- Всё понятно, - коротко молвил Орочимару. Взгляд змеиных глаз был направлен куда-то вниз, погруженный в глубокий анализ ситуации. В голове проносилась вереница мыслей: предстоящая встреча в городе Шотай, проблемы с Югакуре, спонсирование фестиваля, возможное включение нового представителя в совет... Каждая из этих тем была сложной и требовала немедленного внимания. Он понимал, что его позиции обязывают действовать осторожно и с стратегическим расчетом, - Возражений нет.

Поняв, что на этом заседание собрания было окончено, он развернулся, вновь бросая взгляд в сторону своего заместителя, после чего лишь молча направился к выходу. Его высокий, худощавый силуэт скользнул за двери зала. Оказавшись по ту сторону дверей и отойдя от неё на несколько шагов, он с грациозной плавностью приостановился.

- Прошу прощения за свою неучтивость, но, мне не хотелось лишний раз перебивать выступление совета, - дождавшись, когда девушка, а ныне его заместитель на посту каге, окажется вместе с ним вне зала совета, обратился он к представительнице клана Хьюга.

- Как ты уже могла слышать, моё имя Орочимару. Весьма рад нашему знакомству, Ханаби-сан. Это честь для меня, - он приложил руку к груди в районе сердца и учтиво склонил голову в знаке почтения, - Если что, можешь обращаться ко мне по имени, - уголки губ на бледном, как молоко, лице, лишь слегка растянулись в подобие добродушной улыбки.

- Нам предстоит много работы... Рассчитываю на тебя, Ханаби-сан, - несколько уклончиво ответил он на вопрос девушки о настрое после новостей, - Остальное обсудим в кабинете, - коротко обведя взглядом помещение, Орочимару словно ненавязчиво намекал Ханаби на то, что здесь не лучшее место для обсуждения таких важных вопросов. С неестественной для человека особой грацией, он двинулся дальше по коридору. Мягкий шелест его шагов едва был слышен на фоне тихого гомона, доносящегося из помещений, оставленных позади. Свет слабых лучей, пробивающихся сквозь окна, создавал причудливые тени на его бледной коже, будто подчеркивая холодную решимость, прятавшуюся в его душе. Едва ли пройдя несколько шагов, его силуэт лишь слегка замерцалШуншинchakra(25) , оставляя после себя едва уловимый порыв слабого ветра в пустом коридоре.