Конан толкнула тяжёлую деревянную дверь, и та со скрипом отворилась, впуская её внутрь. Воздух в баре был густым, наполненным смесью табачного дыма, алкоголя и затхлости древесины. Полумрак создавал ощущение уединённости, а приглушённый гул голосов лениво разливался по помещению. Несмотря на дневное время, посетители уже наполняли заведение: кто-то сидел за стойкой, задумчиво вертя в руках стакан с мутной жидкостью, кто-то оживлённо переговаривался в дальнем углу.

Конан скользнула взглядом по залу, оценивая обстановку, но ни одна фигура не представляла для неё угрозы. Она шагнула внутрь, дверь за её спиной бесшумно закрылась. Её плащ мягко колыхнулся от движения, и в тусклом освещении её силуэт на мгновение растворился среди теней. Здесь она чувствовала себя спокойно, зная, что даже в таких местах можно оставаться незамеченной, если этого захочешь.

Она не торопилась, зная, что бармен никуда не денется. Её взгляд был холодным и сосредоточенным, каждое движение выверено. Люди не обращали на неё внимания, а если кто-то и бросал взгляд, то тут же отворачивался, понимая, что эта женщина не из тех, с кем стоит заговаривать без причины. Подойдя к стойке, она замерла перед барменом. Тот, как обычно, занимался своими делами, но она знала, что он уже заметил её. Конан не стала отвлекаться на лишние детали, просто наклонилась чуть ближе, давая понять, что пришла не ради выпивки.

— Есть новости?

Её голос прозвучал тихо, но в нём была нотка требовательности.