Рэм стоял перед могилой брата, молча, без выражения. Кладбище было пустым, туман тянулся между плит, а воздух пах сыростью и железом. На камне выбито имя - Кагуя Тенген. Ни тела, ни следов - только каменный надолб и память.

Кагуя сжимал в руке пару костяшек - гладких, отполированных временем. Когда-то Тенген крутил их между пальцами, решая всё монеткой судьбы: идти или остаться, убить или пощадить. Теперь эти кости были единственным, что от него осталось. Рэм перекатывал их в ладони, слушая тихий стук.

Он не плакал, в целом это было справедливо и для прошлого него. Слёзы давно высохли, и чувство боли стало чем-то привычным - вроде старого шрама, который просто не болит, пока не тронешь. Тенген всегда был светом - слишком громким, слишком ярким, слишком живым и уверенным. А Рэм теперь понял: если брат был светом, то он сам - тень. Тень, что осталась после вспышки. 

Рэм смотрел на камень долго. В голове крутились мысли - простые и холодные. - Коноха. Шиноби, что убили его брата. Неважно, кто именно - виновны все. Брюнет не знал, чего хочет больше: мести или просто конца. Но цель была одна - найти тех, кто отнял свет, и заставить их увидеть тьму. Он сжал кости сильнее, пока не скрипнули суставы.

- Решка, - тихо сказал он, будто бросил их невидимо в воздух. - Я иду.

Ветер поднял немного пыли, а за ним на земле остались только следы.