Черноснежка играет в лотерейку и получает Онигири.
Хана играет в лотерейку и получает 10 EXP.
@Ярослав Медик, ну хоть кто-то)
как у кого дела:)
всем привет:3
AMAZING играет в лотерейку и получает 10 EXP.
Escanor играет в лотерейку и получает Онигири.
AMAZING играет в лотерейку и получает 5 хепкоинов.
Escanor играет в лотерейку и получает Данго.
Курама, с Пасхой тебя мой ласковый и нежный лис!
[img]https://i.postimg.cc/kXm3sgBW/002.jpg[/img]
Всех с праздником котята!
нет нет умирает
та это нормально для такого проекта
Всем привет. Смотрю полка наладом дышит. Ролевиков почти нету
AMAZING играет в лотерейку и получает Рис.
  • Пост оставлен ролью - Конан
  • Локация - Пограничный Посёлок
  • Пост составлен - 11:48 15.11.2024
  • Пост составлен пользователем - Lich
  • Пост составлен объемом - 5467 SYM
  • Пост собрал голосов - 0

Сгустившиеся сумерки окутывали Пограничный Посёлок, словно тяжёлое одеяло, прогоняя остатки дневного света. Конан, брела, неуверенно перешагивая корни и камни, словно её тело ещё не до конца пришло в себя. Её шаги эхом отзывались в пустоте вечернего леса, пока внезапно густая чаща не разредилась. Едва заметная тропинка вывела её к равнине, откуда она впервые за всё это время заметила признаки жизни. На фоне темнеющего неба виднелись очертания строений. Их было мало, но даже издалека казалось, что они были покинуты или обветшали от времени. Она сделала ещё несколько шагов вперёд, глядя на едва мерцающий огонёк в одном из домов. Её сознание, ещё не до конца пришедшее в себя, цеплялось за этот свет как за единственный ориентир.

Приближаясь, Конан услышала слабые звуки: приглушённый лай собаки, скрип плохо закреплённых досок, и где-то вдали шум ветра, шуршащего по сухим крышам. Её тело было утомлено, но она сделала над собой усилие, подошла ближе к первому строению и осторожно огляделась. Посёлок выглядел так, будто жизнь здесь остановилась много лет назад. Большинство домов стояли заброшенными, их окна зияли пустотой, а крыши местами осели, обнажая деревянные балки. Лишь несколько строений светились тусклым светом масляных ламп, подсказывая, что здесь всё ещё есть жители. Конан остановилась у края небольшой площади, чувствуя лёгкое колебание внутри. Она знала, что должна поговорить с кем-то, спросить, где она находится, но страх быть узнанной или, наоборот, отвергнутой, сковывал её. Она не знала, как к ней отнесутся, и это чувство неожиданно поднимало волну беспокойства. Рядом с одним из домов тихо раздавался звук шагов. Пожилой мужчина сгорбился под тяжестью ноши – связки хвороста. Он медленно шёл к своему жилищу, не замечая фигуру Конан, застывшую в тени. Она хотела окликнуть его, но голос не слушался, как будто горло сдавило невидимой рукой. Собравшись с силами, она сделала шаг вперёд и тихо произнесла:

– Простите...

Её голос прозвучал хрипло, и мужчина обернулся, резко поставив ношу на землю. Его глаза блеснули подозрением, а рука потянулась к простому деревянному посоху, стоявшему у двери.

– Кто ты такая?

Спросил он глухим голосом, настороженно разглядывая её.

– Ты не местная, это точно.

Конан растерялась. Она не знала, что сказать. Её лицо выражало смесь усталости и страха, но она пыталась удержать взгляд на мужчине, надеясь, что он не станет прогонять её.

– Я...

Начала она, но не смогла закончить. Слова исчезли, как и ответы на те вопросы, которые сама себе задавала.

– Я просто хочу знать, где я...

Мужчина хмыкнул, его выражение смягчилось, хотя он всё ещё оставался настороже. Он поднял хворост и жестом указал ей следовать за ним.

– Если пришла с миром, найдёшь в этом месте немного тепла.

Бросил он через плечо.

– Но не думай, что тут тебя встретят с распростёртыми объятиями. Люди здесь устали от чужаков.

Конан внимательно наблюдала за стариком, но, вместо того чтобы последовать за ним, сделала шаг назад. Её инстинкты, едва пробудившиеся после долгого забытья, предупреждали: слишком много вопросов, слишком мало ответов. В глазах мужчины мелькнуло разочарование или, возможно, подозрение, но он ничего не сказал, лишь молча развернулся и медленно ушёл к своему дому, скрывшись в свете тусклой лампы. Холодный ветер коснулся её лица, возвращая в реальность. Она ещё раз обвела взглядом посёлок: несколько тускло освещённых окон, в которых мелькали тени, и длинные полосы темноты, заполнившие заброшенные здания. Здесь нечего было искать. Всё внутри подсказывало, что это место – лишь очередная остановка на её пути, а не его конечная точка.

Сжав руки в кулаки, чтобы подавить дрожь, Конан направилась в противоположную сторону от посёлка, туда, где лес становился менее густым, а впереди открывались просторные равнины. Её шаги были медленными, но целеустремлёнными. Ветер усиливался, и холод, проникающий сквозь одежду, заставлял двигаться быстрее. Скоро деревья начали редеть, а под ногами вместо мха и опавшей листвы появлялись мелкие камни и трава. Впереди она увидела широкую равнину, окутанную вечерним туманом. Поля растянулись, простираясь до самого горизонта, где слабое сияние луны озаряло мир тусклым серебряным светом. Конан остановилась на краю леса, обхватив себя руками. Она чувствовала себя маленькой и потерянной на фоне этого безмолвного пейзажа. Её мысли снова вернулись к вопросам, которые преследовали её с самого пробуждения.

"Кто я? Почему я здесь? Почему я чувствую, что должна двигаться дальше?"

Она попыталась найти ответы в своей голове, но там по-прежнему была лишь пустота. Взгляд упал на руку, неосознанно сжимавшую кусок ткани на груди – там, где она раньше носила талисман. Но что это за талисман? Почему он важен? Снова никакого ответа. Вдалеке, на самой границе поля, она заметила нечто, похожее на холм или строение. Возможно, это была всего лишь игра теней, но сердце забилось быстрее. Этот слабый намёк на цель заставил её идти вперёд, невзирая на усталость. Её ноги утопали в высокой траве, которая росла на равнине, шурша при каждом шаге. Каждый порыв ветра казался ледяным, заставляя сжиматься от холода. Она устремила взгляд на то, что видела вдали, отчаянно надеясь, что там найдёт хотя бы немного ответов. Небо становилось всё темнее, и звёзды, одна за другой, загорались в бескрайней вышине. Конан шла вперёд, не замечая, как её собственная тень исчезает в ночной мгле. Она чувствовала, что этот путь – её единственный выбор.