Тепловая волна, то, что не было естественным для подобных помещений само по себе, плавно обволокла каждый элемент мебели и одного единственного посетителя, имя которому - Сунабару Акума. Нет, Саказку не стал касаться его тела, не появился непосредственно с рукой на уровне головы, шеи или плеча, хотя это вполне было бы в его стиле. Ничего, что могло бы вызвать сиюсекундную агрессивную реакцию гостя. Взамен, следовало лишь несколько гулких шагов, и огромный силуэт, сталкиваясь с солнечными лучами, пробивавшимися через почти панорамные окна, рождающий длинную тень, прошёлся по кабинету, придерживая руки согнутыми... а кисти спрятанными в глубоких карманах худи. Пока ещё, "Красный Пёс" не надевал официального костюма, но подвязанный на уровне бицепса протектор Сунагакуре явственно намекал о его принадлежности.

    Прогулявшись вот так, с пару метров, он остановился напротив окна, гордо держа спину прямой, и глядя с высоты на купавшуюся в испепеляющих лучах деревню, молчал почти с минуту, прежде, чем произнести судьбоносную фразу, которая, кажется, была адресована кому-то ещё, кого здесь явно не наблюдалось:

— Время собирать совет. Мальчишку - за дверь. Помимо старейшин, вызовите мне главного надзирателя нашей тюрьмы со всей отчетностью за последние полгода и поживее, - он не поворачивался, соблюдал позу, и голос его звенел железом и какой-то излишне воинской выправкой, а особенно жути нагоняла присущая хрипотца.

Последовало молчание... Длительное... А уж после, когда пальцы отыскали на рабочем столе иностранную палочку, что в сущности своей являлась сигарой, мужчина выдохнул на неё чакрой пламени, зажигая, и закурив взатяг завершил:



— Подготовить главную площадь для массовой казни.

Дверь кабинета отворилась без единого звука, будто само пространство расступилось перед незваным гостем. В проеме застыла высокая фигура, окутанная легким полумраком коридора. Бинты на его лице сохраняли непроницаемую таинственность, лишь единственный глаз мерцал холодным интересом.

— Казекаге Гаара... - его голос прозвучал мягко, но в этой мягкости сквозила стальная основа. Каждое слово падало в тишину кабинета с отмеренной точностью, как капли воды в бездонный колодец.

Он сделал шаг вперед, и странным образом казалось, что тени в комнате стали гуще, будто сгустились вокруг этой загадочной фигуры. Его движения были плавными, почти гипнотическими - не угроза, но и не просьба.

— В Сунагакуре шепчутся о тебе. Говорят, ты перевернул судьбу этой деревни. - пауза. — Говорят, в тебе течет сила, достойная истинного правителя.

Сунабару медленно склонил голову, но в этом жесте было не поклонение, а скорее... признание возможности. Признание того, что перед ним стоит кто-то, кто возможно, сможет понять его.

— Но шепоты - вещь ненадежная. - его голос стал еще тише, почти шепотом. — Я предпочитаю видеть истину своими глазами. Действительно ли ты так силён, как говорит молва...

Внезапно из под его одежды вырвались тысячи песчаныхКонтроль Пескаchakra(10) крупиц, начавшие свой мелодичный танец вокруг фигуры гостя.  Он не угрожал. Не бросал вызов. Но в воздухе повис неозвученный вопрос: действительно ли перед ним тот, кто сможет стать зеркалом для его собственной силы? Достаточно ли в этом юном правителе той мощи, чтобы заинтересовать того, кто видел бесчисленные закаты над бескрайними песками?

Тень от его фигуры легла на пол кабинета, странным образом не соответствуя очертаниям стоящего человека - будто нечто большее и древнее скрывалось за этой внешней оболочкой. 

Деревня, скрытая в Песке. Деревня, которая смогла подняться с колен после событий недавнего прошлого. Сунагакуре было стёрто с лица из-за войны с Шукаку - однохвостым биджу, неизвестным образом оказавшимся на свободе. Однако, если говорить о прошлом, стоит отметить и другой факт. Гаара, новоиспеченный Казекаге, быстро определился с вектором развития деревни, который кардинально отличается от политики правления предыдущих Казекаге. Справедливость и мир - вот основные мотивы будущей политики нового Казекаге. А вот к чему они приведут, это уже другой вопрос...
Гаара с раннего утра находился в своём кабинете. Стоя у окна, он рассматривал улицы своей родной деревни, которая совсем недавно была разрушена после жестокого боя. То сражение забрало жизни многих хороший людей и джинчурики Шукаку с горечью вспоминал их страх и предсмертную агонию. Перед его глазами вставали события минувших дней. Он отгонял эти мысли, но запечатанный внутри него демон не давал покоя. Помимо внешних врагов, у Гаары был и внутренний, который чувствовал его эмоции и нападал в самые неподходящие моменты.
По улицам бегали ребятишки, продавцы открывали свои лавки, а ученики и шиноби были заняты рутинными делами. В деревне был мир и покой. Гаара приложил немало усилий на восстановление деревни и справедливо был выбран новым Казекаге, который теперь отвечал на безопасность деревни.
"Мы смогли восстановить деревню, но... впереди ещё больше работы. Жители почувствовали мирное небо над головой и нашей задачей является сохранения этого чувства. Я сделаю всё, что от меня зависит!"