Вечность, сгустившаяся в ожидании, разорвалась едва уловимым шипением рации. Холодный прибор у левого уха дрогнул, передавая сдавленный поток шифрованных слов. Код. Значит, эфир был засекречен - дело серьезное.

УчихаПревращениеchakra(5) даже не шелохнулся, лишь зрачки сузились на долю секунды, впитывая информацию. Координаты. Расстояние. План. Мышцы напряглись, как тетива, но движение он начало плавно, не рывком, а перетеканием из одной тени в другую. Дистанция сократилась ровно наполовину по отношению к Рюсену.

Итачи стал призраком, скрываясь в густом тумане, даже лунный свет, цеплявшийся за кроны деревьев, не решался осветить его силуэт. Алоглазый, словно один из тех самых чунинов из Киригакуре - невидимых, бесшумных, растворяющихся в объятьях тумана.

Новая позиция занята, земля под коленом холодная, чуть влажная. Дыхание сохранено: ровное и беззвучное. Глаза прищурены, но зрение обостреноКонтроль Чакрыchakra(5) до предела. Теперь темноволосый слышал их голоса, металлические отзвук оружия, хруст веток под чужими шагами. Враги были рядом.

Юго-восточный сектор. Взгляд медленно скользнул в указанном направлении, - Шун, - прошептал он про себя, вспоминая последние слова. Полчаса не так и много времени, но и не так мало.

Ветер стих, будто затаив дыхание вместе с ним. Осталось ждать, но теперь уже не вечность а тот самый миг, когда тишина взорвется действием. Барьер Киригакуре не был простой стеной - это был живой, дышащий организм. Сотканный из чужеродной чакры, он вибрировал в ночи, как паутина, чуящая малейшее прикосновение.