Тяжелые деревянные двери с тихим скрипом расступились перед ним, пропуская в полумрак хранилища. Шимура Данзо вошел неторопливо, опираясь на резной посох, его глаз холодно скользнул по стеллажам, уходящим вглубь зала. Воздух был пропитан запахом старой бумаги и пыли -  здесь хранились тайны, которые не должны были увидеть свет.

- Коноха... Ее будущее зависит от решений, принятых в тени, - подумал он, медленно двигаясь между рядами. Его пальцы, покрытые шрамами, провели по корешкам свитков, выискивая нужные. Документы о прошлых войнах, отчеты Анбу, досье на шиноби, которые могли стать угрозой... или инструментом.

Свитки с печатями Анбу лежали перед ним, аккуратно разложенные на массивном дубовом столе. Данзо присел, его глаз внимательно скользнул по первым строкам отчетов. Здесь были зафиксированы все миссии, все успехи и провалы, все тайные операции, о которых не знали обычные шиноби. Тишина архива нарушалась лишь мерным шорохом переворачиваемых страниц. Данзо методично изучал последние отчеты, глаз безошибочно выхватывал ключевые детали. Война, политика, шпионаж - все это было паутиной, в которой он привык двигаться.

- Слишком много тех, кто думает сердцем, а не разумом, - с презрением отметил про себя Данзо. Война не прощала сантиментов. Но один отчет привлек его внимание. Это имя не значилось в официальных списках Анбу, но мелькало в миссионерских отчетах. 17 лет. Генин. Сын бывшего разведчика Анбу, погибшего при неясных обстоятельствах. Данзо развернул досье, изучая детали:

Аналитический склад ума - отмечалось, что юноша быстро оценивал тактическую обстановку. Замкнутость - мало контактов с другими шиноби, предпочитал работать в одиночку. Чувство долга - в ранних отчетах подчеркивалась его преданность деревне. Но последние записи настораживали: "Наблюдается изменение в поведении и целях". Данзо медленно сложил досье.

- Прямой угрозы нет… пока.

Но он слишком долго играл в эту игру, чтобы игнорировать подобные перемены. Учиха всегда были фактором нестабильности. Даже если этот юноша не рвался к власти, как его предки, его интерес к запретным темам мог стать проблемой.

Новый Хокаге. Еще одно неизвестное в уравнении, которое он так тщательно выстраивал десятилетиями. Данзо сидел неподвижно, его пальцы сложены в замок, будто сдерживая нетерпение. "Что ты за человек?" — мысль пронеслась холодным ветром по закоулкам его сознания. 

"Будешь ли ты тем, кто наконец перестанет цепляться за наивные идеалы? Или станешь очередным слабым звеном в цепи упадка?"

Он не знал этого человека, но уже ненавидел его - за ту легкость, с которой тот принял мантию лидера, за то доверие, которое ему так просто вручили. Власть не должна даваться просто так. Она выковывается в тени, оплачивается кровью и предательствами.

"Покажи мне, на что ты способен. Сделай первый шаг — и я пойму, как с тобой быть."

"Если ты окажешься слаб — я найду способ убрать тебя. Если проявишь жесткость — возможно, мы найдем общий язык. Но если попытаешься встать у меня на пути..." Мысль оборвалась. В воздухе повисло невысказанное обещание. Его цели оставались неизменными: Коноха должна была стать сильнее любой ценой. Если новый Хокаге поможет в этом — хорошо. Если нет... Данзо уже видел, как рушатся карьеры, как исчезают те, кто мешал прогрессу. "Я ждал слишком долго, чтобы позволить кому-то встать на моем пути." Он разжал руки и медленно провел ладонью по гладкой поверхности стола.

Тень от его фигуры растянулась по стене, сливаясь с темнотой. Впереди была игра, в которой он знал все ходы заранее. И если новый Хокаге окажется всего лишь пешкой... что ж, пешки тоже имеют обыкновение исчезать с доски.