Как-то шагали два инвалида… Один хромал, другой же с опухшей щекой, помогал топать первому, вот такой вот получился дуэт… Вэй шел спокойно не торопясь, слушая Альфонса и на каждое его слово куда-либо повернуть, с опаской оглядывался по сторонам, будто в страхе ожидая удара по голове, а не хотелось…

Слушая Альфонса рассказ о своём брате, Вэй, только в голове мог размышлять и отвечать парню, ведь даже малейшее движение челюстью, делала характерный скрежет в суставе, Вэй словно сухарики ел… - «Ну, тебе стоит побольше поработать над описанием из всего я понял, что он колючий на характер и добрый… Когда не колючий… Вроде правильно… А где он сейчас? Почему оставил младшего в таком-то положении? Нельзя-нельзя было тебя отпускать одного, обязанность старшего, оберегать младшего, до той поры, пока он сам не покажет себя… А тебя ж покалечили…»

Много вопросов, но ответов на те не будет… Однако зайдя и поприветствовав местный колорит обитателей загнивающего заведения – таверны. Они прошли к трактирщику сразу, да еще и маленький, решил пойти своими силами… Как это было мило со стороны – «Как будто мой ребенок, начал делать первые шаги!», не со слезами конечно на глазах, а скорее язвительно подумал про себя Учиха. – «Дурень, тебя ж один неловкий удар снесет, больно будет…» - Не оставляя свою любимую привычку ворчать, собственно, ворчал Вэй…

Разговор с трактирщиком, был даже чуть-чуть похож на разговор с бараном, от чего в момент, Вэй стукнул рукой о стойку и было чуть не сказал, что он думает о таком человеке, как вдруг, не смог этого сделать, поняв что рука опустилась во что-то мягкое… Чистоплотному парню стало вообще не по себе, фукая и показывая всем своим видом отвращение, тарелка из под руки стала уходить под напором, местного пьянчуги, со словами – О! Эт моё… - как не передать слова, бурлящие внутри Шиноби, отборный бранный огневой ураган проходил сквозь всё тело, а рука, замаранная не понятно, в чем, то ли это пюре, то ли это протухшая тыква… - «Я уже ненавижу это место…»

Однако, когда Вэй услышал о «целителе с востока», то сразу же переключился и только он хотел остановить Альфонса, как он сразу очутился возле того самого «целителя», а у самого Вэя с его набухшей щекой в голове не укладывалась одна мысль – «Ты будешь каждому знакомому доверять?!»

Быстро нагоняя своего мальчика, Вэй прикоснулся к нему… Той самой замаранной рукой, чуть скользя хладным и влажным «нечто» по щеке и не специально, Вэй повернул его маленькую голову на себя и треская своей челюстью через боль, выговаривал, тихо: - Авдругоннетот? – Слова не обладали раздельностью, а легче было говорить целую фразу… Как вдруг… Что бы задержать своего знакомого, Вэй грязную руку положил на его плечо, всё еще так, что бы он видел это и после, обтер руку об свой плащ со словами: - Эттыква… - Что бы задержать своего приятеля еще не на долго, смотря тому спокойно в глаза.