Пепел. Он всегда остаётся после огня. Лёгкий, почти невесомый. Разлетаясь по ветру, он оседает на земле, камнях, коже, впиваясь в безжизненные остатки лишь хрупкой частицей памяти. Памяти о том, что было. О том, что сгорело и о том, что больше не вернуть. Он не исчезает бесследно. Он – свидетельство того, что бы был. Что горел. И что оставил след. Даже если этот след – лишь горсть пепла, развеянная в беспросветной тьме. И, может быть, поэтому его вкус так горек. Не потому, что он напоминает тебе о потере, а потому что лишний раз убеждает тебя о том, что ты все ещё дышишь. Что все ещё несёшь в себе то, что должно было исчезнуть. И каждый раз, когда ты вдыхаешь его горький запах, ты не просто вспоминаешь — ты чувствуешь. Чувствуешь, как прошлое впивается в тебя своими когтями, как оно цепляется за твою душу, как оно становится твоей тенью. От этого невозможно убежать. Как и невозможно убежать от себя. От того, что ты сделал. От того, что потерял. И… от того, кем стал.

«Храм Нака». Немой, отчужденный свидетель времен, что давно канули в лету. Стены, едва покрытые трещинами и мхом, казались живыми. Словно дышали тем же воздухом, что и те, кто решался наведаться сюда в поисках «правды».  Тяжелый воздух, насыщенный горечью и тленом забытых обещаний. Для неё это место никогда не было священным. Оно просто не вдохновляло. Не вызывало ничего, кроме едкого отвращения, выдуманного из «ничего». Быть точнее… причина этому явно была – противоречия. Пыльные и затесанные манускрипты, свитки, книги кишили разногласиями:  для одних это место, где сосредоточена вся история клана, для других – ловушка, пожирающая тех, кто ищет правду. А для неё – это просто камень в мозайке, который та никогда не считала нужным рассмотреть поближе. Так… зачем Учиха привёл её именно сюда?

Она остановилась на мгновенье. Пурпурные глаза скользнули по фасаду храма, останавливаясь  на верхушке крыши,  где была выгравирована табличка клана «Учиха»: хрупкая, деревянная, изредка поскрипывающая потоками слабого ветра. Сознание всё ещё было здесь, но мысли отчужденно пытались страктовать слова Саске правильно. «Уничтожить Коноху» - звучало громко. Даже для него.  Даже для них обеих, если быть точнее. Может быть – метафора?  Уничтожение идеологии. Системы. Власти. Что угодно из этого вполне подходило под выражение этих слов, но она не стала переспрашивать. Её пальцы лишь аккуратно поджали веер, а на лице появилась ухмылка. Наверное, всё таки правильный ответ был довольно банальным и прямолинейным  - уничтожить всех, кто не сможет принять новую реальность. И она была готова разделить её с ним. 

Простое доверие. Не потому, что она считала его правым. Не из жалости к его боли. А потому, что он был один из немногих, кто видел мир таким, каким его видела она. Он не боялся смотреть тьме в лицо. И не пытался притвориться, что свет существует для всех.

— Амбициозно, однако, — её голос прозвучал с лёгкой прохладой, хотя на губах играла ветреная улыбка. Такая ненавязчивая, словно она не осознавала всей тяжести того, что их ждёт впереди, — И всё же, ты пришёл сюда, чтобы узнать больше о нашем общем «проклятии»? Это место... — Юми слегка запнулась, её пальцы едва коснулись шероховатой поверхности деревянных торий. Юми подняла голову, чтобы осмотреть массивную перекладину, нависающую сверху, будто вырванную из глубин прошлого века: ещё немного, и она будто вот-вот свалится вниз, — Я много читала о нём. «Храм Нака» — забытое Богом место. Вряд ли мы найдём здесь что-то полезное. Оно, наверняка, претерпело немало изменений. Хотя внешне выглядит так же, как его описывали предки.

Не дожидаясь ответа, куноичи двинулась вперёд, слегка опережая брюнета. Легкомысленная походка перекачивала тело из стороны в сторону, стараясь насладиться свежим потоком ветра, что так нежно соприкасался с её кожей, изредка проскакивая сквозь щели в одежде. Бетонные ступени, покрытые тонким слоем пыли и опавшими листьями, слегка скрипели под её весом, будто протестуя против вторжения этих двоих. Обращать на это внимание не было смысла, так или иначе – Юми была готова просто их сломать, лишь бы добраться до «цели». Массивные, деревянные двери довольно быстро оказались перед взором и, достаточно было слегка надавить на металлические ручки, что бы оказаться внутри.

Место сразу отреагировало на их присутствие. Глухое эхо растянулось по небольшой комнате. Лёгкий сквозняк заставил свечи слегка пошатнуться в полумраке: колебаясь и отбрасывая свои длинные тени на стены, покрыты старой, деревянной обивкой. Глаза тут же прошлись по мелким деталям, стараясь уловить в них что-то важное, но храм был будто мёртвым. Пусть и не буквально, но некоторые вещи выдавали в нём то, что он явно не славился популярностью у соклановцев. И в этом всём её посещала мысль, словно она что-то упускает. Или кого-то.

— Это ведь место для поклонений. Чему Учиха поклоняются? Или быть может.. кому? — задумавший пробормотала куноичи, будто бросая вопрос в пустоту, а после минуя деревянную дверь и с интересом рассматривая различные узоры на ближайшей стене, в попытках найти на них скрытый смысл. Хотя, скорее всего, это просто были трещины, забитые песчаной шпаклевкой,  скрывающие некоторые интерьерные «недочеты», - Лично я верю в Ками-но-Кудар - Бога падающих листьев. Он, хотя бы, не скрывает что вера в него абсурдна и не требует приносить ему туши убитых животных. Философия до банальности проста: всё в этом мире временно, как лист, сорвавшийся с ветки. Хм.. Ты вообще меня слушаешь?

Она провела пальцем по одной из трещин на стене. Может, и этот храм когда-то был таким же листом. Сорвался с ветки, покружился в воздухе, а теперь лежит здесь, забытый и ненужный. Но даже в этом есть своя правда, не так ли?