Идзуми стояла в просторном кабинете Хокаге, где воздух был пропитан ароматом старых свитков и свежезаваренного чая (если он есть), а за широким окном Коноха раскидывалась в утреннем свете, словно вечный страж мира. Её огненно-рыжие волосы с чёрными прядями были небрежно собраны в хвост, открывая шрам на шее — напоминание о былых экспериментах, — а глаза, обычно скрытые под маской цинизма, теперь мерцали лёгким напряжением. Хокаге, сидя за массивным столом, только что задал вопрос о её ранге: почему она, с её потенциалом, до сих пор не стремится к продвижению, почему избегает экзаменов на Чунина или Джонина? Его взгляд был строгим, но не осуждающим — просто требующим правды.

Она отвела глаза, скрестив руки на груди, и её губы искривились в знакомой усмешке, той, что маскировала внутренний монолог.

—Ранг? О, милорд Хокаге, давайте не будем... Я имею в виду, может, я просто не готова. Или не хочу. Знаете, в 32 года бегать за званиями — это как пытаться поймать ветер в бутылку из-под саке. Я даю заднюю, да? Не хочу ввязываться в эту бюрократию, где каждый шаг — тест на выживание.

Её голос был нежен и слажен. и она шагнула ближе к столу, опираясь ладонями о полированную поверхность, словно ища опору в реальности. Но затем, словно бушующая чакра, слова полились потоком, полным страсти и противоречий — оправдание, которое она, кажется, репетировала в бессонные ночи.

—Нет, и нет подождите, это не отступление. Я не даю заднюю, как вы могли подумать. Просто... ранг нужен, чёрт возьми, он жизненно важен! Без него ты — никто в этой системе, без доступа к настоящим миссиям, без влияния на решения, которые спасают жизни. Чунин или Джонин — это не просто значок, это ключ к ресурсам, к отрядам, к тому, чтобы вести людей в бой и вытаскивать их живыми. Я ценю шиноби, всех нас — мы те, кто стоит на краю пропасти, проливая кровь, чтобы деревня дышала спокойно. Мы — стражи порядка деревни  и безопасности, те, кто жертвует сном и душой ради чужого покоя. Без ранга ты не получишь те задания, где можно по-настоящему изменить мир, где ставки — не просто цель, а судьбы целых кланов.

Она выпрямилась, её ШаринганНе владеет этой способностью невольно активировался на миг, отбрасывая красный отблеск на стены кабинета, — признак, что эмоции кипят под поверхностью.

—Но помогать людям в опасности — это важнее любого ранга. Я бы рванула в огонь без приказа, если вижу, что кто-то тонет в хаосе, даже если это значит нарушить все правила и рискнуть своей шкурой. Ранг — всего инструмент, чтобы спасать больше, чтобы не быть беспомощной куклой в чужих руках. А я... я сказала это раньше, про то, что в 32 года без Чунина или Джонина ты — жалкая неудачница, потому что моя сестра вбила мне это в голову. 'Идзуми, в 32 ты ничего не добьёшься, если не поднимешься по этой лестнице,' — говорила она, глядя на меня как на отброс эксперимента. И я поверила, на миг поверила этой отраве. Но теперь? Теперь я вижу, что жизнь — не в званиях, а в том, чтобы не дать миру рухнуть. Так что спрашивайте, Хокаге, но знайте: я здесь не за рангом, а за делом. Что дальше?

Идзуми замерла, её дыхание участилось, а в глазах мелькнулаНе владеет этой способностью та уязвимость, что она обычно топила в алкоголе или случайных объятиях — приглашение к диалогу, полному профилю, где границы между долгом и желанием стирались в один миг.