Уголки губ на бледном лице слегка дрогнули в едва уловимой усмешке. Его глаза, холодные и проницательные, сузились, впиваясь в девушку с тихим наслаждением. Он вкушал каждый миг этого момента, словно эта встреча была предопределена. Приятный подарок судьбы на усеянном подножками скатившихся неудач жизненном пути. 

- Интересно, - протянул он, медленно обводя взглядом её статную фигуру, будто изучая древний свиток с запретными знаниями. - Ты говоришь о доверии, о выборе, правилах.. Но, -  плавными движениями, словно и вовсе не касаясь земли, он начал понемногу приближаться к ней, - В твоих глазах - голод. Не тот, что заставляет подчиняться, а тот, что требует рвать горло всякому, кто посмеет надеть на тебя поводок... 

- Для твоей главы, - он произнёс эти слова с лёгким, неприкрытым презрением, будто сплёвывая, - ты лишь удобный инструмент, от которого после можно избавятся за ненадобностью... А хищнице не престало быть кроткой мышкой...

Его речь была размеренной, тягучей, словно медленно обвиваясь вокруг своей добычи, готовясь совершить роковой бросок. С каждым словом он постепенно приближался к девушке, практически не отрывая своего взгляда от неё, будто бы пронизывая тонкими иглами саму её суть. Подойдя на расстояние вытянутой руки он остановился, замерев на месте и, казалось бы, даже не шевелясь, словно его фигура застыла во времени перед ней.

- Но, ты права, излишнее стороннее внимание для меня сейчас будет весьма не кстати. Хорошо, я пойду с тобой, - его неестественно бледное лицо обрамила полноценная улыбка, в которой читалось нечто большее, чем просто напускная вежливость. Нечто тёмное и коварное таилось где-то в глубине, отделённое незримым барьером притворства.

Из-под  покрывающей его тела накидкиОдежда: Белая мантия возникла бледная рука, что деликатно пожала протянутую руку девушки, - и очень надеюсь увидеть, что ты ещё покажешь всем свои острые зубки... - последнюю фразу он произнёс немного тише, давая ей пищу для размышлений этим маленьким двусмысленным намёком.