Дверь "Большой Кружки" скрипнула, пропуская внутрь струю холодного ночного воздуха. Наоэ переступил порог, мгновенно окунувшись в густой полумрак, нарушаемый лишь колеблющимся светом масляных ламп. Воздух был плотным - смесь табачного дыма, перегара и пряных ароматов дешевых духов.  

Бар представлял собой хаотичное нагромождение столов, за которыми сидели подвыпившие торговцы, усталые наемники и парочка подозрительных типов в дальнем углу, явно обсуждавших что-то незаконное. На небольшой сцене, обитой потертым бархатом, кружилась в танце Янтарноглазка - та самая, которую он искал.  

Наоэ прошел к стойке, не обращая внимания на любопытные взгляды. Бармен, толстый мужчина с закатанными рукавами и сальной ухмылкой, лениво вытер кружку грязной тряпкой.  

— Чего будет?  

— Ничего. Ищу янтарноглазку.

Бармен хмыкнул, кивнув в сторону сцены.  

— Танцует. Подойдешь после, если она захочет. 

Наоэ не стал спорить. Он прислонился к стойке, скрестив руки, и наблюдал.  

Девушка двигалась плавно, будто невесомая, но каждый жест ее был наполнен скрытой силой. Ее длинные темные волосы переливались в свете ламп, а янтарно-золотистые глаза, те самые, что дали ей прозвище,  отслеживали каждого в зале, будто оценивая угрозу.  Когда музыка стихла, она исчезла за кулисами.  Наоэ не стал ждать приглашения.

Занавес скрывал узкий коридор, ведущий в маленькую гримерку. Дверь была приоткрыта.  

— Входи, если осмелишься — раздался изнутри мягкий, но насмешливый голос.  

Наоэ вошел. Танцовщица сидела перед зеркалом, стирая грим. В отражении их взгляды встретились.  

— Ты не похож на поклонника — заметила она.  

— Нет. У меня для тебя конверт.

Она повернулась, изучая его.  

— От кого?  

— Не мое дело спрашивать.

Он протянул конверт. Она взяла его длинными пальцами, не сводя с него глаз.  

— А если я скажу, что не приму?

— Тогда я уйду. Моя работа — передать.

Уголок ее губ дрогнул.  

— Прямолинейный. Мне нравится

Конверт исчез в складках ее одежды.  

— Можешь идти. Или остаться... если хочешь.

Наоэ развернулся к выходу и уже взялся за дверную ручку, когда вдруг ощутил теплое прикосновение за спиной. Легкий аромат жасмина окутал его, прежде чем мягкие руки обвили его талию, а пышная грудь плотно прижалась к его спине.  

– Ты уверен, что хочешь уйти так быстро?т— прошептала Златоглазка, и ее горячее дыхание обожгло его шею.  

Наоэ замер. Его пальцы слегка сжали рукоять катаны, старый рефлекс, когда что-то выходило из-под контроля.  

– Мне здесь больше нечего делать — ответил он сухо, но не сделал ни шага, чтобы высвободиться.  

Ее пальцы медленно скользнули вверх по его груди, и он почувствовал, как ее ногти слегка впиваются в кожу даже через ткань его одежды.  

– А если я скажу, что у меня для тебя есть... другое поручение?

В ее голосе звенела опасная игривость, но Наоэ знал - за этим скрывается что-то большее. Возможно, ловушка. Возможно, проверка.

Он резко развернулся, заставив ее отпрянуть, и теперь уже он держал ее, одной рукой сжав ее запястье, а другой прижав к стене.  

– Говори. Что тебе нужно?

Ее золотые глаза вспыхнули, губы приоткрылись...  

Но тут за дверью раздался грубый смех, и чьи-то тяжелые шаги приблизились.  

– Янтарноглазка! Где ты, чертовка?!

Она мгновенно изменилась в лице - игривость сменилась холодной расчетливостью.  

– Уходи. Сейчас— прошептала она, резко вырвав руку.  

Наоэ не стал спрашивать дважды. Он исчез в темноте коридора, как тень, оставив ее одну, с конвертом в руках и невысказанными словами на губах.