Юмеко еще некоторое время продолжала все так-же стоять у перил, пока взгляд ее бессознательно устремлялся в точку, где еще секунду назад стоял Минато. Все вокруг в одночасье стало чуждым и непривычным, превращая звуки парка, шумные и яркие еще мгновение назад, в далекие и размытые. Легкий, игривый ветер играл с ее волосами, а сердце, в свою очередь, выбивало предательский такт. Грудь сжимала странная тяжесть, отчего мир внезапно перевернулся и все, что она знала, утратило былую форму. Это было странно, причем очень странно, ибо подобное чувство в себе девушка считала давно позабытым.

"Как вы это делаете, Минато-доно?" — вопрос, ответ на который девушка даже не пыталась получить, по крайней мере сейчас, ибо понимала тщетность подобных стараний. Говорят, что девушки любит ушами.. чушь собачья, ведь если бы это было правдой и Юмеко таяла от каждого сказанного ей комплимента, то уже давно бы стала куртизанкой элитного разряда. Девушки любят поступками и первый подобный жест она наблюдала прямо сейчас и от кого? От человека, котораго наша особа и знать то знает всего пару часов как. Кунай, переданный ей учителем лишил ее дара речи на пару тройку десяток мгновений, отчего та, словно рыба, то открывала рот, пытаясь что-то сказать, то вновь закрывала его. На данный момент для нее этот жест был не просто передачей оружия от учителя ученику, скорее этот жест буквально кричал: "Я буду рядом. Я буду защищать тебя." И осознание этого сводило ее с ума.

Юмеко уже слабо контролировала свое тело, а если и контролировала, то это была не совсем наша Юмеко, ведь девушка на инстинктах крепко сжала кунай в руках, прижимая его к груди словно заботливая мать пытающаяся согреть ребенка. В этот самый момент она не просто не могла, а скорее даже не хотела думать ни о чем другом.

До этого момента количество людей в жизни Хьюга, заботивщихся о ней сводилось к единице. Ее убитая кузина Саюри, которая всячески заботилась и защищала девочку, пока клан не предал ее. И вот теперь Минато, что своими действиями напомнил ей о былой утрате. В ее жизни было так мало людей, которые могли бы позаботиться о ней. Саюри, ее убитая кузина, была единственной, кто когда-либо пыталась защитить ее, поставить ее интересы выше своих собственных. И вот действия Минато, столь непривычные и настолько искренние, как ничто иное заставили ее вспомнить все, что она потеряла, все, что она пыталась забыть. Этот заботливый жест в виде подаренного куная, за которым последовало простое обещание, напомнил ей о том, что она так отчаянно прятала в своей душе.

Наконец, спустя несколько долгих мгновений, Юмеко медленно пришла в себя, словно очнувшись от тяжелого сна, вследствии чего та выпрямилась, заставляя свои дрожащие пальцы осторожно спрятать кунай в кабуру. Никакой спешки, скорее решимость отрезать от себя опасные ростки чувств, которые могли пустить корни в ее сердце. Тяжелый вздох вырвался из груди Хьюга, как будто та пыталась вытолкнуть наружу все мысли, сбивавшие ее с пути. Маска, годами оттачиваемая ею до совершенства, медленно возвращалась на своё место, придавая девушке образ веселой, жизнерадостной и уверенной в себе особы.

Шаг за шагом, сохраняя внешнюю невозмутимость, Юмеко направилась к выходу из парка, а ее походка вновь стала твердой, размеренной, хотя внутри нее что-то изменилось. Где-то глубоко, за стенами, которые она сама когда-то воздвигла, теперь теплился опасный огонек. Огонек привязанности, доверия, человеческой слабости, который она тщательно пыталась заглушить, хоть и понимала , что Минато оставил след, что являлось смертельно опасным для девушки ее амплуа, куда страшнее любой битвы, которую ей доводилось вести.