Учиха замер, чувствуя, как внутри постепенно нарастает раздражение. Итачи явно не был настроен на диалог, а теперь, когда появился ещё один незнакомец, ситуация стала более запутанной. Нет, это определённо не часть плана Данзо. Или всё же он? Что-то подсказывало Рюсену, что всё это неспроста. Слишком много «совпадений» за один вечер.

«Плевать. Я всегда могу сменить свою личность в любой момент... Посмотрим, что выйдет.»

Промелькнуло в голове Учихи, когда он увидел, что Итачи собирается уходить.

— Красный пепел…

Произнёс Рюсен громко и чётко, наблюдая за реакцией обоих шиноби, не меняя позы и тона. Голос его прозвучал холодно и твёрдо. От второго незнакомца исходила странно знакомая чакра. Рюсен прищурился, вглядываясь в его силуэт, и внезапно узнал того, с кем сражался недавно – Шун. Что он здесь делает? Неужели следил за ним от самой Конохи? Или это тоже часть какой-то более сложной игры? Змеиное чутьё вопило об опасности, о необходимости немедленно атаковать, вырезать эти новые угрозы, но холодный рассудок удерживал этот порыв. Нужно было понять, что происходит, прежде чем действовать.

Учиха медленно повернул голову к Итачи, затем к Шуну, оценивая их реакцию на кодовую фразу. Маска наёмникаТехника изменения лицаchakra(0) , которую он носил, позволяла скрыть часть эмоций, но внимательный наблюдатель всё равно мог заметить едва заметные признаки напряжения. Чуть приподнятые плечи, слегка наклонённую вперёд голову, кисти рук, готовые в любой момент сложиться в печать.

«Если я правильно понимаю, Итачи прислан сюда Данзо. Но кажется, старик не счёл нужным сообщить нам друг о друге. Или же только мне.»

От этой мысли горечь растеклась по горлу. Данзо использовал их как пешек, не раскрывая полной картины. Сталкивая лбами. Проверяя на прочность. Типичный приём старого интригана.

— Я думаю, нам есть о чём поговорить.

Добавил он, делая шаг вперёд, полностью выходя из тени.

— У нас, возможно, общий... работодатель.

Последнее слово он произнёс с едва заметной ноткой презрения, но достаточно нейтрально, чтобы не провоцировать конфликт. Лунный свет падал на его новое лицо, и Рюсен ощутил странный дискомфорт от собственной маскировки. Чужая кожа, чужой голос... Сколько ещё ему придётся носить эти маски, прежде чем он доберётся до своей истинной цели? До Орочимару. И всё же, сейчас это было необходимо. Ведь если перед ним действительно Итачи Учиха, тот сразу узнал бы его настоящее лицо.

Пальцы Рюсена слегка дрогнули, когда он заметил, как напряглась фигура Шуна. Этот человек был опасен. Рюсен хорошо помнил их недавнюю схватку. Ветер усилился, принося с моря запах соли и гниющих водорослей. Храм вокруг них словно вздохнул, древние камни поскрипывали от ночной прохлады. Где-то вдалеке закричала ночная птица, и этот крик показался Рюсену дурным предзнаменованием.

— Времени мало…

Произнёс он, чуть наклонив голову.

— Я выполняю задание. Возможно, кто-то из вас тот напарник, о котором говорил... Старик.

Он внимательно следил за реакциями Итачи и Шуна. Каждый мускул в теле Рюсена был напряжён, готовый к мгновенному ответу на любую угрозу. СенчакраРежим Мудрецаchakra(0) заполняла его сосуды, подготавливая к возможному столкновению.

«Если это ловушка...»

Мысль осталась незаконченной, но подразумевала многое.

Рюсен вспомнил свиток, переданный Данзо. Указания были чёткими – встреча с напарником, подготовка базы, встреча с агентом для получения первого задания. Но нигде не говорилось о том, что к ним присоединится кто-то третий. Это беспокоило. Слишком много неясностей, слишком много переменных. Храм вокруг них, казалось, становился всё мрачнее с каждой секундой. Обломки колонн отбрасывали длинные тени, похожие на чёрные когти, тянущиеся к ним. Учиха почти физически ощущал, как сгущается напряжение. И сейчас, стоя перед Итачи и Шуном, возможно, ещё одними «предателями», Рюсен начинал понимать масштаб игры, в которую они оба были втянуты.

Юмеко молча следила за происходящим вокруг, фиксируя в уме каждую мелочь, включая выражения лиц прохожих, ритм движения местных, порядок построек и количество охраны. Сцена, развернувшаяся перед глазами, действительно выглядела непривычно мирной и упорядоченной, особенно на фоне нестабильных регионов, через которые им приходилось проходить в прошлом. Игры детей, их беспечность и безопасность, с которой они резвились среди улиц, выглядели почти как иллюзия — хрупкая, как тонкий лёд на поверхности реки весной.

Когда Минато заговорил, Юмеко не перебила его и выслушала до конца, позволив его словам отразиться в ее мыслях. Он говорил со странной для шиноби теплотой, с оттенком идеализма, который нечасто встречался в их среде. Однако она осталась верна своей привычке отделять эмоции от анализа происходящего.

— Такое спокойствие никогда не возникает само по себе, — наконец произнесла она сдержанным, но четким тоном. — Оно не является подарком судьбы или последствием счастливого стечения обстоятельств. Это всегда результат выверенной системы, жесткого контроля и определенного порядка, поддерживаемого структурой, обладающей достаточной властью и ресурсами. В случае Страны Волн этим стержнем выступает Торговая Организация, и именно ее влияние обеспечивает ту стабильность, которую мы наблюдаем сейчас. Однако такие формы равновесия, построенные на экономическом доминировании, особенно уязвимы к внутренним сбоям или внешнему вмешательству.

Поднявшись на корабль сразу вслед за своим командиром, Юмеко не стала тратить времени на осмотр пейзажей или любование морем. Вместо этого она заняла позицию у борта, откуда открывался хороший обзор как на палубу, так и на берег. Она внимательно осмотрела корабль, провела взглядом по членам экипажа, оценивая их слаженность, дисциплину и оснащение. Судно, по ее первичной оценке, было надежным, а организация процессов на борту достаточно хорошо отлаженной, что говорило об уровне подготовки команды.

— Никогда прежде мне не доводилось находиться в открытом океане, — спокойно ответила она на вопрос Минато, не отрывая взгляда от горизонта. — И, признаюсь, это создает отличную возможность для наблюдений, как за условиями окружающей среды, так и за тем, как поведение экипажа и других участников миссии изменяется в зависимости от ситуации и степени опасности.

Она не смотрела на Минато напрямую, ее внимание оставалось сосредоточено на окружающей обстановке, словно в каждом элементе происходящего она искала возможные отклонения от нормы.

— Капитан проинформирован о нашем истинном маршруте и назначении? Или, согласно текущему протоколу, он придерживается стандартной версии, не вникая в детали?

Этот вопрос был задан не ради формальности, а для четкого понимания границ — что и кому можно говорить, какую линию поведения выбирать, и насколько экипаж может стать фактором риска или, наоборот, союзником в дальнейшем.

Ранее обнаруженная слежка из тени подтвердилась, Учиха был не один. Кто-то методично собирал информацию, выжидая когда жертва запутается в собственных движениях. Кто-то жаждал этого, того самого мига слабости, чтобы подло вонзить клинок в спину.

Алые очи оставались неподвижными, но внутри бушевал холодный расчет. Каждый нерв был натянут как струна, выжидая нужного момента, точного ритма. Следящий мог оказаться кем угодно, наемником, агентом Анбу, или кем-то ещё хуже.  Гость молчал и это молчание громче любого вызова. Одно слово и всё бы изменилось. Один знак и возможно, он перестал бы быть один в этой игре. Итачи ждал кодовое слово. Но тишина медленно тянулась, разочаровывая с каждым мгновением.

Сухость во рту стала невыносимой, глоток воды и он смог бы думать куда яснее. Но сейчас каждая секунда была на счету, один неверный шаг, одно наверное действие и завяжется бой.

Медленно, с показным равнодушием и небрежностью, Итачи повернулся к Рюсену, позволяя тому ознакомиться с безжизненными глазами Учиха. Он изучал его, словно разглядывая трещины на древнем клинке. Знакомое? Нет, совершенно чужое. До мурашек чужое. Искаженные черты, болезненный оттенок кожи. От него несло лекарственной горечью и запахом стерильных помещений, точь-в-точь как от беглеца из больничного крыла.

— Ты ошибся, раз решил что я стану откровенничать с тобой, – прозвучал холодный голос.

На мгновение его взгляд скользнул на Запад, оттуда надвигалось что-то незнакомое и опасное. Ещё один гость, незванный и быстрый. Учиха отступил ровно на семь метров. Тело привычно приняло боевую стойку, а взгляд... Его взгляд мог убить без единого движания, остался холодным.

Новый незнакомец появился из ниоткуда, точно также как когда-то исчезла Юми. Алоглазый помнил, помнил как она растворилась в воздухе, оставив после себя только загадки. Прибывший двигался схожим образом - без искажений пространства, без всплесков чакры.

Теперь перед ним стояли двое, но из них союзник был только один. Если первый не сказал кодовое слово, то второй пришел сражаться. Значит, оба враги. Напряжение с каждой секундой только росло, вовлекая в произошедшее все больше и больше незнакомых лиц. Происходящее не радовало, но не от первого и уж тем более не от второго, Учиха не ощущал опасности, лишь легкое недоверие. 

Темные глаза медленно опустились вниз, теряя интерес к этой паре. 

— Думаю, вы разберетесь и без меня, – произнес Учиха, разворачиваясь и неторопливо удаляясь. 

Высоко в облаках:

Высоко высоко в горах, то есть в облаках. Летела белая птицаНе владеет этой способностью. На ней стоял парень в белом плащеОдежда: Белая мантия и маскеОдежда: Маска Анбу Конохагакуре. Шун осматривал приборомСнаряжение: Портативный телескоп землю. Приближаясь к нужной точке для встречи. Он кружил над местностью, пока не заметил одну знакомую личность.

"Итачи? А рядом наверное Рюсен? Не похож. Может это информатор? Похер, снижаемся."

Блондин вынул кунай с дзюцушики и метнул его в сторону Итачи. В пяти метрах от него и второго человека.

КунайОружие: Кунай с двойным лезвием долго падает в низ. Пока блондин снимает маску и плащ, пряча их в рюкзак.

Шун сложил одной рукой печать, и ждал, когда кунай долетит до земли. В нужный момент блондин переместитьсяНе владеет этой способностью к своему кунаю.

Земля:

В небе сверкнул кунай, подлетая к двум Учиха. На уровне груди, и на расстоянии 5 метров от каждого. Внезапно для всех, рядом с кунам появился Яманака Шун. Он тут же перехватил свой кунай.

- Хуяк...

Рюсен продолжал изучать округу, растворяясь в шуме и дыхании приморского города. Время шло, но никто из тех, кого он мог принять за связного Данзо, так и не появился. И тогда, когда ощущение пустоты начало медленно заполнять грудь, он начал действовать. Медленно, методично, без лишней поспешности. Если связной не находит его, значит, придётся найти его самому. Он ушёл с обзорной площадки и растворился в узких переулках, где пахло древесиной, морем и дешевыми травами. Каждые десять шагов он останавливался и настраивал чувствительность СендзюцуРежим Мудрецаchakra(0) . Мир вокруг оживал в новых красках: чакра торговцев, женщин с корзинами, пьяных рыбаков, наёмников, воров. Но он искал не это, скорее, силу? Ту, что идёт от подготовленных бойцов. Концентрированную, сжатую, остро направленную.

Первый источник он заметил у городских ворот. Мужчина с тяжёлой чакрой, сдержанной и глубокой. С виду старый охранник, опирающийся на копьё. Он сидел у ворот и ел сушёное мясо. Рюсен встал за углом и наблюдал за ним долгое время. Тот не двигался, его чакра ни разу не колыхнулась. Возможно, это была усталость или притворство? Стоило Учихе проявить лёгкий интерес и сделать шаг вперёд, как охранник поднял глаза и чуть наклонил голову. «Я тебя чувствую» – читалось в его взгляде. И всё же это был не тот, кого он искал. Слишком прост и прямолинеен. Рюсен ушёл, не удостоив того даже взгляда.

«Мимо…»

Второй источник был на крыше таверны, ближе к докам. Девушка – юная, с короткими чёрными волосами и в накидке до пят. Она лежала на крыше и смотрела в небо. Рюсен приблизился, скрываясь в тени. Он долго смотрел снизу вверх, изучая её поведение. Она не шевелилась, но в какой-то момент её пальцы начали выстукивать ритм на черепице – простую боевую последовательность. Вызов? Или скука? Он продолжил ждать. Её чакра дрогнула только тогда, когда мимо прошёл пьяный моряк. После она расслабилась, почувствовав что опасности нет, а значит, не та. Учиха двинулся дальше, постепенно переполняясь раздражением.

«Кажется, опять не повезло. Почему Данзо не назвал точное место встречи или хотябы как выглядит связной? Приходится тратить на это слишком много времени.»

Выругался про себя Учиха, тем не менее продолжил свои поиски.

Третий источник был «безликим», широкоплечим человеком в тяжёлой кожаной броне, сидевший у самой кромки пирса, спиной к морю. Его чакра была... странной. Рюсен чувствовал её потоки словно кусками. Чакра то пульсировала, то замирала. В этом не было никакой логики. Либо её обладатель был мастером скрытности, либо просто больной человек. Рюсен подошёл ближе, остановился на мостовой напротив. Мужчина поднял голову, его безглазое лицо в маске уставилась на него. За ней Учиха видел только пустоту и желание сорвать её. Неизвестный не пошевелился, не сказал ни слова... Просто сидел на месте. Рюсен остался на точке ещё на пару минут, пытаясь изучить неизвестного, затем резко свернул за угол. Кто бы он ни был, тот, кого ищет Учиха, должен уметь говорить.

«Жутковатый тип… Так и хочется свернуть ему шею.»

Очередной поиск не принёс ничего, кроме раздражения. Но Рюсен не унывал, всё-таки, это лучше, чем просто сидеть и «ждать чудо». 

Четвёртая цель была в чайной лавке на углу. Молодой парень, лет двадцати с длинными тёмными волосами, туго завязанными в хвост. Чистая, сильная чакра. Движения лёгкие и «лучезарный вид». Пил чай с девушкой и явно не ожидал что в их разговор может вклиниться кто-то посторонний. В глазах юноши читалась честность и благородство, словно «герой» из сопливых романов для девочек. Возможно, он был шиноби. Возможно, даже из Конохи. Но не из Корня, это было заметно невооруженным взглядом.

«Похоже, я просто зря трачу своё время…»

И вот, пятая след чакры. Но совсем иной. Необычайно тихий, но всё равно – мощный. Чистый, но в то же время мутный. Сила, что не выставляется на всеобщее обозрение, а словно скрывается. Он почувствовал её, стоя на краю дороги, ведущей к полуразрушенному храму за пределами города. Место старое, почти забытое. И всё же внутри кто-то был. Рюсен двигался медленно. Нога за ногой, по каменной дорожке, покрытой мхом. Луна освещала путь, а на фоне обломков колонн он увидел фигуру в плаще, пытающуюся скрыться в тени ветхого здания. Рюсен заметил протектор с перечёркнутым знаком Конохи и остановился. Его сердце замерло всего на мгновение.

«Учиха... Итачи?»

Пронеслось в голове. Он узнал этого человека. Не по чакре, а по осанке, изгибу плеч и наклону головы. Он видел его совсем недавно, на собрании Клана – спорящего со своим младшим братом. До того как всё пошло к чертям.

«Это... невозможно. Данзо знал? Или всё это часть игры? Неужели «Старый» набирает себе армию из представителей Учиха и делает из нас «предателей» не случайно? Что он хочет этим доказать?»

Внутри разгорелась тревога, но Рюсен остался подобен камню. Анализ начал переполнять его черепную коробку, пытаясь понять, чего пытается достичь Данзо на самом деле? Хочет ли тот подставить Учих и превратить его в Клан Предателей намеренно? Но, зачем? Неужели... Из за силы их глаз?

Рюсен шагнул вперёд к Итачи, привлекая  его внимание на себя. Он был спокоен и бесстрашен, хотя и выглядел больше как наёмник, чем профессиональный шиноби посланный Конохой. 

— Не слишком людное место для вечера…

Сказал незнакомец в своей новой личинеТехника изменения лицаchakra(0) . Голос был хрипловатый, низкий, чужой. Сам Рюсен выглядел как коротко стриженный блондин с голубыми глазами и шрамом на половину лица.

— Но, говорят, только в таких местах можно встретить тех, кто тебе действительно нужен.

Учиха сделал ещё один шаг, стоя уже в пределах видимости.ечли присмотреться, у него не было ни меча, ни другого заметного снаряжения. Возможно, он его хорошо скрыл? Незнакомец не стал подходить ближе, не провоцируя своего оппонента и дерда его на расстоянии.

— Интересно... ты здесь ради кого-то? Или, может быть, сам кого-то ждёшь?

Он стоял спокойно, руки свободны, спина прямая. Его сердце билось ровно. Но внутри он был готов ко всему. Даже если сейчас всё, что строилось неделями, рухнет, он не даст себя поймать. Даже если перед ним Итачи, как союзник или враг, он узнает это в ближайшие секунды. Но больше всего его жгло другое: почему именно он?

Время, неумолимое и безжалостное, мчалось вперед, унося за собой обрывки прожитых мгновений, развеянные холодным ветром, унося былую славу ветром перемен. Каждое прожитое мгновение рассыпалось в прах, как пепел сожженных надежд. Осколки прошлого вонзались в память, но прошлое было мертво, забыто и уничтожено руками создателя.

Никто не поверил бы, никто не смог бы даже представить, что Итачи Учиха - преданный шиноби, способен на предательство и измену, на этот кровавый закат, на этот ночной кошмар. Но план был выполнен безупречно. Все именно так как гласила инструкция, ни шагу влево или вправо. Поместье клана Учиха дымилось, его стены истекали кровью, задуманная диверсия удалась. Однако в глубине темных глаз не было победы, лишь тяжесть, давящая на грудь. Он не испытывал ни радости, ни удовлетворения, лишь вечно ноющая острая боль кричала где-то в глубине холодной души.

Он замер, ощущая лёгкий морской ветер на коже. Затем, без лишних колебаний, сбросил снаряжение, всё что могло выдать его принадлежность к клану Учиха. Лишь протектор остался на поясе, блестя в лунном свете, как сигнал для того, кто должен был его найти. Для всех остальных - это трофей поверженного шиноби из Конохагакуре но Сато.

С каждым шагомШуншинchakra(50) , с каждым вздохом вера в слова Данзо таяла, подвергалась сомнениям. Хокаге оставался тайной, сдержит ли он слово после того, как Итачи запятнал свои руки кровью, а репутация навсегда испорчена. Но сомнения уже не имели значения. Дело было сделано.

Ночная тень сгущалась, обволакивая маленькую страну в тишину, будто сама ночь затаила дыхание перед надвигающейся бурей. Итачи достиг условленного места, заброшенного храма на окраине страны. В скором времени здесь должен был появиться его неназванный соучастник. Настоящий призрак о котором алоглазый даже не подозревал. Он представлялся кровожадным монстром, а его имя наводило ужас. Итачи ждал этого часа. Он помнил слова, помнил описание, но не знал как будет выглядеть неназванный гость. Глаза опустились.

Учиха шагнул вперёд, его силуэт растворялся в серебристом свете луны, будто призрак, не принадлежащий никому из перечисленных стран. Курс был верен, впереди руины древнего храма, последняя точка перед встречей. И тогда, в тишине ночи, раздался лёгкий шорох. Тени шевельнулись, обволакивая разрушенные колонны храма холодным и незримым присутствием, кто-то наблюдал за ним. Мастер сюрикендзюцу не поворачивался, не подавал виду, что заметил слежку. Его пальцы едва дрогнули у пояса, но он не стал хвататься за кунаи, не здесь и не сейчас. 

Теплый морской воздух ударил в лицо, как только Рюсен появилсяШуншинchakra(0) на окраине прибрежной деревушки, служившей воротами в Страну Волн. Здесь не было роскоши, но и бедностью это место не назовешь. Деревянные пирсы, лодки у причала, лавки с вяленой рыбой и аромат приправ, вперемешку с солью и водорослями. Всё это говорило о жизни, неспешной, трудовой и будто нарочито простой. Но Рюсен видел больше, чем обычный прохожий. Он чувствовал напряжение под поверхностью. Сендзюцу мягко подсказывало: кто-то наблюдает, кто-то прячется, кто-то боится. Здесь жили те, кто знал цену тишине и тем, кто нарушает её. Он шёл спокойно, с лёгкой сутулостью, характерной для тех, кто привык скрываться, а не выставляться напоказ. Его тело, замаскированное новым обликомТехника изменения лицаchakra(0) , двигалось иначе – не так, как раньше, не с той грацией змеиного шиноби. Теперь он был «другим»: бродяга, возможно, бывший мечник, судя по шраму, но без клинка. Его пустые руки, отсутствие протектора, чёрная простая одежда – всё в нём говорило: «я наёмник, но я сам по себе». Он больше не был ни Рюсеном, ни Учихой, ни чудовищем с рогами. Он был анонимностью, новой оболочкой, в которой наконец мог двигаться без «теней прошлого» за спиной.

Учиха не успел пройти и ста метров, как приметил двоих. На краю площади у одного из фонарей стояла пара. Мужчина и женщина. Оба в форме. Оба с протекторами Конохагакуре. Он сразу заметил символику. И даже если бы не заметил, эти двое не скрывались. Мужчина – высокий, блондин, возраст около тридцати, говорил легко, но с авторитетом. Женщина – моложе, лет восемнадцать, глаза белые, читающие, пронизывающие. Хьюга. В них было что-то цепкое, настороженное даже в спокойствии. Они вели между собой непринуждённый разговор, и это выдавало: они не ожидали увидеть врага, но были на задании. В их чакре не чувствовалось острого напряжения, но присутствие было плотным, как у тех, кто знает, где находится и зачем. Значит, новости о происшествии в Конохе до них еще не дошли.

«Не моё дело…»

Рюсен не сбавил шаг, но изменил маршрут. Он обошёл их по дуге, словно просто выбрал другой путь. Не слишком заметный, не вызывающий подозрений. Он не чувствовал к ним злобы. Они были всего лишь частью прошлого, частью мира, который он покинул. Но он не мог допустить даже намёка на узнавание. Даже намёка на сближение. Он больше не принадлежал их миру. И, возможно, никогда не принадлежал.

Он прошёл по мосту, ведущему к торговой части города. Каменные плиты мостовой, деревянные арки с выгравированными знаками торговых гильдий, уличные фонари, отблескивающие на воде. Всё здесь говорило о богатстве. Но оно было другим. Не шикарным, а выверенным, управляемым. Рюсен заметил охранников. Не шиноби, но хорошо обученные бойцы, судя по стойке. В их глазах не было страха, только порядок и долг. Торговая организация правила здесь железной рукой, пусть и без излишней жестокости. Мир, выстроенный на выгоде, не на крови. И это делало его более опасным. Потому что такими местами правят не кланы и не мечи. Здесь правят слова, цифры и люди, умеющие убивать, когда молчат. Он остановился у прилавка с сушёной рыбой, притворяясь заинтересованным. На самом деле он наблюдал. Всматривался. Изучал. Наёмников здесь хватало. Он даже заметил нескольких похожих на себя – без знаков, с тяжёлыми шагами и глазами, в которых отражалась усталость и опыт. Ему нужно было время. Он не знал, когда появится его напарник. Данзо не дал ни имени, ни внешних ориентиров.

«Подождём...»

Рюсену не привыкать ждать. Он мог провести здесь и час, и день, и неделю. Он почувствовал, как в груди начинает нарастать лёгкое внутреннее давление – ни тревога, ни нетерпение. Скорее, тоска. По боли. По действию. По чёткому врагу. Он умел убивать и ждать, но самое трудное было – жить в паузе между тем и другим.

Он прошёл вдоль ряда лавок, поднимаясь по каменной лестнице, ведущей к обзорной площадке. С этой высоты можно было разглядеть город, причалы, главный мост, по которому шёл непрерывный поток людей, повозок и корабельных грузчиков. Он прислонился к перилам, скрестив руки на груди, и смотрел. Наблюдал. Запоминал.

Продолжая свой путь и минуя несколько часов проходящего времени - команда наконец достигла страны Волн, аккурат приземляясь на твёрдую поверхность и наблюдая перед собой действительно необычный вид. Эта страна казалась невероятно спокойной, можно даже сказать умиротворенной на фоне всех тех войн и безумия что происходили за пределами. До порта где их ожидал корабль было уже рукой подать, нужно было лишь пройти пару сотен метров а его паруса и вовсе - видны прямо с их места.

— Мир шиноби огромен, не всех людей затрагивают войны - это страна прекрасный тому пример. Такое спокойствие как сокровище, если обретаешь его - нужно держаться так долго как это получится, ради живущих и грядущих поколений. — с лёгкой улыбкой говорил Минато, продолжая свой путь через территорию своеобразной деревни и её порта. Он то ли дело останавливался из-за пробегающих шаловливых детей которые играли между собой в "пиратов", сражались деревянными мечами и имели возможность прочувствовать своё детство таким - безопасным. Всё это вызывало сильное тепло в груди Намиказе, заставляя того с улыбкой наблюдать за всем этим и наконец - вступить на борт корабля, называя этакое "кодовое слово" и вставая на носу корабля, подзывая к себе Юмеко.

— Когда-нибудь бывала в океане? Я говорил с капитаном, мы будем плыть два дня до нашей цели. На скорость корабля я уже никак не повлияю, ха-ха. — почесывая свой затылок и с легким смехом говорил блондин, который возможно и вовсе болел морской болезнью.

Юмеко ступила на деревянный настил пристани, ощущая под подошвами влажные доски, вытертые тысячами ног торговцев и рыбаков. Вокруг царила тихая суета в виде таскающих корзины с рыбой мужчин, женщины переговаривались, сортируя улов, а неподалеку подростки выталкивали лодку обратно в воду. Все казалось размеренным и мирным, но за этой спокойной рутиной чувствовалась хорошо отлаженная система.

Страна Волн встречала их туманным утром, в котором сквозь сизую дымку проглядывали очертания стройных зданий, поднявшихся над деревушками. Среди них особенно выделялся небоскреб на краю острова, представляющее собой мрачное и внушительное строение, резко контрастирующее с остальным пейзажем. Это был административный и жилой центр Торговой Организации, в котором, по слухам, находился сам Куджо Хато.

Юмеко не задавала вопросов, ибо ее задача была наблюдать, слушать и учиться. Это была не просто поездка, ведь миссия в сопровождении Минато означала, что ее внимательно оценивают. Потому она сохраняла молчание, впитывая в себя каждую деталь, начиная от того, как здешние стражники проверяют товары, до того, как жители уважительно склоняют головы при упоминании Хато.

Люди здесь живут спокойно,  — негромко скназала она, следуя за Минато по главной улице. — И все же чувствуется, что это спокойствие стоит дорого. — По обе стороны дороги тянулись лавки, склады, конторы и рыбацкие дома, при этом аменные мостовые были неожиданно чистыми

Юмеко оглянулась на город и на мост, соединяющий страну с остальной частью мира. Прочный, каменный, впечатляющий. Его строительство полностью изменила судьбу этого места. Она понимала, что эта страна не просто рыбацкий край, а скорее узел интересов и влияний, за которым нужно наблюдать особенно внимательно.