Шикаку слушал сына с лёгкой полуулыбкой, позволяя тому выговориться. Когда Шикамару упомянул про завтрак, мужчина не смог сдержать короткого смешка, который больше напоминал довольное хмыканье.

— Завтрак, говоришь? — он слегка приподнял бровь, не скрывая искры лукавства в глазах. — Напоминаю, кто из нас тут стратег, а кто — кулинар. Я тебе омлет сделаю, но учти: съедобным он будет только при условии, что ты меня обыграешь.

Шикаку слегка толкнул сына локтем, добавляя немного неформальной лёгкости в их разговор.

— Хотя, знаешь, если дело дойдёт до готовки, я могу включить фантазию, — с нарочито задумчивым видом он поднёс руку к подбородку. — Вот, к примеру, попробуешь мой "Потуши-если-выживешь" — старый рецепт, которому меня один шиноби-отшельник научил. Правда, он потом сказал, что готовил его только как оружие последнего шанса.

На мгновение он посмотрел на Шикамару, ожидая реакции, и когда тот скептически прищурился, Шикаку рассмеялся.

— Ладно, ладно, не боись. Если проиграешь — сам всё себе приготовлю, чтобы ни один Нара не пострадал. Но вот победишь — тогда готовься, я устрою тебе настоящий завтрак чемпиона. Даже Чоджи обзавидуется.

Его тон был дружеским, а в голосе чувствовалась теплая нотка родительской гордости. Это были те моменты, которые Шикаку особенно ценил. Неважно, сколько лет пройдёт, у них всегда останутся эти лёгкие поддразнивания и тёплые разговоры, напоминающие, что, несмотря на все трудности, семья — это их незыблемая опора.

— Что ж, договорились, — добавил он, чуть улыбнувшись и похлопав сына по плечу. — А теперь идём, посмотрим, справишься ли ты с настоящими испытаниями так же хорошо, как с моими кулинарными угрозами. И еще, Нам нужно не забыть зайти в магазин инвентаря по пути. А то без куная идти на миссию немного тревожно. Всегда должна быть вещь которая придаёт тебе уверенности и спокойствия одновременно.