Сунабару вышел из магазина, и над дверью прозвенел колокольчик, его звук растворился в тихом воздухе опустевшей улицы. Хозяин магазина,  мужчина с лицом, изрезанным шрамами, проводил его взглядом, но ничего не сказал - в Сунагакуре давно научились уважать молчание.

На пороге он на мгновение задержался, вбирая в себя картину разрушенной улицы. Где-то вдалеке скрипнула дверь, чей-то торопливый шаг затих за поворотом. Ветер шевелил клочки бумаги, прилипшие к разбитой мостовой, будто пытаясь собрать рассыпанные страницы давно забытого письма.

Он двинулся вперед, и его шаги теперь звучали по-новому - ритмично, но неслышно, как будто земля сама подстраивалась под его походку. Поворот в узкий переулок между обветшалыми стенами - и он исчез в прохладной тени, где даже воздух казался гуще, насыщеннее.