Ведомый одними лишь мыслями о сути грядущей задачи, он размеренно брел среди столпотворений несмолкаемых силуэтов, вынужденный иной раз отклоняться с пути встречных зевак или непрерывных потоков куда-то спешащих людей. Стылый взгляд черных, находящий в своих стремлениях лишь незримую точку где-то впереди, то и дело проскальзывал мимо незнакомых лиц в ледяном безразличии. Брюнет стихийно оставлял без внимания всю эту шумную и ненужную суету, встречая ту неподатливой «каменной маской», скупой на даже самые мерклые эмоции. 

Навязчивый голос деревни доносился до него будто через вату. Он звучал глухо и невнятно, только усиливая желание не слышать его вовсе.