Рюсен внимательно наблюдал за Ханой, не ослабляя бдительности ни на секунду. Волны чакры наконец полностью стихли, призрачные проявления силы биджу исчезли. Однако, слишком рано было расслабляться – носители чакры хвостатых зверей могли быть непредсказуемыми, особенно после длительного пребывания в анабиозе.

Девушка сидела на траве, держась за виски и явно страдая от сильной головной боли. Её дыхание постепенно выравнивалось, становясь более спокойным и контролируемым. Плащ, которым он накрыл её, соскользнул с плеч, но сейчас это было наименьшей из проблем. Главное – она была жива и, похоже, начинала приходить в себя.

«Память возвращается. Хорошо. Значит, повреждения мозга минимальны.»

Рюсен отметил момент, когда у неё активировался бьякуган. Вены у висков вздулись, глаза приобрели характерную для додзюцу Хьюга интенсивность. Она осматривала его и изучала циркуляцию чакры. Профессиональный рефлекс опытной куноичи, даже после стольких лет заточения. Когда она произнесла, что вспомнила, и задала свои вопросы, Рюсен понял – критический момент миновал. Чакра Биджу больше не представляла непосредственной угрозы, по крайней мере, в данный момент. Девушка восстановила контроль над собой и своими силами.

Рюсен деактивировал Шаринган, глаза вернулись к своему обычному состоянию. Но обычным для Рюсена был не стандартный тёмный цвет Учиха – его глаза оставались змеиными, с вертикальными зрачками и красной радужкой. Не делая резких движений, Рюсен потянулся к подсумку на поясеСумка: Сумка ниндзя (неакт) и достал оттуда тёмные очкиАксессуар: Темные монокли. Движение было плавным и неторопливым, чтобы не спровоцировать оборонительную реакцию со стороны Ханы. Он надел очкиАксессуар: Темные монокли на лицо, скрывая змеиные глаза за тёмными стёклами. Теперь его внешность стала более обычной – просто шиноби Конохи в стандартной форме, вот только неестественно бледный и с серебристо-белым оттенком волос.

– Меня зовут Рюсен. Мы находимся в лесах страны Огня, примерно в сорока километрах к северо-западу от Конохи. Что касается того, сколько вас не было...

Он сделал небольшую паузу, подбирая слова. Информация о том, что человек провёл несколько лет в заточении, могла быть шокирующей, особенно для того, кто только что вернулся к сознанию.

– Вы числились пропавшей без вести около пяти лет, Хана-сан. Разведка обнаружила следы подпольной лаборатории три недели назад. Меня отправили на спасательную операцию, как только подтвердилась информация о вашем местонахождении.

Рюсен сделал шаг ближе, но не настолько, чтобы войти в её личное пространство. Жест был осторожным, показывающим, что он не представляет угрозы.

– Хана-сан, я понимаю, что у вас множество вопросов, и вы имеете полное право на ответы. Но сейчас главный приоритет – ваше здоровье. Вы провели длительное время в анабиозе, ваше тело ослаблено, и вам необходима медицинская помощь. Я настоятельно рекомендую немедленно направиться в Коноху. Медики проведут полное обследование. Все ваши вопросы можно будет обсудить в безопасной обстановке, после того как вы получите надлежащий уход.

Его тон был твёрдым, но не приказным. Скорее настойчивым, как у человека, который искренне обеспокоен состоянием другого и хочет помочь.

– Для вас я могу организовать отдельную эскортную группу, или, если вы чувствуете себя достаточно хорошо, мы можем начать движение к деревне прямо сейчас. Темп будем держать комфортный для вашего состояния.

Рюсен внимательно наблюдал за её реакцией, оценивая физическое и ментальное состояние. Пять лет в заточении, эксперименты, анабиоз, резкое пробуждение с выбросом чакры биджу – всё это не могло пройти бесследно. Даже если она казалась относительно стабильной сейчас, никто не знал, какие отложенные эффекты могли проявиться позже.