И вот они уже на улице. Ханзо поглядывал периферией на Дейдару и односложно кивал:

- Да-да, весь мир - театр, а мы в нём - никто иные, как актёры... - пока не понял, что подрывник вероятнее всего его если и слышит, то уж очень с трудом понимает. Когда в нос ударил свежий воздух, который прошёл через респиратор, показалось, что напряжение лишь усилилось. 

- Нет, знаешь, Пакура... Пожалуй, избавим его от мучений, - после чего он тут же зашёл за угол, прямо возле бара, силой поставил его перед собой, осмотрелся вокруг. Никого? Хорошо. - Так, друг мой... 

С некой язвительностью в голосе Ханзо снял перчатку с руки, после чего заставил Дейдару, а точнее его бренное тело, которое так-сяк контролировалось повреждённым из-за алкоголя мозгом, наклониться. И как ни в чём не бывало засунул ему, стоя рядом, прямо в рот, что открыл второй рукой, два пальца доставая до самого язычка на задней стенке ротовой полости. 

- В таком виде ты туда не явишься, - просычал он удерживая так-сяк нового знакомого перед тем, как снова начать вести его заставляя упираться на его плечо, словно на каменное изваяние. Стоял он так и старался заставить Дейдару излить из себя поток желчи вперемешку с выпитым - пока не получится. 

"Чем я только занимаюсь..." - пробежала мимолётная мысль в голове у Саламандры. Всё же первичное знание хоть какой-то медицины говорило о том, что стоило бы избавить тело Дейдары от интоксикации алкоголем. А какой ещё может быть лучший способ, чем этот?