Брюнетка заметила лишь его, слегка усталый вид. По нему было прекрасно видно, что тому хотелось больше поспать, нежели вот здесь стоять и ожидать.

- Долго ждешь?

Не то что бы ее слишком сильно это волновало, все таки Хатаке уже взрослый мальчик, более самостоятельный, нежели раньше. Ручки она складывала под грудью, а темные глаза взирали на него с неким ожиданием чего-то. Но кажется ничего такого и не стоило.

- Мм, да.. Решила немного прогуляться, а тут ты, дремающий здесь. 

На его замечание об собственном отравлении, та лишь усмехнулась. Она действительно к нему давно не заходила, от чего мимолетом ощутила укол совести. 

- Я была уверена что ты уже стал взрослым и самостоятельным мальчиком. А исходя из твоих слов, засталяешь мне сомневаться в собственном мнении. Неужели я тебя переоценила?

Чуть поворачиваясь бочком, та склонила голову так, что бы можно было взглянуть на своего собеседника.

- Мм, как мила твоя забота, но не переживай. Жить буду..

Ожидание напарников, прикомандированных к нему волевой рукой Киёми, затягивалось и Какаши начал откровенно скучать, от того даже пару раз поклевав носом. В его голове никак не укладывалось, что можно настолько долго собираться на миссию и что вообще надо искать и готовить чтобы так долго тянуть с выходом. И вот в очередной раз, когда беловолосый парень уже проваливался в состояние полудремы, его выдернул в реальность такой знакомый и близкий голос, что шиноби даже не сразу осознал что не спит и протянул руку в том направлении, откуда голос послышался. И только когда его пальцы прошлись по чему-то... мягкому, проморгался и открыл глаза. Благо хоть на лице его была маска и окликнувшая его прекрасная леди не заметила (наверное) прильнувшей к лицу краски. 

- Мива... - пробурчал Какаши, отдирая руку и уводя глаза в сторону. - Да... на миссию надо... да. Только вот не спешат мои ребята...

Взгляд единственно открытого глаза Хатаке продолжал блуждать. Пока не зацепился вновь за фигуру девушки и медленно не пополз вверх, на пару секунд зависнув-таки на груди. Но усилием воли чунин сосредоточил свой взгляд на губах.

- А ты возвращаешься? Давно ты не заходила ко мне в гости или проверить не отравился ли непутевый Какаши чем не попадя.. Ты в порядке?

Возвращаясь с небольшой прогулки, брюнетка уже стала подходить к вратам Конохи. Удивительная встреча, но Учиха заметила пепельного цвета волосы, маска на лице... Не нужно было быть гением, что бы понять кого она видела. На лице появилась улыбочка, и она уже решила подойти ближе к нему.

- Надо же, Какаши, ты уходишь из деревни или наоборот прибыл?

Хоть она и задала вопросик, то скорее было для галочки. По его виду, та уже кажется поняла что там, и куда. Но пройти мимо и не поздороваться было кране невежливо. 

Юмико и путешественник подошли к великолепным воротам Конохагакуре, которые символизировали вход в безопасность и защиту деревни. Стражи на посту, увидев их, вежливо поклонились в знак уважения.

- Добро пожаловать обратно, Учиха Юмико, — приветствовал один из стражников. - Мы видели ваше отсутствие и надеялись, что всё прошло хорошо.

- Спасибо, — ответила Юмико, с благодарностью взглянув на стражников. - Мы нашли потерявшегося путешественника и вернулись в безопасность.

Стражи кивнули в знак признания, открыв ворота перед Юмико и путешественником. Они вошли в деревню, где уже царила обычная жизнь — люди спешили к своим делам, мирно живя в уютных уголках Конохагакуре. Юмико сопроводила путешественника до главной площади, где его встретили с радостью и благодарностью за спасение. Она осталась на мгновение, чтобы убедиться, что всё в порядке, прежде чем направиться к резиденции Учиха, чтобы доложить об успешном выполнении миссии.

Юмико подошла к величественным воротам, которые вели в деревню Конохагакуре. Ворота, укреплённые и стойкие, были символом безопасности и защиты деревни. Стражи на посту, видя Юмико, вежливо кивнули ей в знак приветствия.

- Утро доброе, Учиха Юмико, — приветствовал один из стражников, заметив её решительный вид.

Юмико ответила кивком и прошла сквозь ворота, оставляя за собой шум городской суеты и вступая на тропу, которая вела через окраины леса. Перед ней лежал путь, полный вызовов и возможных опасностей, но она была готова справиться с любыми препятствиями, чтобы выполнить свою миссию и вернуть потерявшегося путешественника в безопасность.

Юмико и двое детей вышли из леса и направились к вратам Конохи. Деревня уже была видна, и знакомые очертания зданий придавали им уверенности. Юмико держала детей за руки, чувствовала, как их напряжение постепенно ослабевает. По мере приближения к вратам, стражи, дежурившие там, заметили их. Один из них, высокий и мускулистый шиноби, сделал шаг вперёд, чтобы встретить их.

— Ты нашла их! — воскликнул он, облегчённо вздохнув. — Мы уже начинали беспокоиться.

— Да, они в порядке, — ответила Юмико, мягко улыбаясь. — Они заблудились в лесу, но теперь всё хорошо.

Дети, услышав это, ещё крепче прижались к Юмико. Они выглядели уставшими, но в их глазах снова появился свет надежды. Стражи, увидев это, кивнули и открыли ворота, пропуская их внутрь.

— Мы уведомим их родителей, — сказал другой страж, молодой парень с короткими тёмными волосами. — Они будут рады видеть их снова.

— Спасибо, — коротко ответила Юмико, ведя детей внутрь деревни.

Юмико подошла к вратам Конохи, где стояли два дежурных шиноби. Она остановилась перед ними и представилась.

— Учиха Юмико, — начала она. — Я ищу двух пропавших детей. Вы видели что-то необычное этим утром?

Один из шиноби, высокий и мускулистый мужчина, нахмурился.

— Да, я видел их. Они играли возле ворот, но потом побежали в сторону леса. Я не придал этому значения, думал, что они скоро вернутся.

— Спасибо за информацию, — ответила Юмико. — Я отправлюсь в лес, чтобы найти их следы.

Юмико вышлаКонтроль Чакрыchakra(25) из леса и увидела перед собой врата Конохи. Вид родного селения вызывал у неё чувство безопасности и умиротворения. Она шагнула через врата, приветствую знакомых шиноби, охраняющих вход.

— Добро пожаловать обратно, Юмико, — приветствовал один из них, кивая ей. — Как прошла миссия?

— Успешно, — кратко ответила Юмико, улыбнувшись вежливо. — Я иду отчитаться.

Когда Юмико подошлаКонтроль Чакрыchakra(10) к вратам, её уже ждали. Торговцы, увидев её, подошли с уважительным поклоном.

— Учиха Юмико-сан, мы рады видеть вас. Мы готовы к отправлению, — сказал один из торговцев, главный среди них.

Юмико кивнула, внимательно осматривая караван и людей вокруг. Она понимала, что среди них могли быть предатели, поэтому решила не терять бдительности.

— Приветствую. Давайте выдвигаться немедленно, — ответила Юмико, вежливо, но твердо. — Следуйте моим указаниям, и мы благополучно доберемся до Танзаку.

Торговцы закивали и начали готовиться к отправлению. Юмико заняла место на передовой позиции, держа руку на оружии и внимательно наблюдая за окружающей обстановкой.

На пороге главных врат деревни Конохагакуре стояла Учиха Юми, ее форма пропитана былом и будущим, глаза сияли, как звезды над ней. Взгляд ее сталкивался с внимательным взглядом стражников, охраняющих вход в деревню, и в тишине ее душа раздавала энергию уюта и опасности, как и леса, что раскинулись за воротами.
- Я отправляюсь на миссию, - объявила она охранникам, их слова становились звуковыми волнами, отражаясь от стен города и деревьев. Ее голос звучал как певучая песня, раскрывающая внутреннюю силу и решимость, что трепетала в ее груди. Охранники, исполненные уважения к Учиха Юми, пропустили ее сквозь врата, разрешив дорогу к зеленым лабиринтам лесов Конохи. Ее шаги были наполнены решимостью и преданностью, а гордость своей деревни теплила ее сердце, как звездное свечение в ночном небе. Среди древних деревьев и неведомых троп, Учиха Юми шла вперед, словно обвившая силуэты столетними тенями лесов. Внутренний диалог с самой собой переплетался с звуками природы, создавая пленительный концерт мыслей и чувств, наполняя каждый взгляд, каждый жест обетованием и предчувствием будущих подвигов. Под лучами утреннего солнца, Учиха Юми исчезала среди зеленой листвы, ее сущность становилась частью вечности леса, она шла вперед, неся на себе бремя ответственности и надежды, сверкая, как звезда в темной ночи, оставляя лишь чувство глубокого преданности родной деревне и мужеству своего сердца.