Сарада постучала в дверь и мышкой залетела внутрь кабинета.

- Здравствуйте, - произнесла та со входа. - Учиха Сарада задание выполнила!

Подойдя к столику, юная куноичи стала ожидать награды и дальнейших распоряжений, все же ей могли дать задание, а не отдых, как ни крути. Так что она молча стала ожидать вердикта, так сказать.

Входя внутрь кабинета, но прежде чем зайти брюнет постучался. После минутной тишины взрослый юноша своих лет, начал переступать порог коридора и кабинета. Приветствуя тех кто уже находился внутри аудитории, явно большое количество посетителей говорило о том что деревня живёт и трудится во её благо. 

- Добрый день, Киёми сан там один из шиноби что посетил мой дом. - Серьезный взгляд золотистых глаз, говорит о том что случилось что то серьезное. И нужно было куда-то отправится, но возможно это может помочь чему то. - Как я понял, одному из членов моего клана требуется помощь в миссии. А по вашему взгляду, можно сразу сказать некую растерянность. - 

Добовляя речь брюнет, ожидал ответа Киёми-сан. 

Cтоя у доски с миссиями, парень методично оглянул её всю, но ничего интересного не нашёл. Решив было взять первую попавшуюся миссию, юноша ненароком кинул взгляд на соседнюю доску, на которой висели объявления. До этого она была почти пуста, но теперь, рядом с объявлением о скором начале экзамена на чунина, находилась листовка, на которой было написано, что экзамен начнётся сегодня вечером в Конохе, что не могло не радовать всех генинов сего селения. Остановив свою руку, что уже тянулась к свитку с каким-то заданием, Ямато задумался.

"Если я возьму миссию, то может оказаться так, что я из-за этого не успею подготовиться к экзамену или даже опоздаю... Естественно, мне этого совсем не хочется... Денег у меня много накопилось, так что могу позволить себе не взять задание."

Твёрдо убрав руку в карман, юный шиноби повернулся к выходу из кабинета.

"Первым делом мне нужно бы слегка подготовиться материально - я просто обязан зайти в Холостые Ножны и купить себе новую экипировку и вооружение. Ну а после этого было бы хорошо ещё немного потренироваться и чуть-чуть поспать..."

Построив свои примерные планы в своей русой голове, Ямато решительно прошёл к двери, которая вела в коридор. Слегка скрипнув, та отворилась и пропустила генина наружу, в менее яркий и более спокойный коридор.

Ещё на подходе к месту, за рядовыми дверьми коего таились испытания для тех, кто самолично или же волей случая взвалил на свои плечи порой чрезмерно тягостное бремя защиты как самой деревни, так и её интересов во всякого толка вопросах, он разминулся, по всей видимости, с теми, кто это бремя собственно говоря и нёс, фигуры одна за другой устремлялись к выходу. Представшая изрядно потёртая дверь, что служила подлинным свидетелем бесчисленного количества подобных моментов, тускло мерцающий латунный ободок таблички с наименованием кабинета, буквы на ней, кои несли в себе вес и значимость, словно напоминание каждому, кто переступит порог — здесь решаются важные вопросы.

Едва слышимый для человеческого слуха стук в дверь, томный дверной скрип, что прервал воцарившуюся идиллию, разразившийся как гром посреди ясного неба. Внутреннее пространство не отличалось особой изысканностью, столы заваленные документацией, словно декорации для театрального представления, создавали типичный пример монументальной бюрократии. Можно было сказать, что перед ним предстал натюрморт, если бы не вопиющая деталь, в виде живой особы, что самозабвенно, не без доли здравого энтузиазма, копошилась в бумагах и едва-ли была заметна из-за гор макулатуры окружающей со всех сторон местную труженицу. В воздухе стоял стойкий запах чернил, служивший памяткой о времени, долгих часах кропотливого труда и пролитых капель пота, атмосфера тотальной рутины, обыденность, канцелярщина, тягомотина, нескончаемый цикл.

Окинув парой тёмных зенок пространство вокруг, потупившийся в стену образ мужчины, кой отрешённо стоял поодаль стола, на стенде с насущными заданиями был замечен свежий пергамент, не отличавшийся от остальной уймы ему подобных, его можно было с лёгкостью пропустить, банально не заметить, если бы не должное внимание к деталям, присущее представителю клана Учиха. В правом верхнем углу красовались старательно мелко-выведенные символы его имени. Решив попросту не разглагольствовать, не докучать и без того по уши погрязшей в злободневных делах распорядительнице, брюнет инертно хватает рукопись и покидает комнату, оставляя за собой лишь всеохватывающий скрип дверных петель.

- Извини, я не рассчитывала, что всё на столько будет плохо... Но тебе придется свыкнуться с этим, жизнь любого шиноби, в особенности чунина и выше, связана со смертью ближайшим образом. У меня тут где было ещё одно задание... - пытаясь успокоить Обито, Киёми после приступила к поиску на столе, было в полне понятно, что среди того скопа бумаг можно легко потерять какой-нибудь свиток.

- Вот и он... Смотри, ты знаешь автора книги несвоевременные размышления ? - развернув свиток, Киёми взглянув поверх него на Обито задала вопрос, в ответ получив лишь недоумённый взгляд - Зря наверное спросила... Не волнуйся, я сама об этой книге узнала только недавно, но похоже таких как нас меньшинство. Автор этой книги совсем недавно умер и завещал, что бы второй том этой книги похоронили вместе с ним, а об этом прознали его фанаты. Теперь его детям приходиться оплачивать посменный караул, на который я тебя сегодня и отправлю. Там очень часто попадаются поклонники автора, по этом если кого-то сможешь задержать, то после окончания смены передай ближайшему патрулю или сам отнеси их до полицейского участка, на этом всё... И сильно не беспокойся на счёт случившегося на последней миссии, можешь идти.

Взяв протянутый свиток, Обито раздумывал над произошедшим за этот день, покидая одновременно с этим пустой кабинет, "Я всегда знал, что шиноби в любом случае встретиться с чем-то похожим, так нам постоянно говорили в академии, но именно таким образом..."

- Чёрт! - вскрикнул Учиха, после чего по всему коридору раздался смачный шлепок, от удара у Обито по тихоньку начало опухать щека от своей же пощёчины.

- Если я хочу стать хокаге, то я не должен забивать мысли о таком... - прошептал себе под нос мальчишка и уже чуть громче проговорив, сжав руку в кулак и смотря гордо вперёд - Когда я стану хокаге, то я не допущу больше таких лишних смертей!

Опомнившись, как вся эта картина маслом могла выглядеть, Обито в беспокойстве начал оглядываться из стороны в сторону, но поняв, что он всё так же один-одинёшенек, он  облегчённо вздохнул, "Если бы я был на месте хокаге, то в ту деревню поставил бы дежурить шиноби! Тогда бы туда вовремя пришла помощь и все смогли бы спастись".

Поднявшись по лестнице на самый последний этаж резиденции Хокаге, парень прошёл по коридору до двери с табличкой "Кабинет выдачи миссий", куда он, собственно, и зашёл. Оказавшись внутри, Ямато первым делом отправился к Киёми.

- Здравствуйте, Киёми-сан. Я завершил миссию, старик-художник был найден мною в довольно тяжёлом состоянии и передан медикам, а все его вещи - родственникам, - Отрапортовал генин.

- Отлично, так держать! - Ответила девушка.

Забрав своё вознаграждение за задание, юноша отошёл от стола, чтобы не мешать остальным генинам сдавать и получать миссии, после чего задумался, чем бы ему заняться далее.

ПоявившисьНе владеет этой способностью на пороге кабинета Киёми, Обито протиснувшись в почти закрывающуюся дверь успел попасть внутрь, прямо за одним из шиноби, за которым так же вслед пришлось направиться далее в кабинете, дабы встать за ним очередь. Послушав чужой доклад стоя за спиной, Учиха когда уже сам оказался перед Киёми, он начал быстро шурудиться по карманам, что бы в последствии передать ей выданные свитки и блокнот, где были отмечены все пропавшие.

- В этом блокноте... В нём записанные все путешественники, которые направились в путь прошлой ночью, из-за чего в последствии попали под оползень. Все они были там найдены мёртвыми, все погибли - шмыгнув носом, произнёс мальчишка.

Рыская взглядом по доске, Ямато заметил, что в это время кроме него в помещении находилось всего несколько человек, что удивило парня, так как обычно желающих взять или сдать миссию гораздо больше. Но, не желая забивать себе этим голову, юноша отогнал эти мысли от себя подальше и, решив поскорее взять миссию, схватил ближайший свиток. Развернув свиток и прочитав информацию, указанную в нём, юноша свернул его обратно и подошёл к Киёми, показав ей миссию, после чего благополучно вышел в коридор.

Поднявшись по лестнице на самый последний этаж резиденции Хокаге, юноша оказался в длинном коридоре. Однако ему был нужен лишь небольшой отрезок - пройдя всего пару шагов, парень отворил дверь и вошёл в кабинет выдачи миссий, где сразу же направился к Киёми.

- Киёми-сан, миссия выполнена, - Сообщил он ей.

- Молодец, оплата вот, - Ответила та и положила вознаграждение на стол.

Забрав мешочек, Ямато убрал его в сумку и отошёл к доске с заданиями, выбирая себе новую миссию.

Дверь цвета бурого угля тихо скрипнула в давно не смазанных петлях, открывая путь в самый центр «кровеносной системы» всего селения, не по расположению, но по своей значимости. Волос, по цвету словно иссиня-черная смола, колко обрамлял анемичное лицо юноши, направленное точно к блондинистой голове, коя, казалось, безвозвратно затерялась в разложенных перед носом бумагах. Мешкая лишь на йоту мгновения, он шагнул за порог и направился прямиком к намеченному столу.

Глаза встречали все вокруг нерушимым камнем, безжизненным черным озером под полуприкрытыми веками, не имеющими за собой даже намека на дно, но несущие в самой темной глубине мириады мыслей и ни для кого незримых печалей. Непроницаемая маска безразличия обыкновенно сковывала все черты его лица, делая то полированным куском мрамора.

Шаг, легкий и уверенный, мало-помалу рос среди нескончаемого гомона голосов, словно ноты мелодии, ведя юношу вперед. Как только Учиха сблизился с рабочим местом распорядителя, небольшой в своих размерах свиток с тихим стуком опустился на ее стол, лишь до поры скрывая в своих недрах краткий отчет о легкой, но откровенно бесполезной миссии. По рукописным строкам можно было проследить весь ход задания от и до, но среди иероглифов, наскоро выведенных черным по белому, не нашлось места ни слову о таинственной незнакомке, которая чужими руками силилась проникнуть за стены Конохи. Эти знания только привели бы к лишним вопросам, кои Саске не были нужны. 

Взор, словно живой черноокий кристалл, холодный и непроницаемый, быстро скользнул по женским рукам и чернильной кисти в одной из них, коя резко зависла над бумагой на полуслове, и он молча развернулся к дверям, лишая чужой слух даже сдавленного приветствия.

Все, что напоследок мог разглядеть янтарный взгляд Киеми, когда та все же оторвалась от бумажной волокиты — двуцветный веер среди черноты на спине неторопливо удаляющейся фигуры.