Рюсен стоял чуть в стороне, не вмешиваясь в кровавый балет, который устроил Джину, и лишь безмолвно следил за тем, как тот методично выбивает жизнь из новых врагов, а затем, немыслимым образом, «поднимает» их в тёмных доспехах на свою сторону. Всё это зрелище, пропитанное смертью и хрипами умирающих, вызывало в груди Учихи мрачные отклики. Казалось, кровь и резкие запахи порождали внутри него бурную волну возбуждения, и ему приходилось прилагать усилия, чтобы держать её под контролем. Он чувствовал, как в глубине разума оживает змеиная натураСила Белой Змеиchakra(0) , требующая более жёстких, мучительных убийств. Но во взгляде Змея пока что оставалась холодная рациональность.

Он легко облизнулся, когда на поляну хлынули новые обитатели леса, словно вынюхавшие запах пролитой крови. Первым выдвинулся огромный, почти на метр в высоту, лесной варан, в чешуйчатой пасти блестели капли яда, готовые быть выпущены в противников. За ним следовал тощий, но свирепый волк, оскаливший белые клыки, и вепрь, с крупными клыками и грозно торчащей щетиной.

«Вот и повод разрядиться…»

Скользнуло в мыслях Рюсена, и губы его тронула кривая усмешка. Каждый из этих зверей, по отдельности, не представлял серьёзной угрозы для шиноби его уровня, но яркий запах крови вокруг вынуждал их бросаться в бой практически наугад. Для Учихи это было весьма забавно.

Первым решился атаковать варан, видимо, счёл, что сможет обойти двуногого со спины. Учиха, уловив движение периферийным зрением, резко сместился в бок, позволяя чудовищной рептилии в два прыжка сократить дистанцию. Внутри него билась тяга отпустить собственную жестокость на волю.

«Ещё мгновение и у него не останется ни шанса на выживание.»

Мрачно подумал он, приподнимая руку, из которой выскользнул КунайОружие: Кунай.

Когда варан, раскрыв челюсти, собирался выплеснуть ядовитую слюну, Змей выполнил короткий ШуншинШуншинchakra(20) , уходя из зоны предполагаемого попадания. Всего пара быстрых движений, и он оказался сбоку от ящера, метнув Кунай, заранее пропитав его чакрой молнииКлинок Молнииchakra(15) 203035. Усиленный клинок чиркнул по сочленению головы и шеи варана, где защитные чешуйки были тоньше. Рептилия дёрнулась и завалилась набок, брызнув кровью на землю. Не выдав ни звука, она затихла, а Рюсен отшагнул на шаг, вновь дав место внутренней волне удовольствия от столь быстрой расправы.

Но на размышления не было времени. Слева донёсся хриплый рык. Волк, не решаясь атаковать напрямую, кружил по дуге, и, улучив момент, рванулся к Учихе снизу, целя в ахилл. Глаза Змея, прикрытые очкамиАксессуар: Темные монокли, вмиг отразили хищную готовность: нет никаких сомнений, что он успеет ударить первым. Он, не сходя с места, бросил второй КунайОружие: Кунай под острым углом, метя волку между глаз. Металлический блеск запечатлелся в воздухе и, прежде чем зверь заметил опасность, лезвие вошло прямо в череп. Волк проехался ещё по инерции по земле, царапая лапами почву, и замер. В этот миг в боку Рюсена кольнуло что-то похожее на досаду. Слишком быстро всё закончилось. Но он прогнал это чувство: тянуть время означало дать волку шанс укусить. Или, что хуже, снова подпитать собственный кровожадный соблазн. Он быстро опустился на колено возле убитого зверя, выдёргивая КунайОружие: Кунай, покрытый густой кровью. В ноздри ударил резкий запах, из которого «тёмная сторона» могла бы извлечь некое болезненное наслаждение. Учиха сжал зубы, подавляя шипящий голос внутри. Едва он успел повернуть голову, как за спиной раздался топот копыт. Вепрь, массивный и разъярённый, прочувствовал момент и пошёл в прямую атаку, лоб в лоб. В его глазах горел первобытный азарт охотника: клыки были готовы пропороть брюхо любому, кто окажется на траектории удара. Но Рюсен не собирался давать ему шанса.

— Хм…

Только и вырвалось из горла шиноби, когда он отпрыгнул назад, одной рукой формируя короткую последовательность печатей для создания огненной техники.

Несколько печатей и из рта вырвалась компактная полоса пламенной чакрыЭлемент Огня: Великий Огненный Шарchakra(20) 2535, на мгновение озарившая пространство. Техника была далека от максимума. Учиха использовал лишь часть от техники Великого Огненного Шара, в форме узкого потока, дабы не тратить лишнюю чакру. Столб огня чуть ли не прожёг насквозь вепря, вонзившись ему в бок. Дико взревев, зверь отлетел на два метра и, ещё дёргаясь в судорогах, затих. Горький привкус дыма и сожжённой плоти наполнил воздух. Подозрительно быстро Рюсен нейтрализовал троих зверей: варан, волк, вепрь. С каждым убийством внутри него нарастало чувство мрачного торжества, но и отвратительного осознания собственной жестокости. Он действительно облизнулся, ощущая, как внутренний змейСила Белой Змеиchakra(0) шипит от удовлетворения.

Завершив короткую проверку периметра, он повернулся к месту, где убил варана и забрал свой КунайОружие: Кунай, после направился к Джину, что продолжал демонстрировать своё жуткое искусство теней. Вся поляна пропиталась кровью и смертью, пахло гниением, хотя шла всего лишь одна схватка. Зрелище множества трупов, из которых Джину «доставал» воинов, усиливало в Змее двоякие чувства. С одной стороны, это лишь подстёгивало его тёмную сущность. С другой, он понимал, что лучше не давать себе увлечься чрезмерной кровожадностью: иначе он рискует начать рубить направо и налево уже своих союзников.

Рюсен сделал глубокий вдох, стараясь очистить разум, и отступил ближе к краю поляны. Рядом лежала, туша убитого варана, и он, изредка искоса поглядывая на неё, усилием воли сдерживал желание вновь «насладиться» видом. Проведя рукой по лбу, он почувствовал липкий пот, или, может, это была чужая кровь? Отбросив в сторону мысль о том, как омерзительно сейчас выглядит его лицо, Рюсен перевёл взгляд на Джину, уже окружённого теневыми воинами. Тот явно спланировал всё гораздо глубже, чем просто зачистку небольшого отряда нападавших.

«Ну что ж. Раз уж наш командир наштамповал себе армию, пора выбираться с этой кровавой поляны.»

Он приглушённо хмыкнул, отвечая на внутреннюю тягу к убийствам:

«Успокойся… скоро будет возможность проявить себя на более опасных противниках.»

Ему не нравилось ощущать восторг от столь мелочной резни. А зловонная смесь мяса и свежей крови и без того слишком сильно будоражила инстинкты. Коротко развернувшись, он направился дальше по тропе, что вела вперёд к запланированному маршруту. По спине у него пробежали капли адреналина, а тёмное нутро, казалось, шипело от предвкушения новых сражений.

— Пора выдвигаться.

Негромко бросил он, словно больше сам себе, чем Джину, да и Сатору. Стыдливого сожаления за убитых зверей он не испытывал. Их нападение было смертельной угрозой, и он ответил предельно жёстко. Но внутренний голос подсказывал ему, что стоит быть осторожнее: чем глубже они заходят в миссию, тем сильнее тьма подбирается к его сознанию.