Собравшись с мыслями и еле-еле сдерживая порыв к кашлю, Кабуто собрал свой инструмент и побрёл в сторону Конохагакуре, минуя вересковые кустарники и многовековые деревья, видавшие ни одно сражение. Часть потрошков из белки, что он так ловко препарировал несколько часов назад, сложил в платочек и унёс с собой.