19 лет назад
Окрестности Страны Ветра – Деревня Тени
Хану 25 лет

Это случилось в те времена, когда весь мир тлел войнами и конфликтами. Ничего удивительного, что в таких условиях кто-то захотел создать своё селение. Взять же на это поручение Хана было скорее ошибкой, ведь он крупный и явно не мастер «незаметных вылазок», а их задачей было как раз таки – скрытное устранение. 

Вечером будет пиршество. Эти ребята были такими себе шиноби – раз им приходится заниматься грабежами, что бы заработать себе на жизнь – значит, дела у них идут из рук вон плохо. Хан уже не раз уничтожал целые аванпосты разного калибра бандитов. Будь то повстанцы, гражданские, что взяли в руки оружие, или же относительно квалифицированные бойцы, которые всё же чему-то да обучались в свободное от просиживания штанов время.

Сейчас стоя на холме, Хан и чунин, что его сопровождал и инструктировал, видели дым и костры. В двух километрах на восток от них находится лагерь, что и является этой самой «Деревней Тени». Пока они учинили лишь парочку явно не прикрытых грабежей, и попытались вторгнуться на территорию Страны Ветра что бы более успешно грабить караваны. Это в целом – и было их ошибкой. 

Хан взял шашку, и решил, что он в этот раз обойдётся без лишнего шума. Пусть это и не его конёк, но убить пару десятков человек, которые явно имеют меньший уровень подготовки, чем он сам – плёвое дело. 

Их разделяла лесополоса. В целом география местности была такой, что само место расположения деревни Тени находилось больше на территории Страны Рек. Но учитывая то, что статус оной страны, как нормальной и независимой территории до сих пор был под вопросом, никто не пытался разбираться, участвовало ли руководство самой Страны Рек в основании этого бандитского посёлка. Был ли то хитрый план даймё Рек, что бы создать неожиданного конкурента на арене «шиноби»? Вряд ли.

Лес был густой и тёмный – ничего удивительного, тут на деле было больше деревьев, чем рек, и Хан часто задавался вопросом во время транзита через эту страну, почему её так называют. Потом лишь понял, что название «Страны Леса», или «Страны Деревьев», видимо уже было занятно – что поделать…

Огни и признаки жизни Хан увидел уже через километр. На пограничье стояли некие оборваны с копьями. Видимо, патрулировали дорогу. Их лишили небольшой радости жизни – не дали побывать на банкете, пирушке, что проходила в самой деревне. 

Бледная луна смотрела за тем, как Хан быстро и бесшумно врезался в двоицу неизвестных, после чего те оказались где-то глубоко в лесу, а через ещё пару секунд – их головы были легко отделены от тела.

Хан оставил трупы в чаще, а сам направился дальше в направлении деревушки.

Шум и гам – веселье. В целом, бандитам из этой деревни и не надо было кого-то похищать – ведь женщины из соседней деревни, что Хан понял по одежде, сами пришли высматривать себе бравых воинов – в мужья. Одна на площади прямо зазывала какого-то вояку посмотреть поближе на свою промежность, а вторая за углом – уже занималась сексом из каким-то «лейтенантом», если у них вообще были какие-то иерархические звания. 

Хан же стоял на крыше одного из зданий и молча смотрел на это. Его задачей было дождаться, пока все напьются. 

Где-то вспыхнула поножовщина – один из бандитов выхватил «перо» и полоснул вдоль брюха второго. Наружу вывалились кишки – кровь полилась на землю, орошая вытоптанные тропинки багрянцем. Ничего особенного – обыденность.

На вертеле в центре лагеря жарили барашка, которого целиком нанизали на деревянное «копьё». Рядышком пару ребят крутили этот вертел, что бы добыча хорошо прожарилась со всех сторон, а подле них предавались плотским утехам пару женщин – среди бандитов были и такие, которые ушли из дома оставляя братьев и мужей, и становились на путь разбоя, чувствуя, что им ближе мужская роль, нежели женская. Рука «воительницы» активно работала с нижней частью живота какой-то молодой девушки, которая не стеснялась и трогала свою грудь – короче говоря, происходили типичные для таких времён и условий события. 

Хан решил – во первых, не убивать женщин, что решили зачастить и поиграться с бандитами. Во вторых – не поднимать шума. 

Так что первыми устранил тех, кто отошёл отлить, но для того, что бы дождаться этого надо было прождать хороший такой час, когда все уже устали бухать и трахаться и просто – начинали рассупониваться. Первыми к реке, что бы опустошить мочевой пузырь, отошла троица мечников. Хан уже ждал их в кустах.

Разговоры его мало волновали – бандиты травили какие-то анекдоты и байки , а один умудрился поскользнуться на коровьем навозе, и шлёпнулся обмочив свою одежду и обмазавшись животными фекалиями. Все начали потешно смеяться над ним – Хан решил прервать это веселье. 

В один момент голова одного мужчины неестественно вывернулась зажатая руками Хана, в следующий – тело другого перекренилось напололам – он тихо застонал, когда почувствовал, что ему сломали хребет через колено. Наконец, самый пьяный, был взят за шкирку. Хан подошёл к реке, и опустил лицо неизвестного прямо в воду, застав того с спущенными штанами. В итоге – бандит начал быстро задыхаться. 

Следующие полчаса были насыщенными. Хан вылавливал тех, кто выбивался из «стаи». Он посчитал – целиком, в лагере было 19 человек. Двоих стражей он убил на дороге. Троицу бандитов – возле реки. Осталось 14. 

В подворотнях лагеря, Хан находил тех, кто заснул – и заставлял их уснуть вечным сном. Так он убил четырёх человек. Осталось десять. 

Ещё двоих джинчурики Кокуо легко задушил, когда те уснули на сеновале возле какого-то сарая с припасами. Минус два. 

Теперь – их восемь.

Как раз в это время настала очередь воительницы. Как оказалось, девушка, что предавалась лесбийскому сексу с некой захожей красоткой из соседних деревень, была их лидером. Хан понял это по тому, как та держалась и отдавала приказы. После ласок – она перешла к петтингу со стороны некой неизвестной Хану особы – а потом голова девушки застыла между ляжек вожачки. 

Пока они занимались продолжением своего соития, Хан убил троицу бандитов, что уснули возле каких-то ветхих палаток, просто переломив тем шею. 

И только когда вожачка уснула, а девушка пошла искать приключения у оставшихся четырёх, Хан подкрался к той, что одиноко спала почти голышом, и взял её голову в руки, легко раздавливая черепушку. 

В те времена – в нём была странная жестокость. Пережитое во времена великой войны, война в Аме, войны в Стране рек – всё это сломало его человечность, и Хан страдал от этого.

Оставшихся четырёх он прикончил позже, когда обнаружилось, что лагерь почти пуст.

Утром было много криков – девушки, что просыпались рядом с трупами, орали словно увидели призраков. 

Но Хан этого уже не слышал. Ему было плохо – но задание он своё выполнил.

14 лет назад
Страна Ветра
Хану 30 лет

Обычно Хан не обращает внимания на то, кто является заказчиком того или иного задания. Но в этот раз ему, и его небольшой группе, что была скорее наблюдающими за джинчурики, а не самостоятельными «субъектами», поручили интересное задание, ведь его поручителем – был никто иной, как чиновник высокого ранга, который, что бывает ну очень редко, выбрался на вершину по головам своих конкурентов из самого низкого чина, из самих трущоб и дебрей, и добрался до солидного звания «старшины». Так вот – старшина, что был выходцем из деревеньки Северных Песокв – бодро поручил задание Сунагакуре, а те и не отказывались.

Суть была простой – какие-то не сильно добропорядночные людишки решили превратить родину старшины – в лабораторию, и ему это, конечно же, не по душе. 

Деревня находилась далеко на севере Страны Ветра. Хан вместе с двумя генинами-наблюдающими, которые в этот раз были ему совершенно незнакомы доселе, но назвали себя Камури и Минори – отправились туда, и не долгое время провели в пути. Пустыня поглощала нерадивых путников, но в этот раз команда была собрана подходящая – Хан уже не раз странствовал этими путями, и разок бывал уже в деревне Северного Ветра.

«И чем она могла заинтересовать этих моральных дегенератов?» - подумывал себе в половину голоса, но всё ещё в уме, джинчурики пятихвостого. На карте вряд ли кто бы даже заметил эту маленькую точку, которую из себя представляла деревня. 

Наконец они добрались туда через полдня пути. Жаркий знойный осенний день – на севере то и дело встречались сады и оазисы, но в основном найти там место для разбития лагеря было той ещё задачей, и приходилось обходиться оставленными на пути водоносами запасами, что обычно предназначались для купцов. Странствовать в такую жару, даже шиноби, было нелегко, но Хан, облачённый в паровой доспех, не жаловался. А вот с его товарищей – сходил седьмой пот. 

«Жаль мне их…» - подумал был Хан, после чего обернул своё внимание на деревню.

А от той не так много и осталось. Несколько торговых точек, базар на центральной площади, десяток домиков. Деревня явно умирает, и что бы тот чиновник не пытался делать, с этим нельзя было ничего – поделать. 

«Логово должно находится где-то под торговым селением… Наверняка, под землёй. Они могут использовать твёрдые грунтовые породы – тут расположили селение, потому что рядом выходят наружу скальные породы – хорошо…» - проанализировав окружение, Хан начал быстро соображать, куда могли податься эти «лабораторные крысы», и потому легко и просто жестом приказал двоице шиноби притаиться, и расположившись на холме группа начала слежку. 

Та заняла примерно пару часов, пока в деревню не пришла группа с мужчины и десятка животных. Мулы, тапиры, какие-то ослы, верблюд, и раб – маленькая девочка. Что-то с ней было не так – Хан обратил на это внимание. Она была калекой – и судя по тому, какими рваными были её рождения, травма её была не в теле, но скорее в голове. 

Хан вспомнил инструктаж. Учёные эти, точнее, лабораторные крысы, как решил их характеризировать Хан, собирали как разных животных, так и людей с физическими проблемами. Они испытывали на них те или иные средства-  возможно, лекарства. 

Проследив за тем, куда увели группу из животных и девочки, Хан жестом скомандовал группе выдвигаться. 

Точкой сбора, как можно это назвать, оказалась небольшая хибарка на севере деревни. Хан проследил за тем, как неизвестный мужчина в одеянниях торговца заводит животных в сарай, а потом – покидает его. Девочку он взял за руку, и потащил за собой в дом. Хан решил проследить ещё пару минут, убедившись, что он не покинет дом – если он ушёл внутрь, тогда вход в подземелье тоже должен находиться там же. 

Прошло десять минут – незнакомец не вышел. Хан вместе с двоицей быстро открыли запертую дверь с помощью лески и некоторых манипуляций с окнами, которые оказалось можно было легко открыть. Оказавшись внутри, Хан осмотрелся – убранство никакующее, просто пустое помещение. И – спуск в подземное помещение, типа подвала или цокольного этажа. Туда джинчурики и направился. 

Троица начала спуск. Тут же на их глаза попала двоица «лаборантов». Хан не долго думая прописал одному в лицо, от чего мужчина свалился вниз и наверняка переломал себе как минимум – пару десятков костей, так как путь его по лестнице был долгим. Второго Хан легко впечатал в стену слева – после того, как в его торс, мужчины, то есть, попал кунай напарника шиноби Суны. 

Не церемонясь, подцепив мужчину за шкирку, Хан спустил и его вниз, головой вперёд. Ему не нужны были пояснения того, что тут происходит. Сопоставить два и два – было не сложно.

Группа продолжила спуск вниз, по следу грохота, который натворили. 

Там оказался лабиринт проходов, но Хан сократил его одним ударом – проломив стену, за которой были слышны жужжания мехаизмов. 

Сложно будет описать зрелище, что скрывалось за этой стеной. Препарированные тела, изуродованные конечности, Это всё было аккуратно уложено на отполированных столах из нержавеющей стали. Пятёрка «учёных» стояла над телом девочки, которую Хан увидел снаружи. Краем глаза он заметил, что туловище малышки было перевёрнуто грудью вверх – и «раскрыто» - а пара «хирургов» зависла над ней. По тому, что девочка не проявлала никаких признаков жизни, Хан понял, что судя по всему она стала «ресурсов» для их исследований. 

Хан быстросократил дистанцию, и подцепил одного «учёного» за ворот, после чего отправил его прямо в стойку из инструментами, не особо переживая о том, что с ним будет. Второго и третьего учёного убили его напарники – они просто перерезали тем глотки кунаями. Пусть эти ребята и пытались как-то защищаться используя инструментарий, но – ничего не вышло – всё же, суновцы были банально быстрее. 

Хан подошёл к столу, пока на фоне оставшихся двоих добивали его напарники-генины. Увы, девочка была мертва – через раскрытую грудную клетку, Хан видел, как сердце девочки уже не билось. Какую цель они преследовали? Ради чего учинили эту жестокость?

Это уже было не важно – громила взял на руки тело неизвестной ему малышки, после чего направился наружу по ступеням. Пыль оседала на его красный доспех. Они выбрались из этого подземелья.

По возвращению Хан провёл много времени в размышлениях о природе человеческой жестокости. Может быть, тогда он и понял, что слишком далёк от истины, от смысла смертной натуры. 

21 года назад
Страна Дождя
Хану 23 лет

До этого Хан уже был в Стране Дождя. Война тут идёт уже годами, и то гражданские конфликты после смерти первого лидера деревни, Хино Кумавара, то ещё какие-то дрязги заставляли страну вставать с ног на голову. Начиная с конца правления "амекаге", как его прозвали современники уже посмертно, окружающие страны точили зубы на Страну Дождя из-за её изоляционизма и того, что они смогли во время Великой Войны значительно расширить свои пограничные земли за счёт соседей. В итоге - это не могло не привести ко вмешательству Страны Ветра и Страны Огня в эту войну.

Хана сопровождал юный "офицер", чунин по имени Гуки. Он был выходцем из Страны Ветра, долго прожил в Сунагакуре, фактически всю жизнь если не считать краткого эпизода его детства на севере в речных долинах на пограничье со Страной Рек и какое-то время проведённое возле Антеля. Сейчас то была его чуть ли не первая серьёзная миссия, и Хан отчётливо видел, как парень нервничает. 

- Страна Ветра уже захватила эти территории южнее леса, - они двигались в сторону южных окрестностей Страны Дождя. Пограничье было почти пустое - КПП тоже пустовало, так как дорогой могли пользоваться сейчас кто угодно. 

Хан никак не ответил. Это был уже пятый год войны на этих землях. Первой вмешалась Страна Земли - Страна Ветра вошла в войну прямо за ней, что бы гарантировать безопасность своего вассала и союзника, а затем подтянулась и Страна Огня гонимая возможность взять реванш после многочисленных поражений на поле боя от покойного Хино Кумавары. Тот был своеобарзной легендой, и после смерти его страна выплачивала долги за его славу, и за победы принесённые ей на поле боя в итоге платили юные шиноби, которые даже не застали Великой Войны...

Первым делом им надо было зайти на территорию пролесков на юге, где были высажены лесополосы. Это было сделано ещё при правлении отца Хино, даймё Страны Дождя, что бы обезопасить некоторую часть земель от наводнений и смены русел рек. В целом было сделано многое - при Хино страна не была просто бездонным болотом, в котором можно было потерять всё от жизни до времени, нет. Они разгоняли тучи, формировали поля, что бы усеивать их рисом и другими злаковыми. Страна Дождя легко возродилась после сенгоку джидай, после великой войны, но со смертью старого даймё и его младшего сына - всё поменялось, и Страна Дождя вернулась на пятьдесят лет назад, до своей первичной формы клановых противостояний и феодальной раздробленности. 

Сначала Хан в сопровождении Гуки увидели опустевшие посёлки. Раньше это были небольшие деревушки в окрестностях лесов. Сейчас же они легко прошли мимо троицы таких, и не нашли даже следа обитания человека, кроме деревянных и глинобитных домиков, что пустовали, словно тут никогда и не ступала нога человека. О нём могли разве что свидетельствовать оставленные инструменты и скелеты животных, которых отправили на забой, когда дело начало вонять керосином. 

Хан смог легко запомнить детали того, что они увидели при первичной разведке этого места. Штаб сил Сунагакуре и наёмников, которых они собрали на севере, в Стране Земли, находился намного севернее. Но это место не было разграблено - нет, большая часть населения просто ушла, покинув всё на произвол судьбы. Тут должна была вводиться оккупационная администрация, но никто не занимался такими делами - всем было плевать на территорию без населения. 

Дальше шла пустошь. Она отделяла огромное озеро в центре страны - от леса. Тут надо было быть осторожными, так как они наконец-то пересекли линию разграничения, и вступили на территории, которые Страна Ветра контролирует лишь номинально. Хан вместе с Гуки легко затаились посреди кустарников наблюдая за дорогой. Ею проходили несколько патрулей гражданских, а потом - караван, что вёз трупы. Это была скорее процессия из одного торговца и нескольких рабочих в масках. Они отправились в лес вместе с лопатами, что бы похоронить убитых. Небо стекало прозрачными слезами, гатило по земле градом невидимых медленных водных стрел.

Первых шиноби в этой разведке Хан и Гуки встретили лишь после того, как зашли далеко за пределы их зоны полномочий. Почти всю дорогу они молчали - Хан вспоминал бои, в которых ему пришлось принять участие на этих землях, недалеко от тех самых рек, что они пресекли, а Гуки просто не знал, о чём говорить. В итоге - до ночи они добрались до земель на пограничье восточной части Страны Дождя, и засели в засаду. 

Мимо них прошёл отряд шиноби Конохи. Среди них не было сенсора, иначе бы они легко заметили шиноби, которые использовали маскировку среди кустов и одиноких деревьев. Шиноби листа направлялись на запад, вероятно в свой штаб. Сейчас обе страны готовились к тому, что бы выйти на финальную прямую в этой войне. По факту между Листом и Песком было молчаливое согласие на одобрение действий друг друга. Солдаты обеих сторон не вступали в сражения друг против друга - но и не помогали в сражениях против Дождя. У каждой стороны были свои интересы - но сейчас, как говорили, готовиться почва для мирных переговоров, так как внутри селения ко власти пришли такие себе "популисты-пуритане", которые выступали за то, что бы прекратить бессмысленное кровопролитие. 

После того, как отряд Конохи исчез за горизонтом, Хан и Гуки направились на запад, возвращаясь на земли подконтрольные Стране Ветра. По пути они встретили ещё один отряд, но уже наёмников из севера, и перед ними уже не скрывались. Гуки говорил за обоих. 

- Штаб в порядке? - спрашивал Гуки. Парочка шиноби в красной одежде переглянулась и пожала плечами. 

- Готовимся к осаде деревни. Она находится чуть севернее, даже если постараться - можно утром увидеть её, вечно в тумане. Огромные башни, высотки - всё такое, ужасное зрелище на самом деле. Там уже почти всё пожгли - но шиноби всё ещё держатся. Амевцы - суровый народ.

Хан молчаливо смотрел на беседу чунина и шиноби из Страны Земли. Эти ребята были его соотечественниками, но Хан не чувствовал родства. 

Наконец закончив с разведкой, оба шиноби отправились в штаб, что бы доложить через связных начальству в деревне о том, что они успешно устроили небольшую вылазку - и без потерь. Хан спокойно записал свои наблюдения и предложил Гуки что-то добавить, но тот почему-то выглядел помятым и смущённым. 

Видимо, пареньку не сильно понравились местные пейзажи. Хан его по своему понимал.

24 года назад
Северное пограничье Страны Ветра
Хану 20 лет

Это случилось очень жарким летом много лет назад, когда Страна Ветра начала подвергаться нападениям неизвестных на северных пограничьях. Долго думать не пришлось - очевидно, что в одной из соседних стран некто огранизовал деревню шиноби, и теперь они решили взыскать некие диведенты со Страны Ветра, и очевидно - что ослабленная конфликтами в Аме и на пограничьях Суна, должна заступиться за свою родину, страну-сюзерена, вступив в бой. 

Это на памяти Хана была чуть ли не первая крупная "война", так как до этого он обычно выполнял лишь мелкие задания, что имели локальную цель и смысл, конечный и понятный. Молодой и всё ещё неуверенный в себе крупный парень боялся собственной силы, и потому его обычно поручали на поруки другим шиноби высокого ранга, чунина или джонина. 

В этот раз джинчурики пятихвостого был в команде из трёх чунинов, и должен был выступать в роли авангарда, который начнёт бой, а другие - уже подхватятся и смогут его закончить. Задание было предельно простым. На севере среди нагорий было ущелье, что разделяло Страну Скалы и Страну Ветра. Этот горный хребет издревле прославился огромным количеством монастырей, а в центральном участке, что уходил вдаль на север, добывали огромное количество железа, которое часто превращали в так называемый "сатэцу". Но интересовало сейчас шиноби Песка не это, а то, что в ущелье среди гор, которое именовали Красным, сейчас нашли своё убежище отряд нападающих на ближайшие пограничные посёлки и чинящие настоящий разбой.

Поход их начался утром, когда можно было незаметно подобраться к ущелью. Уже на подходах к нему чунины встретили проблемы - ведь дороги и горные тропы были заминированы кибакуфуда. Это было сущим убийством времени на обычное обезвреживание взрывных печатей, пока Хан зашёл с обратной стороны, занял положение сверху и выжидал. Коммуникации как таковой не было - все получили свои конкретные распоряжения, и не должны были проявлять себя до поры до времени.

Ущелье с севера окружал горный массив. Хан занял позицию на конце ущелья, и ожидал команды от товарищей. Внутри в ущельях было около 20 шиноби - в целом, все генины, как докладывала разведка, но об особых навыках каждого отдельно взятого индивида тоже приходилось переживать, так что команда из троицы чунинов не сидела сложа руки. 

На юге и на востоке были две тропы, что вели к обрыву в ущелье, а также к южному и главному входу в ущелье. Именно восточная дорога была заминирована, и команде пришлось заниматься работой сапёров. 

На юге остался один чунин, который должен был прикрывать побег тех, кто остался внутри - если опперация пойдёт по плану.

Назначенное время для атаки случилось тогда, когда на востоке начали взрываться первые кибакуфуда, заваливая ущелье камнями. Это были не ловушки неизвестных шиноби, но атака шиноби песка, которые подготовили контрразведку и начали устраивать ловушки поверх уже установленных ловушек. В этот момент Хан спрыгнул вниз паря, как паровоз, и врезался в группу неизвестных, которые стояли ожидая приказа некоего командира. 

Скрытная атака в их случае удалась - но не совсем. На реактивной тяге своего доспеха Хан прибил сразу двоицу шиноби к скале, а затем отпрыгнул, когда увидел как с высоты падает булыжник, который превратил эту двоицу в куски мяса. В прыжке, он заметил парочку нападающих, которые готовились использовать некие техники, но не успели, так как скорректировав свой полёт джинчурики буквально как таран ворвался в эту парочку, сбивая их с ног, а затем заканчивая их бесполезную жизнь ударом в грудь, что разрывала грудную клетку, пяткой правой ноги. 

Осталась огромная группа спереди, которые поняли, что их атакуют. Они решили убежать в южном направлении, но ущелье резко сколыхнулось от атаки взрывных печатей, и сверху посыпались булыжники, что закрыли проход и просто замуровали их в этом каменном мовзолее с видом на небо через прореху. С юга тем временем внутрь зашёл ещё один чунин, который использовал техники стихии земли помогая Хану выбивать всю дурь со врагов, насаживая их то на каменные колья, то обрушивая на их головы новые скальные породы. 

Хан же продолжал свою кровавую работу, как буйвол снося с ног новых и новых противников. Он ускорял свои движения паром, подгонял себя, кружил вокруг врагов и сбивал их с толку, а затем резкими атаками обрушивал на них собственные кулаки и удары с ноги, что просто лишали врагов способности среагировать. Это продолжалось так долго, что от ущелья буквально не осталось ничего путнего, кроме заваленного телами поля боя, за которым сверху наблюдали те, кто должны были прикрывать Хана. Но - не пришлось. 

Наконец - атака кончилась тем, что выжившие враги начали сдаваться в плен - они ложились поднимая руки, что бы их заметили нападающие.

Как оказалось, этими шиноби были ниндзя с ближайшей новой деревни на пограничье Страны Ветра.Она была организованна Страной Скалы, и первыми же заданиями должны были показать собственную силу и расширить круг своих обязанностей, а вместе с тем устроить экспансию на фоне того, что сама Страна Ветра сейчас занята другими делами, и не сможет адекватно среагировать на уровень угрозы. 

Действительно, адекватной реакции не последовало, так как Сунагакуре отправила в бой джинчурики, у которого была одна задача, и он отчаянно пытался найти реализацию в ней - убийство врагов того "не-дома", но другого у него и не было. Как носитель биджу, он стал тем ещё приключением для деревни, и первичная его подготовка заняла слишком много времени. И сейчас ему приходилось отдуваться за четверых...

Хан сидел на краю ущелья смотря вниз. Там группа анбу убирала трупы что бы в дальнейшем их исследовать. Молодой чунин подошёл к джинчурики и сел рядом положив перед тем руку на его плечо. 

- Слушай, - начал говорить он, - а ты не такой уже и плохой парень, как о тебе говорят. Но вот это... 

Он щёлкнул языком наблюдая за тем, как новые и новые тела отправляются в пакеты, а потом будут превращенны в анатомический театр, который раскладут на органы. 

- Да, это действительно внушает страх, - кивнул чунин на молчание Хана, который карими глазами провожал трупы, и задумывался о том, стоило ли это того. Но приказ - есть приказ, а его выполнение выше собственных амбиций. 

"Видимо, Мизука всё же был прав..." 

22 года назад
Страна Ветра
Хану 22 года

Это была не первая их встреча с Химе. Как уже замечалось ранее, они были в одной команде - но в отличии от Хана, что числился на особом счету, девушка быстро продвигалась по карьерной лестнице и была уже в том возрасте, что бы поручать ей особые задания и не сомневаться в её навыках, тем более - что талатны оной были доказаны бесчисленными заданиями, что были у неё в досье, как доказательство её трудоспособности. 

Пустыня была грозной госпожой - и Хан долго привыкал к ней после того, как переехал с севера. Там разве что булыжники на голову могли свалиться превращая тебя в лепёшку, а тут, посреди кварцевого океана, что в лунном свете переливается, как стекло, можно было быть похороненным заживо, а тебя никто так никогда и не найдёт, сколько бы ты не старался, не барахтался. 

В этот раз задание поручили Хану и Химе - и только им. Хан был подрядным у этой девицы-красавицы, но мало обращал внимание на её красоту и внешние качества, которые определяли её как женщину. Красивая одежда что скрывалась под жилетом чунина, красивое лицо, объёмная грудь и длинные собранные в высокий хвост, который обычно девушка ещё раз подкалывала, что бы не мешался при ходьбе и в бою - вот такой и была Химе. 

- Сегодня ты, молчун, будешь меня сопровождать, - инструктировала она здоровяка, пока они направлялись на выход из деревни. - Если кратко - караван задерживается. Они регулярно приходят уже годами в одно и тоже время. Гильдия сделала заказ для деревни, что бы найти их. Наша задача - простая. Отыскать торговцев - желательно живыми. Отправляемся?

Хан не ответил молча глядя в горизонт. Его разум пустел от того, что ему приходилось таким заниматься. Хотелось просто уйти от цивилизации и какое-то время провести в пустыне наедине с собой. 

"Интересно, какого цвета она на рассвете?" - вот такие мысли посещали Хана, пока они покидали деревню через главные врата, что странным обращом возвышались посреди стены. Деревня находилась в этой "впадине", как будто вытоптанной неким существом, или же оставшимся от древнего неестественно-масштабного сражения. Такой была Суна - и тогда это всё ещё не был его дом.

Хан прикрывал лицо маской от своего парового доспеха и тканной повязкой поверх неё, что бы песчинки не сильно мешали обзору и не попадали в глаза. Регулярно он выпускал пар, когда началась песчаная буря. Это замедляло воздействие песка вокруг него. Химе прикрывалась огромной тушей джинчурики, как щитом. В отличии от остальных жителей деревни, она не боялась Хана, но знала, что тот не просто страшен, но ужасен, когда его загоняют в угол, и надеялась, что в этот раз такого не случится. 

- Ещё на север, - прокричала перекрикивая рёв песка девушка, и Хан неслышно кивнул, продвигаясь дальше. 

Буря застала их на половине пути к точке, где сейчас должны были находится караванщики. Вероятно, это и стало причиной того, что они задержались, но Хан был неуверен. В такое время всегда на дорогах можно встретить кочевые кланы, которые так сяк, но любят прибегать ко грабежам и разбою, если год выдался плохим, и на берегах рек так и не выросли посевы. А этот год как раз был из таких. 

Ещё пару часов Хан и Химе перебирались через нагорья и пустыню, которые предстали перед их взором непроходимой пустошью. Кто в такую погоду вообще решит отправляться в путь? Но предсказать такие явления сложновато - исследователи Страны Ветра ещё не нашли корректного способа предвещать бури, и могли лишь опираться на древние астрономические наблюдения за тучами и движениями воздушных масс. А это - не всегда эффективно.

Наконец они вышли из покрывала песка, что несётся тебе в лицо на такой скорости, что оставляет острые, как бритва, шрамы, и уродует твою кожу. Хан отдышался, "выпустил пар", рассматриваясь. Место, которое они с Химе искали должно было находится где-то на расстоянии киллометра на север. Туда они с чунином и отправились. Девушка почти всю дорогу молчала прикрывая лицо тканной повязкой и закутываясь посильнее в куфию и плащ. Солнце беспощадно жарило голову, и хотелось просто утопиться от такого воздействия небесного светила. 

На горизонте они увидели пару торговых фургонов. Хан и Химе ускорили шаг, но когда добрались до искомого, никого не застали на месте. 

Хан молча начал осматривать остатки каравана. Товары забрали, и людей тоже нет. Даже трупов не осталось - значит, торговцы живы. 

- Вот здесь, - указал он на песок, что ещё не успел заместись ветряными потоками и напоминал по своей структуре утоптанную тропинку. Видимо, бандиты рассчитывали, что буря дойдёт до этого места, и засыпет их следы. 

- Хорошая работа, - похвалила здоровяка Химе, после чего они пошли по следу.

Их было десять. Десятка дорожных разбойников, в сопровождении вьючных лошадей, что везли товары, которые украли. На верёвке, повязанной вокруг шеи, рядом шли трое торговцев, которых Хан и Химе сразу распознали по одежде, пусть и драгоценности с их туник посрывали, а тюрбаны развязали, поцепив на шею вырвав куски особо красивой ткани. 

Удар. Хан не стал ожидать приказа, и просто ворвался в толпу. Первой получила удар именно лошадь, от чего упала с подкошенными ногами, и вдял ли уже встанет. Вторым ударом Хан оторвал челюсть бандита, пока Химе использовала технику ветряного резака превращая ещё двоих разбойников в сущий фарш. В это же время Хан с грохотом врезался в толпу бандитов сбивая их с ног, после чего нанёс целую комбинацию разной силы ударов выбивая весь дух и лишая чувства земли под ногами оставшихся грабителей. Ему это удалось буквально за десятку секунд, после чего джинчурики стал на бархане отдыхаясь. 

Химе тем временем развязывала торговцев, проверяла грузы. 

- Отличная работа, - похвалила она своего напарника и похлопала его по плечу, когда тот присел на раскалённый песок наблюдая за тем, как солнце начинает переходить свой зенит и катится на запад, а буря перед ними - рассеивается в облачках серо-коричневой пыли. Отличная ли? Хан вот лично сомневался в том, что принёс какую-то пользу миру тем, что обагрил свои кулаки чужой кровью. Но с приказами не спорят. Пусть это и не его деревня, и не его дом, но он - инструмент деревни - будет делать всё, что бы с ним считались, и если ради этого придётся показать себя острием опасного оружия - да будет так.