Большой всплеск воды, спугнул птиц у берега. По поверхности воды, начало расходиться красноватое пятно. Через пару секунд, Кафка вынырнул из воды. 

- Фух, ну наконец-то я смыл кровь...

Немного недовольным тоном произнес брюнет, промокший до нитки. Он направился к берегу, и вскоре разделся, чтобы выкрутить свои вещи.

- Я так понимаю, что нет смысла сушить вещи, погодка не соблаговолит.

Выходец из клана Тенпин, оделся, и с недовольной миной, направился в неизвестном направлении.

"Нужно найти укрытие от дождя, тогда я смогу развести огонь, обсохнуть и согреться. А еще нужно обязательно найти зонт."

Кафка продолжал лететьНе владеет этой способностью сквозь облака, намереваясь найти хоть какой-то водоем. Но вскоре он влетел в зону ливней. Видимость нулевая, где то рядом молния сверкает.

"Та ну нахрен, нужно срочно снижаться, иначе я так расшибусь."

Кафка начал стремительно снижаться в низ, пока не плюхнулся в озеро. Благо до берега было не далеко...

Проходя сквозь пограничные заставы Страны Ветра, сквозь леса и поля, сквозь пустынные каньоны, Ханзо двигался на север не обращая внимания на АНБУ, что следовали за ним. Его питала странная смесь разочарования, печали и злобы. В голове крутились варианты того, что ему надо будет делать дальше. Они послали его на самоубийственное задание, где в итоге у него было два выбора - смерть его, или же смерть Шукаку, и чудом - судьба выбрала второе. Жребий был брошен, и эту партию выиграл Саламандра. 

Но задание было провалено, и вскоре ему придётся повторить этот путь, снова направляясь на юг. Но для начала - надо было сообщить Дейдаре о том, что тот тануки-переросток оказался бесполезным, клубком ярости, которую не было силы побороть никак. Техники суитона, переданные АНБУ, тоже не оказали должного эффекта. Взрывные печати против такой махины просто бы толком и не срабтали, и - в итоге, имеем сомкнувшуюся сферу, которая похоронила в себе Шукаку превращая в "ничто". 

"Но для начала я должен собраться с мыслями. Слишком нежеланный итог..." - между выполнением задания и сохранением собственной жизни, между яростным сопротивлением и "взять противника живьём", он выбрал везде первый вариант, из-за чего чувствовал диссонанс. Ведь - он инструмент, но всё равно сопротивлялся до последнего. Возможно, верным выбором было отступление? 

"Нет, это просто заблуждение. Я отправлю на юг. Снова. И найду этого енота-переростка..." - Ханзо настойчиво продолжал продвижениеНе владеет этой способностью на север.

Слова куноичи имели место быть, но лишний раз настораживаться по поводу того, что его отсылают подальше для выполнения миссий - уж слишком. Кокуо, периодически впадающий в спячку, следил за окружением и не дал бы кому-либо или чему-либо обидеть его носителя. Несмотря на горький опыт он знал, что сам Хан также осторожен ко всему, что может угрожать.

-Я не ощущаю от неё злых намерений или жажды крови, но как и говорил ранее, нельзя верить лишь словам и глазам. А эти кандзи... -пятихвостый задумчиво сощурился, но, увы, технику подобного рода он не знал. Более того, сталкиваться с подобным ему за долгие годы не довелось. -Впервые вижу подобное. Напоминает письмена, только вряд ли их можно просто так стереть.

Протяжно вздыхая, биджу мотнул одним из хвостов, услышав за одного из своих братьев. Естественно он ощущал ту жажду крови, что исходила от воскресившегося Шукаку. Несмотря на то, что он не вернул полностью все свои силы, его мощь поражала. -Ты верно подметил. Вероятнее всего, это меня и разбудило. Шукаку снова на свободе, а его жажда крови, -Кокуо будто опробовал нечто меркзое на вкус, отворачиваясь. -Чувствуется аж сюда. Он где-то в пустыне и вновь на свободе... Надеюсь, что после произошедшего инцидента ваше руководство не будет столь глупо, чтобы пускать ситуацию на самотёк и вновь избавляться от биджу схожим образом. К счастью, мы держим путь в другую сторону, но я оповещу тебя, если ситуация накалится. 

На самом деле слова Хана несли более глубокий смысл. В отличии от остальной части деревни, а также общества в целом - он знал страшную правду о том, что джинчурики и хвостатый зверь были не просто "запечатаны", и всё такое, но именно - убиты, что говорило о том, что отныне ценности поменялись, и он, с случае, если Кокуо, не дай боги, вырветься наружу, будет легко ликвидирован, также как и прошлый джинчурики Шукаку. Но пусть в его голове роились мысли о том, как лучше ответить Шираюки, но он - просто "Хм"кнул на её слова, не особо распыляясь в речах, как можно было понять - привычно для него. 

А потом мы наблюдаем забавную картину того, как девушка почти что "трогательно" (ну надо же, ага) положила вторую руку на тыльную сторону ладони мужчины. Он поднял её позже, глядя прямо на тёмную ткань и заметил почти что нечитаемый на этом всём фоне канджи. Он ничего не знал о том, что это за техника, и что вообще такое джикукан ниндзюцу, так как это явно выходило за грани базовой "программы обучения" шиноби, а пользователей таких техник на войне - он не встречал, так что исходя с подобного - он просто тупо глазел на рукавицу чуть наклонив голову. 

После чего таким же как и глухое "хм" голосом произнёс:

- Я не до конца понимаю, что ты сейчас сделала, но не думаю, что это имело целью навредить мне, иначе ты бы уже совершила что либо подобное, учитывая то, что сейчас я абсолютно расслаблен и не испытываю нужды в том, что бы чувствовать любую угрозу, - эти слова были сказаны скучающим тоном. Другое же интересное: - Но если ты не имела нужды пояснять суть своих действий сейчас - значит, так тому и быть. Рано или поздно я увижу, к чему это приведёт. 

И спокойно опустил ладонь. 

Тем временем они уже перешли границу и теперь были полноправно - в Стране Дождя. Это всё заняло у них не так много времени. Хан посмотрел на огромное озеро вдоль которого им надо было двигаться к самой границе. 

"Ты всё ещё подозреваешь её, Кокуо?" - в уме говорил со своим биджу Хан. "Но пока что создаётся ощущение, что от неё не исходит прямой угрозы. Другое дело - мы сейчас немногим южнее, ближе к тем местам, где мы раньше были. Ты ничего не чувствуешь? Ты говорил о том, что биджу могут возрождаться. Или мы всё также слишком далеко от пустыни, где мог появится Шукаку? Но судя по всему времени прошло достаточно, и судя по тому что мы не слышали о том, что новый джинчурики появился - его ещё не поймали."

"А. Великое Озеро. Ему так никто и не дал толкового названия. Иронично. Интересно, кто то остался на руинах селения? Я ушёл после того, как большая часть шиноби покинули ряды, и бросили пустые попытки восстановления деревни. Без лидера, без поддержки даймё... Требования Страны Огня и Ветра были железными - роспуск и преследование. Часть из нас так и присоединилась к победителям - и я... Я тоже..." - он сузил глаза наблюдая за гладью озера из под капюшона. Ханзо был похож на какого-то призрака прошлого, что бродил руинами старого времени. Возможно, он единственный помнил что-то о том, за что они сражались. Саламандра винил во всём тех самых джонинов, что привели страну в падению - привели Аме к тому, что бы стереть её с лица земли вместе с другими мелкими деревнями. Конечно, это был рано или поздно всё равно случилось. Но эти имбицилы ускорили падения вниз, в самое пике. 

Не спеша продвигаясь на юг, Ханзо остановился на какое-то время на южной оконечности озера, нашёл бетонное перекрытие, что осталось от какой-то постройки, и просидел там где-то час пережидая усиление дождя до уровня ливня.Когда же тот закончился, а это все время Саламандра переводил дыхание, Ханзо продолжил движение на юг.

Дождь шёл непрерывно, падая холодными потоками, словно сам небосвод плакал над этой землёй. Конан вышла на берег Безымянного Озера и замерла. Перед ней раскинулась огромная водная гладь, покрытая рябью и высокими волнами, которые бессчётное количество раз разбивались о камни, лежащие вдоль берега. Вода бурлила, словно озеро дышало собственной жизнью, и это зрелище вызывало странное чувство трепета.

Она сделала несколько шагов вперёд, осторожно ступая по размытой земле. Её ноги тонули в грязи, дождь безжалостно хлестал по лицу, сбивая дыхание. Холод проникал под одежду, заставляя тело сжиматься от каждого порыва ветра. Конан инстинктивно обхватила себя руками, но это едва ли спасло её от пронизывающего холода.

Её взгляд блуждал по горизонту, но сквозь густую завесу дождя невозможно было различить противоположный берег. Где-то там, на другой стороне, скрывалась Скрытая Деревня, но девушка этого не знала. Для неё это место было просто ещё одним препятствием на пути, который она должна преодолеть, хотя не понимала, зачем.

Внезапно громкий всплеск донёсся до её ушей. Она вздрогнула и повернулась на звук, но увидела лишь, как волны снова и снова накатывают на берег. Её сердце замерло на мгновение, а потом забилось быстрее. Страх перед чем-то неизвестным зашевелился внутри, но она подавила его, сделав ещё один шаг к воде.

Её глаза задержались на волнах. Каждый раз, когда волна разбивалась, в её сознании возникало странное чувство – как будто что-то пытается достучаться до неё через этот шум. Некий зов, приглушённый ревом воды, тянул её вперёд, но ноги отказывались двигаться дальше.

Конан подняла голову, и её взгляд наткнулся на едва различимый силуэт моста вдалеке. Он выглядел массивным и надёжным, но даже отсюда было видно, как ветер и волны безжалостно атакуют его опоры. Этот мост был единственным видимым путём через озеро. Дождь не прекращался, лишь усиливая бурю, но она знала: если ей нужно попасть на другую сторону, выбора у неё нет.

Она сделала глубокий вдох и начала двигаться вдоль берега, приближаясь к началу моста. Грязь липла к её ногам, каждый шаг давался с трудом, но она продолжала идти. Чем ближе она подходила, тем сильнее становился ветер, почти сбивая её с ног. Она инстинктивно подняла руку, чтобы прикрыть глаза от потоков дождя, но это помогало мало.

Мост оказался ближе, чем она думала. Когда Конан добралась до его начала, она остановилась. Перед ней раскинулась массивная конструкция, ведущая к пропускному пункту, который, возможно, скрывался где-то на другом берегу. Она почувствовала слабость в коленях, но быстро взяла себя в руки.

– Это единственный путь...

Тихо произнесла она, словно убеждая саму себя.

Её голос утонул в грохоте волн и завываниях ветра. Сжав зубы, она сделала первый шаг на мост. Под её весом деревянные доски слегка скрипнули, но удержали её. Мост был мокрым и скользким, но всё ещё надёжным. Конан двинулась дальше, каждую секунду чувствуя, как её силы убывают. Дождь хлестал по лицу, а ветер грозил сбросить её в воду, но она упрямо продолжала идти, с каждым шагом чувствуя, как её силы убывают. Ливень становился всё сильнее, а порывы ветра, казалось, набирали ярость. Мост, хоть и казался прочным на первый взгляд, предательски качался под натиском стихии. Каждый шаг давался с трудом, деревянные доски скользили под ногами, заставляя её держаться за перила, которые промокли от дождя и обросли тонким слоем скользкой плесени.

Внезапный порыв ветра обрушился на неё с такой силой, что Конан невольно потеряла равновесие. Её ноги соскользнули, и она почти упала на колени, судорожно хватаясь за перила. В этот момент её взгляд опустился вниз. Там, внизу, бушевали волны, ревущие и неукротимые, как будто готовы поглотить всё, что упадёт с моста. Сердце заколотилось в груди, а в горле пересохло.

"Сосредоточься."

Мысленно приказала она себе. Её руки с силой сжали мокрые перила, пока она медленно поднималась, стараясь не смотреть вниз. Но едва она сделала ещё один шаг, как мост снова качнулся, сильнее, чем раньше. Новый порыв ветра буквально толкнул её назад, заставив её отпустить одну руку. Тело пошатнулось, и в какой-то момент Конан почувствовала, как теряет контроль.

Её правая нога соскользнула с доски, и она повисла на одной руке, цепляясь за перила изо всех сил. Холодный дождь стекал по её лицу, мешая видеть, но она знала – ещё мгновение, и она сорвётся. Рука, которой она держалась, дрожала, а мышцы казались слабыми, словно они могли в любой момент сдаться. Она сделала резкий рывок, пытаясь подтянуться, но силы покинули её. Паника начала охватывать её сознание.

"Я не могу... я не должна упасть!"

Сжав зубы, она собрала остатки воли и, напрягая всё тело, рывком вернула себя обратно на мост. Её ноги снова встали на скользкие доски, а руки крепко схватились за перила. Её дыхание было тяжёлым, сердце бешено колотилось, но она справилась. На мгновение она осталась неподвижной, давая себе время восстановить дыхание и успокоиться.

Порывы ветра продолжали бить в лицо, но теперь её разум был собран. Конан осторожно поднялась на ноги, её пальцы всё ещё судорожно держались за перила. Она смотрела вперёд – мост тянулся ещё долго, но она знала, что должна идти дальше. Не важно, как тяжело, не важно, что стихия против неё. У неё нет пути назад.

С каждым шагом она двигалась всё медленнее, проверяя каждую доску, но постепенно уверенность возвращалась. Её тело было на грани, каждая мышца ныла от усталости, но она преодолевала это усилием воли. Ветер всё ещё пытался сбить её, но теперь она цеплялась за перила крепче, её шаги были осторожными, но решительными.

Когда Конан наконец достигла конца моста, её ноги чуть не подкосились. Её руки дрожали, а дыхание было сбивчивым, но она сделала это. Она стояла на твёрдой земле, смотря на мост, который только что пересекла. Внутри неё разгорелось странное чувство. Не гордость, а, скорее, облегчение – она всё ещё жива, всё ещё движется вперёд, несмотря на всё.