Последние багровые отсветы заката медленно угасали за высокими окнами, оставляя кабинет в полумраке. Лишь тусклый свет масляных ламп дрожал на полированной поверхности стола, где лежали разложенные бумаги.

Орочимару слегка прикрыл глаза, его бледные веки дрогнули, будто он действительно наслаждался каждым произнесённым Данзо словом. В уголках тонких губ заплелась едва уловимая улыбка — не то одобрительная, не то насмешливая. Его длинные, почти болезненно-бледные пальцы сложились перед собой в изящном жесте, имитирующем восхищение. 

— О-хо...  - его мягкий голос разорвал нависшую над ними вуаль тишины.

— Как же... проницательно, — протянул он, нарочито медленно склоняя голову так, что тень скользнула по острым чертам его лица. — Данзо-сама... 

— Ты, как всегда... — он сделал паузу, подбирая слово, - мыслишь на несколько шагов вперёд.  

Его янтарные глаза, отражающие дрожащие огоньки ламп, скользнули к окну, где уже зажигались первые звёзды.