистящий, жалкий хрип, который тонул в его яростном дыхании. Кровь в висках застучала тяжелым, мерным молотом, а перед глазами поплыли серые пятна, постепенно съедающие очертания его лица.

Но самым странным было её тело. Оно не дергалось. Мышцы и чакраКонтроль Чакрыchakra(20) sen(20) , привыкшие к мгновенным реакциям и смертоносным техникам, сейчас были мягкими, словно вата. Она не пыталась перехватить его запястья. Её руки безвольно раскинулись на земле, пальцы лишь слегка подрагивали, зарываясь во влажную траву.

Её лицо оставалось пугающе спокойным. Она видела, как колышутся его волосы, чувствовала жар, исходящий от его тела, и ощущала, как его чакра давит на неё тяжелым, колючим грузом

За все время его тирады и самолюбования, девушка не проронила ни слова. Только призрачные хвостики медленно качались по сторонам. Серебряная лисица слушала не перебивая.

Собственно, скинуть его с себя она могла (удар телом, если кто-то не понял, мои дорогие фанаты, для начала), но вместо этого максимально расслабилась, на секунду подумав только, что наверняка останутся синяки, если из этого леса выйдут двое.

Жертва думала, что он охотник? Какие же трагедии и кошмары скрывались в прошлом этого человека, приведшие его к настолько ожесточенной защитной реакции? Иллюзия полного внутреннего контроля, превосходства и божественной мощи.

«Все это я уже проходила…»

В прочем ход мыслей ее устраивал. Жертва должна раскрыть себя во всей красе. Только выпустив всю эту накопленную тьму, он сможет хоть немного очиститься. Для этого требовалась другая жертва.

Рисковала ли девушка? Безумно! Неоправданно! Но это была Хана и только это было в ее характере.

«В конце концов у меня всегда была страсть к обреченным… историям».

Она не стала язвить, не стала играть, а просто раскинула руки в стороны, позволяя ему делать все что вздумается. Даже если это будет последним действием в ее жизни.

Тьмы у нее тоже хватало. Стоило бы вспомнить те эксперименты с ее разумом, которым она подверглась в лабораториях под Аме. Поглощенное самолюбованием Альтер эго Учихи не могло подобное даже вообразить.

- Делай все что пожелаешь, - ответила девушка ласковым, но хриплым голосом.

Единственное позволенное себе действие было максимально расслабить тело и шею, что бы не было так больно. Раньше времени умирать она тоже не собиралась.

- Если это принесет тебе счастье и покой. Я уже умирала и не раз. Меня это не пугает. Давай детка, убей меня!

Вместе с тем, он уже частично проиграл эту схватку. При любом исходе. Ее чакра, та самая которую она послала в него, вместе со своим ментальным посылом… Ее глазки видели движение внутри организма. Пусть хоть и так мало, но вода камень точит. Теперь часть нее всегда будет внутри Рюсена, поляризуя на клеточном и ментальном уровне. Он никогда ее не забудет, а заначит она будет жить.

«Наша жизнь не принадлежит нам. От рождения до самой смерти, мы связаны с другими - прошлым и настоящим. И каждым своим проступком, и каждым добрым делом мы рождаем наше будущее».

Так говорила древний философ Сонми, почти обожествляемая в той деревне, где она провела юность.

«Личная свобода отделенная от общества - это иллюзия. Мы - узлы в огромной сети. Наши действия неизбежно влияют на тех, кого мы даже не знаем».