Девчонка раскрыла свои голубые глазки в удивлении и сверкнула взглядом в сторону спутницы. Она не верила в то, что слышит. И это было не приятное удивление, а скорее... недопонимание? Когда стало ясно, что та говорила искренне, на лице Сильвии вырисовалась усмешка:

-- Ведешь к себе домой политическую преступницу? -- подняв бровь произнесла девочка, -- А не боишься ли ты, что я окажусь угрозой? Что, если я нанесу вред тебе и твоей семье? Хм?

Розовласка явно провоцировала Шиго. Для нее действительно ее неосторожность была в новинку и вызывала нехилое недоумение. Еще бы. Сильвия видела, как выглядят преступники и на что они способны. Видела смерти, видела трупы, видела кровь, оторванные части тела, взрывы, огонь -- все составляющие войны. И теперь, когда она сама невольно стала нарушителем границ, когда стала дезертиром, сбежавшим с поля боя, предав своих союзников, когда стала угрозой для еще одной деревни, с ней обходятся так... мягко? Разве не смешно? Что это, курорт? Наверняка дело не в деревне, куда занесло девчонку, а конкретно в этой конкретной куноичи. Она была либо слишком милосердной и доверчивой, либо... чересчур проницательной... Ведь на деле "политическая преступница" никогда бы не причинала вреда ни в чем неповинным людям, она совсем не была злодейкой в этой истории. Во всяком случае, не хотела ей стать...

-- Не отказалась бы, -- недовольно буркнула Сильвия, мрачно опустив взгляд на свои запястья. Больно или нет девчонка уточнять не стала. Конечно, больно! Но ее роль в этом жестоком мире вынуждала ее молчать о своих слабостях. Ей, очевидно, хотели помочь, но неужели она заслужила такого отношения к себе? Чего хорошего Сильвия сделала, чтобы о ней заботились и относились с доверием... Шиго не присутствовала в течение всего судебного процесса, но, все же, в общих словах ей рассказали, что произошло. Многим до последнего казалось, что проще и безопасней будет просто уничтожить угрозу. Так почему же она с ней так добра, если Сильвия являлось чем-то "ужасным" для деревни?