Что ж, тишина была не долгой, но благо парень успел уже скупиться и покинул магазинчик.

- Не думал я, что он все же нагонит меня... хоть и сам предложил встретится у врат... ладно, все, что хотел я купил. Так что пойду готовиться у врат.

Произнес Синти в голос, сам того, не ожидая, после чего ускорил свой шаг к выходу из селения.

Парень покинул резиденцию и, к его удивлению, хвостик, по крайней мере пока что, не мчался за ним. Это было удивительно, чуточку, но не страшно.

"Бледный парень жующий чужие волосы и те две девушки в одном теле... я отправляюсь с какими-то чудиками..."

Промелькнуло в голове у представителя клана Камизуру, пока он подходил к нужному ему магазинчику.

Уже покидая бар, блондинчик заметил, что за ним этот бледнолицык увязался.

- Пора идти к господину Казекаге, для подачи заявки на допуск к экзамену на звание чунина.

"Вроде как довольно громко тогда озвучил это, так что данный парень, по всей видимости, немного глуховат..."

- Слухи ходили уже давно, но информацию о том, что делать появилась совсем недавно, так что, я, как и наверное ещё с несколько иных шиноби селения ждали подходящего для записи время.

Представитель клана Камизуру медленно шагал в сторону резиденции, где и нужно было бы провести подачу заявки.

Девушка выслушала информацию, которой двотельная решила позволить себе поделиться и с пониманием кивнула.

- Ну, да, наверное мое дело и вовсе уже перенесли в раздел предатели селения, - невозмутимо произнесла он разведя в стороны свои ручки. - Я успею ещё отдохнуть, даже если это будут "нары"... так что пошли к начальству.

После чего, сделав небольшую паузу, Ульти решила добавить.

- Только перестань называть меня "госпожой", немного напрягает!

— Она весьма ограничена и полна условий, так ещё весьма энергозатратна. Я бы назвала её удобной, но боевой потенциал у неё сомнительный, - с невозмутимым лицом белобрысая припездывала деловитым тоном, после чего перевела взор в сторону указанную сестрой. - Любопытное зрелище, но нам сейчас не до этого. 

— Нудила, - черная закатила глаза.

— Госпожа Ульти, Вы долго числились пропавшей, и хотя я понимаю, что Вы бы хотели отдохнуть, но сперва нам стоит показаться руководству деревни. Пойдемте. 

И приглашающим жестом светловласая головушка указала ладонью вперед, туда, где виднелась крыша резиденции.

Сандзи плюхнулся на пыльный бордюр центральной улицы Сунагакуре, ящик с конфетами — тяжёлый, как яйца после недели воздержания — поставил рядом, чтоб не ебать себе спину. Чакра выдохлась, как сперма после марафона, — клетки белой змеиНе владеет этой способностью внутри корчились, требуя отдыха, а маска дурацкого ребёнка сидела криво, но крепко, чтоб никто не заподозрил, что под ней прячется хуй знает что. Он сделал вид, будто просто играет — ковыряет песок пальцем, жрёт конфету с вишней (или кровью, хуй разберёшь по вкусу), и пищит тихо: Стая устала... стая хочет поспать... хи-хи, конфетки вкусные, как сиськи мамы!

Но уши его, острые как чакра, ловили каждый шёпот вокруг. Толпа бурлила — торговцы, бабы в сетках, парни с ножами на поясе — все трепались о новом Каге. Узумаки Саказуки, диктатор хуев, только что взошёл на трон и сразу устроил шоу на центральной площади: казнил заключённых, рубил головы, как овощи на салат, кровь лилась рекой, а толпа орала от восторга или страха, хуй поймёшь.

— ...слыхал, этот Узумаки — зверь, — бормотал один толстый торговец, сплёвывая жвачку. — Казнил тех ублюдков, что деревню грабили. Головы на кольях, кишки на ветру болтаются. Диктатор, блядь, но порядок навёл!

— Ага, — поддакнула баба с корзиной фруктов, — мой муженёк сказал, что Саказуки сам мечом махал, как бог войны. Заключённые визжали, как собаки в борделе, а он даже не вспотел. Теперь все боятся ступить не туда — фиг ослушаешься!

Сандзи жевал конфету, делая вид, что рисует хуй в песке пальцем, но внутри кипело зверинное уважение. "Этот Саказуки... хуйня, но крут. Казнит без жалости, рвёт стаю врагов, как я рву хуи этим ублюдкам. Диктатор но живёт по-настоящему — по инстинктам, без этой гребаной морали. А я? Я змея в клетке, клетки змей жрут меня изнутри, требуют крови, секса, хаоса. Маска ребёнка — хуйня для шиноби, чтоб не раскрыться, но сущность рвётся: сожрать, трахнуть, уничтожить. Правильно ли я прячусь? Или пора вырваться, как Саказуки, и стать диктатором своей стаи? Стая топ, но змея внутри шепчет — рвать всё нахуй, жить по-настоящему, без масок. Чакра восстановится, и тогда... может, я тоже устрою казнь, но свою, с конфетами в жопе у врагов."

Он хихикнул вслух, чтоб не палиться, — Стая слышит про большого дядю Каге! Он рвёт стаю врагов? Стая хочет поиграть с ним! Хи-хи, казнить — это как конфетки жрать, только с кровью! — и сунул в рот ещё одну конфету, чувствуя, как чакра потихоньку возвращается, а змеиная сущность шипит в венах, готовая к новому дерьму. Улица кипела, а Сандзи отдыхал, подслушивая и планируя — маска на месте, но внутри зверь просыпался.

Когда он почувствовал восстановление. Сандзи размял шею и пошел с ящиком дальше. 

И вот Чиё вновь шла по главной улице Песка.

 "Так где же это кафе?.." - пронеслась мысль в голове куноичи.

Солнце светило всё жарче, что заставляло сиреневолосую ускорить шаг, чтобы уйти от палящего зноя.

 "Хм, интересненько... Какие цены будут в этом заведении? Надеюсь, не слишком дорого."

Марионеточница продолжала свой путь к такому нужному ей месту отдыха.

Чиё, измождённая, но не сломленная, шла по улице Песка.

 "Фух, вот это я изрядно потрудилась... Эти тушканчики такие прыткие..." - вздох облегчения после этой мысли покинул грудь девушки.

Люди всё шли кто куда, солнце светило так же ярко, ничуть не умаляя свой пыл. А молодая куноичи всё шла и шла к своей цели.

Лёгкие плавные шаги куноичи терялись в оживлённой суете улицы Песка.

 "Сегодня чудесный день, погода стала менее жаркой," - мысленно обрадовалась Чиё.

Идя всё дальше к заветной лавке, девушка задумалась.

 "Что там говорила Амайя... "Заводные механизмы от удара"? Интересный исход событий. Любопытно... Это лишь случайность, или же всё было продумано? Или ошибка мастера?" - задала мысленный вопрос сама себе марионеточница и продолжая неторопливый шаг.

Синдзи после выполнение миссии и кипиша в Кофе снова надел "Ту" маску что сдерживала его прорыв к свободе,вместо красивого ухода он осмотрел кофе и ухмыльнулся говоря себе как ему работа в кофе, она была познавательной он наблюдал за людьми и за Акико, она была девушкой строгой но хорошей. В отличие от Самца он заслужил отдых но вперёд ему нужно сдать миссию.