Тепловая волна, то, что не было естественным для подобных помещений само по себе, плавно обволокла каждый элемент мебели и одного единственного посетителя, имя которому - Сунабару Акума. Нет, Саказку не стал касаться его тела, не появился непосредственно с рукой на уровне головы, шеи или плеча, хотя это вполне было бы в его стиле. Ничего, что могло бы вызвать сиюсекундную агрессивную реакцию гостя. Взамен, следовало лишь несколько гулких шагов, и огромный силуэт, сталкиваясь с солнечными лучами, пробивавшимися через почти панорамные окна, рождающий длинную тень, прошёлся по кабинету, придерживая руки согнутыми... а кисти спрятанными в глубоких карманах худи. Пока ещё, "Красный Пёс" не надевал официального костюма, но подвязанный на уровне бицепса протектор Сунагакуре явственно намекал о его принадлежности.

    Прогулявшись вот так, с пару метров, он остановился напротив окна, гордо держа спину прямой, и глядя с высоты на купавшуюся в испепеляющих лучах деревню, молчал почти с минуту, прежде, чем произнести судьбоносную фразу, которая, кажется, была адресована кому-то ещё, кого здесь явно не наблюдалось:

— Время собирать совет. Мальчишку - за дверь. Помимо старейшин, вызовите мне главного надзирателя нашей тюрьмы со всей отчетностью за последние полгода и поживее, - он не поворачивался, соблюдал позу, и голос его звенел железом и какой-то излишне воинской выправкой, а особенно жути нагоняла присущая хрипотца.

Последовало молчание... Длительное... А уж после, когда пальцы отыскали на рабочем столе иностранную палочку, что в сущности своей являлась сигарой, мужчина выдохнул на неё чакрой пламени, зажигая, и закурив взатяг завершил:



— Подготовить главную площадь для массовой казни.