Она стояла и слушала его слова, мимолетно прокручивая в голове мысль: точно ли они не были знакомы ранее? Вопрос, нацеленный найти ответ в этом запутанном клубке разума, должен был решить проблему. Вроде бы, Ханами никогда и не страдала амнезией, и всё таки что-то не давало ей покоя. Наличие клановых уз, знакомств и просто обычных  взаимоотношений – важная часть клана. От этого и формируется мнимое понимания «настроения» своих товарищей, если их, конечно, можно было назвать таковыми. Напыщенные, высокомерные и горделивые. Разве можно как-то вести с ними диалог адекватно? Разумеется, попытки усмирить возвышенное чувство важности, совершенно безошибочно работает в попытке сравнить силы и победить, но за годы жизни Ханами попросту устала от этого. Хотя… может просто не нашелся тот, кто был бы сильнее? 

– Какое странное имя…  – пробормотала она,  слегка задумавшись. И действительно, слышит о нём впервые, такого она вряд-ли смогла бы забыть, - Что же, это не важно. 

Брюнетка сделала шаг ближе, слегка выпрямившись и потянувшись. Её кости устало прохрустели, а рука аккуратно завела небольшой клинок к своей кобуре, что умело была расположена прямиком на бедре. Пусть это оружие и имело плоховатый вид, однако в этом куноичи находила некий символизм: если когда-нибудь ей удастся убить им кого-то, значит он был создан не зря. А если же его цель пропылиться там вечность – то ничего не поделаешь, авось пригодится в роли кухонной приблуды. Не всем же резать живое мясо. 

– Ты прав, - выдержав паузу, Ханами продолжила свою речь, лениво зевнув и вновь кинув свой спокойный взгляд на мужчину,  - Война была, есть и будет. Как тот же камень, который всегда лежит на дороге, даже если его обойти. Но разница в том, что камень не выбирает, кому преградить путь, а война…  она всегда выбирает. И иногда этот выбор падает на тех, кто меньше всего этого заслуживает. 

И вновь небольшая пауза. Сказанные слова не несли в себе ничего более, чем обычные размышления. Всё таки, Ханами никогда не видела тех самых «войн», разве что мельком слышала о них. Однако её философия была весьма простой и прозаичной, на тот случай, если когда-нибудь это коснётся здешних мест. Мимолетная театральная сценка, казалось бы, сбавила градус серьезности, от чего брюнетка даже слегка улыбнулась, скрещивая руки под своей грудью. Следом последовали уже более интересные предложения, от которых отказаться было сложно. Да и тем более, эти двое порядком начали раздражать своим присутствием здешних проходимцев. 

– Ах, я совсем забыла представиться… Моё имя Ханами. – куноичи наклонила голову и слегка прищурила глаза, - Сакэ не самое хорошее пойло, но если ты угощаешь – почему бы и нет? А что касается драки… - её тело аккуратно наклонилось, сливая тень двух Учих воедино. Странное ощущение неудобства, коим всегда было удобно злоупотреблять, - Я всегда готова. Но ты уверен, что сможешь выстоять против меня? 

Бенимару чуть приподнял бровь, словно на мгновение задумавшись, а затем коротко хмыкнул, отводя взгляд в сторону. Легко, почти лениво, он снова потянулся к катушке проволоки. Его пальцы лениво играли с катушкой, будто это был некий обряд, помогающий собрать мысли. 

 - Бенимару, - сказал он наконец, спокойно и без тени сомнения. Уж клановую принадлежность обзывать не стал, он ведь не на допросе и не сдаёт очередной отчёт по миссии. Но стоило этим слогам осесть в воздухе, как он вдруг замер, будто передумав, и лениво качнул головой. -  Хотя, если тебе кажется, что мы знакомы… может, так и есть. Я, конечно, не запоминаю всех подряд, но с хорошими людьми судьба сводит не один раз, да?- нельзя было до конца сказать, не вкладывал ли в эти слова рослый Учиха тень флирта?

- Или, может, ты просто встречала кого-то похожего на меня? - продолжил он, прищурившись, с любопытством наблюдая за её реакцией. - Знаешь, хмурый взгляд, вечная лень в голосе, самое “прямое” выражение лица… - он усмехнулся, позволив уголку губ дрогнуть, прежде чем вновь расправил их в привычной линии, что скорее обычно и вовсе загибалась в обратную улыбке сторону. - У  Учиха этого добра навалом. - несмотря на иронию, к клану он питал лишь тёплые чувства и скорее стал бы на сторону крови, нежели долга деревни, но сейчас.. эта женщина.. Она будто заслуживала услышать нечто отличное от рутинных рассуждений.

Учиха облокотился на стойку, чрез опавшие на лицо волосы разглядывая стать брюнетки.

- А насчёт твоих размышлений о войне и людях, - он сдержанно кивнул, без привычного оттенка насмешки в голосе. - Ты слишком много думаешь.

Он задержал паузу, давая ей возможность переварить его слова.

- Какая разница, что думают о войне люди.. - зачал Учиха нечто “крупнее” пары слов, перекатывая в пальцах блескучую в жёлтом свете проволоку, - война есть и будет. С таким же успехом можно спросить, что люди думают о.. камне. Война была всегда, еще до шиноби и великих деревень. Война поджидала его.. основное ремесло поджидало своего основного исполнителя. - его голос звучал спокойно, почти безразлично, но в этих словах прятался оттенок чего-то личного. Он снова поднял взгляд на девушку, задерживаясь на её лице чуть дольше, чем это было бы нужно.

Она наблюдала за ним с лёгкой ухмылкой. Тёмные глаза, следили за каждым движением, всматриваясь в ненавязчивую «игру» пальцев, что будто пытались раскроить катушкой толстый слой стекла. Наверное, это был какой-то символизм собственной неопределенности, либо же просто безделие и попытка сгладить углы. Бровь слегка преподнялась, как только уши уловили слова об любви к еде и источниках, но она не стала его перебивать. В конце концов, это было… забавно. Хоть какая-то капля разнообразия в человеке, не тянущим за собой груз ответственности перед деревней. Жить в своё удовольствие – точно может позволить не каждый. Кто-то живёт долгом, кто-то предпочитает подчиняться другим и впитывать их мнение за призрачную «истину», а кто-то… просто старается плыть по течению, не отходя от своих идеалов. Последнему и старалась придерживаться девушка.

– Еда, горячие источники.. – её голос звучал мягко, но с едва уловимой ноткой иронии, - Обычно люди с подобными интересами заделываются в писатели, ибо это единственное, в чем они могут преуспеть за свою короткую жизнь. Жаль, конечно, что старик так и проведет свою жизнь в гордом одиночестве. Я уж надеялась, что он наконец-то начнёт изредка выпазить из-за прилавка.

Лёгкий шаг назад заставил тень сдвинуться со своего места, став значительно уже. Куноичи аккуратно повернулась к мужчинам спиной, упираясь своей пятой точкой об увесистый стеллаж и, опрокинув голову вверх, рассматривая желтоватую люстру, задумалась. Как минимум, ей стоило произнести последующие слова с правильным посылом. Нет, какого-то негатива в них точно можно было не искать, скорее её отношение ко всему остальному, что не касается клана, было весьма безразличным. Хоть и на той стороне были довольно доброжелательные, талантливые и, возможно, хорошие люди, брюнетка никогда не смогла бы оказаться от угрюмых рож  носителей  бело-красного «веера».

– Но ты прав,  – продолжила она, слегка наклонив голову, – Я не про войну спрашивала. Войны… они как оружие на этих полках – острые, холодные. Но в конечном итоге, просто инструменты. Мне было бы интересно узнать, что за ними и что движет людьми. Не каждый ведь готов подписать себе смертный приговор, руководствуясь банальной прихотью тех, кому плевать на все, кроме собственной жизни.

Было ли ей скучно? Да. Но скука – это своего рода роскошь, что дает время подумать. И, может быть, найти в куче своих мыслей что-то стоящее: будь это бессмысленные драки с высокомерным идиотом, либо же попытки найти в захламленном браке тот самый клинок, что будет с большей вероятностью откликаться в глубине души, чем идеально заточенная сталь.  После своих слов, девушка выдержала небольшую паузу, переводя взгляд с потускневшего потолка на самого Бенимару.

– Так как тебя зовут? Мне изначально показалось, что мы знакомы, – её голос стал тише, а тон слегка сбавил обороты.

Бенимару выдохнул через нос - то ли короткий смешок, то ли вздох, в котором трудно было разобрать оттенок эмоции. Он даже чуть наклонил голову на бок, будто оказывая снисхождение к “молодости” брюнетки. 

Но любовные связи со стариком? Хорошо, вот это уже интересно. В очередной раз убедился, что обратил внимание к девице он не зря.

Молчание.. Сначала потянулся к ближайшей витрине, на этот раз даже не делая вид, что смотрит на товар. Просто двигался, чтобы занять пространство, создать движение, чтобы заставить её взгляд следить за собой. Взял с полки какую-то вещицу, вроде.. катушку с леской - легкая, но крепкая, та, что могла бы и резать при должном усилии. Придержал в руке, словно взвешивая её, хотя сам не смотрел. Скорее отголосок какой-то привычки повертеть что-то в руках в момент мысли.

- Да, любовь штука такая, - наконец, протянул он, переворачивая катушку в пальцах, - никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь. Хайнрик просто ждет, когда я наконец сделаю ему предложение.

Бенимару даже не повернулся в сторону торговца - тот, как и ожидалось, не подавал виду, продолжая мимикрировать под мебель без слуха, но Бенимару мог поклясться, что где-то там под густыми бровями дрогнула тень ухмылки.

- Но..к сожалению или счастью - нет. Нас не связывает любовь даже к..этим железякам.. - с характерным стуком он установил катушку на стекло витрины, а после на миг запрокинул голову назад, - уж прости, старик - быстро отбросил Учиха.

Он не лукавил и Хайнрик знал это. Единственное, что можно было назвать оружием, что использовал Бенимару было столь специфичным, что и название то сразу и не припомнишь. А в остальном вся боевая мощь оставалась всегда при нём. Разве что могла быть обернута бинтами. Это его руки.

Бенимару откинулся на стойку, закидывая одну руку за голову, будто размышляя над её словами со всей серьёзностью мудреца, познавшего тайны мироздания.

 - Хм, что в этом мире действительно стоит внимания…, - он выдержал театральную паузу, задумчиво подперев подбородок ладонью. Потом вдруг щёлкнул пальцами, словно его осенило.

- Еда. Желательно бесплатная. Еще лучше если есть чем её запить.. - встреть Ханами мужчину получасом ранее, то еще застала бы остатки сенбеев на его одежде, что он поглотил в неизвестных даже держателям лавки рисовых крекеров.

Он посмотрел на неё с многозначительной важностью..

- А ещё горячие источники. Там тепло, мокро, и никто не спрашивает тебя о смысле жизни. - он продолжал цеплять брюнетку за столь глубокое рассуждение…но где.. посреди магазинчика мечей? Будь хотя бы “за воротником” бутылочка другая сакэ - он ответил бы иначе, наверное.

Учиха снова вернулся к недающей покоя катушке проволки, что он повалил пальцем на стеллаж и та ведомая его движениями стала кататься рассеивая стеклянное эхо. Даже его собственный взгляд завлекло это движение.

 - Но, раз уж ты меня так пристально изучаешь, я скажу.., - катушка остановилась и вновь “стала” на свою опору, - я не делаю вид. Мне всё равно. А еще я начинаю подозревать, что ты на самом деле не про войну спрашивала. Что, скучно, да? , - прищур мужчины просверлил Ханами, хотя никакой издевки или колкости в нём больше не было. Скорее что-то.. доброе?

Воздух был тяжелым. Застоявшимся. Словно время здесь давно остановилось, а пыль, осевшая на стеклах и полках, была его немым свидетелем. Сколько прошло дней? День. Два. А может, всего пару часов? Ей просто было лень следить за ходом времени, а узнавать о том, к чему готовятся мимо проходящие люди – просто странно, да и в то же время бесполезно. Какой толк от военного конфликта, если он находится за пределами селения? Тем более, может это и вовсе какие-то странные бредни прохожих, что очередную стычку сочли назвать «войной».

Поставленный вопрос к брюнету имел немного иной смысл, трактуемый как « Неужели нас не пригласили?» , где первостепенно имелся ввиду клан. Как бы там ни было, Учиха всегда отличались своей боевой мощью, а предлежащие способности, «запечатанные» в зрительный нерв, имели куда больше смысла и возможности закончить ход битвы в несколько минут. Может деревня их боится? Или же во главенстве по-прежнему находится старик-маразматик, что из под полки истории тлеет засевшую мысль об опасности алых глаз. Что же касается мыслей Ханами на этот счет, то итог этого всего был будто бы предрешен заранее, а если в толпу разъяренных людей не вносятся коррективы – история становится цикличной. Быть во главенстве этого всего ей точно уж не хотелось, так или иначе, так что возвращаясь к диалогу с брюнетом, интерес завязывался исключительно в некой издёвке и понятия настроений соклановцев.

— Секретарь? — её голос прозвучал лёгкой насмешкой, но в нём не было злобы. Скорее, это было что-то вроде игры, в которую она вдруг решила вступить. — Я так понимаю, у тебя какие-то «любовные» связи со стариком? Не думала что на старости лет.. такое возможно. Не осуждаю, если что! Только всецело поддерживаю, ха-ха.

Её глаза блеснули, когда она произнесла это. Рука ненавязчиво упёрлась в витрину, полностью облокачивая хрупкое тело, а взгляд направился непосредственно на Хайринка. Он точно делал вид, что полностью погружён в свои дела. Но она знала — он слышал каждое слово. И, возможно, даже улыбался про себя.

— На свой вопрос я могу ответить сама, — продолжила она, слегка наклоняя голову, переводя взгляд на Бенимару и внимательно изучая его реакцию,  — Но мне интересно, что скажешь ты. В конце концов, если уж ты здесь за «главным экспонатом», то, наверное, знаешь, что в этом мире действительно стоит внимания. Или ты просто решил потратить время на то, чтобы почесать макушку и делать вид, что тебе всё равно? Немного безрассудно, будто бы. 

Бенимару ответил не сразу. Им не двигало “то” высокомерие и снобство, скорее что-то вроде лени, что навсегда застыла в его уставшем взгляде. Бенимару задержался у стойки, не торопясь переводить взгляд на девушку вновь. Сначала - на отражение в запылённом стекле, где силуэты обоих, частично и Хайнрика, терялись под грязной пеленой. Затем - на оставленный кем-то наполовину развернутый свиток с перечнем товаров,на острие очередного из здешних лезвий. И только потом на неё.

Смутно знакомые черты, смутное чувство. Может, встречались раньше. Может, просто похожа на кого-то. Прямо как с теми двумя. 

Нет. Всё таки нет. И это заставило его вечно осунувшуюся мину даже показать что-то вроде тени улыбки - едва дрогнувшие уголки губ. А “виной” тому её слова. В них было что-то наконец… живое. Наконец кто-то из них открывает рот не только чтобы очертить границы и  “резать” словами сталь.

- Да вообще-то я здесь за главным экспонатом… - Бенимару качнул головой в сторону торговца, намекая на их не только финансово-материальные отношения, - не знал, что у тебя появился секретарь, старик.

Взгляд скользнул к Хайнрику - тот делал вид, что не слушает, хотя наверняка слышал каждое слово и до обращение к себе. 

- До “каких-то” войн мне нет дела.. - в своей искренности он даже преклонил голову чтобы… почесать макушку, - А ты сама не можешь ответить на свой же вопрос? - он более чем намекал, что осознает к коему роду та принадлежит. 

Та ухмылка полминутой ранее.. теперь стало ясно откуда росли её корни. Брюнетка была похожа на самого Бенимару. Ей тоже было скучно, она тоже не любила все эти формальные "вступления" и осторожности.

В этом магазине было достаточно вещей, которые могли бы пригодиться. Но сейчас ему стало интересно нечто другое.

Ожидание и полное разочарование. Сложно подсчитать, сколько прошло времени с того момента, как данное место покинула особь, что всем своим видом вызывала лишь раздражение. Жалкий и ничтожный. А может быть и вовсе… слабый? Вдаваться в эти вопросы, по крайней мере сейчас, не было никакого смысла. Время увязло в болоте. Тонкая стрелка часов забивала уши, лениво передвигаясь вперёд, словно ей было даже лень думать о том, что бы отсчитывать свои крохотные секунды.  Находиться в этой цикличности, перематывая давно осевшие воспоминания – неблагодарная работа. Но с другой стороны, может её «жертва» все ещё вернётся? Наверное, именно поэтому куноичи и осталась здесь, развалившись в не самом приятном, но пожалуй единственном свободном пространстве этого заведения, именуемом «Стол распродажи». Опрокинутые друг на друга ноги, вальяжно перекачивались из стороны в сторону, в то время как пальцы скользили по холодной стали, сметая пыль с бракованных товаров. Почему именно это оружие попало сюда? Всё таки, свою основную функцию данные приспособления могли выполнять, хоть и внешний вид был слегка заёрзан. Взяв один из самых опыленных клинков, Ханами обратила его к тусклому свету лампы. Лёгкий, как перо.  И острый. Труснувшая посередке рукоять – не самое приятное, что можно было держать в ладони, но это совершенно не мешало прорубить им чью-то глотку.

Всматриваясь в собственное отражение, затёртое в слоях пыли и грязи, взгляд невольно устремился  вдаль. Гробовая тишина, изредка перебитая ходом циферблата, была нарушена мягким звоном колокольчика. В проёме появился мужчина: статный, хоть и слегка неряшлив в своем внешнем виде. Черные волосы,  свисающие со лба, на пару с такими же глубоко-темными глазами говорили о его принадлежности. Он был Учиха – это очевидно. Но она никогда не видела его раньше, или… видела? В пямяти мелькнули смутные образы, но ни один из них не был каким-то ярким, способным точно дать ответ на поставленный вопрос. Видимо их пути никогда и не пересекались, слишком уж велика разница в возрасте. Такие дела.

– Если ты ищешь здесь какой-то определенный товар, то можно просто открыть рот и спросить. – лениво протянула она, оттолкнувшись от запыленной стойки, а после неумело стряхивая осевший мусор со своей пятой точки, – Большинство снаряжения уже было скуплено впопыхах, старик лишь раскладывает остатки. Какая-то там война, либо ещё что-то… Учиха в ней не участвуют?

Непринужденный диалог – самое то, что нужно для начала разговора. Соклановцы всегда отличались своим холодным нравом, будто «набивая себе цену», но Ханами в этом плане была значительно проще. Быть точнее, ей просто не нужно было представлять себя той, которой она никогда не являлась.

Бенимару толкнул дверь, и та со скрипом поддалась, выпуская в его лицо тёплый, чуть затхлый воздух. Здесь всегда было так - запах, к которому привыкаешь, но который всегда становится “неожиданным”.

За прилавком разглядел знакомую, завсегдатаю здесь фигуру.

- Хайнрик - одним лишь словом Учиха обозначил и своё присутствие и поприветствовал торговца.

Взаимно Хайнрик молча кивнул, скользнув взглядом по вошедшему, прежде чем продолжить раскладывать товар. Бенимару прошёл вдоль стеллажей, машинально пробегая пальцами свободной руки по стеклу и дереву оных. Другая была согнута и  аккуратно “уложена” в рукав кимоно. Он объявился здесь без цели. Им не движила ни подготовка к миссии или тренировке, ни интерес к новым поставкам, ничто другое. Безделье.

Он уже собирался взять один из свитков с запечатанными инструментами, когда почувствовал взгляд. Не мужчины-кузнеца. Кто-то ещё. 

Чёрные волосы, аккуратно собранные, но с парой выбившихся прядей. Того же цвета и глаза, взгляд её оценивающий, но без той отчуждённости, что встретил его недавно. Это даже привлекало. Не уж то Учиха не глядящий на тебя как на слизняка, даже если слизняк носит на себе всё тот-же двухцветный веер. И потому же, Бенимару невольно задержал на ней взгляд.

Пока выбиравший необходимое снаряжение парень обходил несколько стендов, девушка явно набирала не меньше. Он также подумал об ещё одном члене их команды, так что прикупил нечто необходимое ему. Затрат вышло не так много, да и оставались лишние рьё. Уже в завершение своих закупок, Хенко резко оказалась перед ним. Правда, именно её приближение, благо, реакция позволила заметить. -Как скажешь, -безэмоционально сказал тот, лишь с некоторым удивлением поглядывая в сторону исчезающей Узумаки. -Да уж…

Приблизившись к прилавку, Нара оплатил все необходимое, выложив требуемую сумму. Махом руки он попрощался с владельцем сего места и растворилсяШуншинchakra(75) в пелене смываемого образа.

- Ну... по идее да. Но почему-то нет. Я всё время одна. Хоть и постоянно со всей семьей. - с некоторой иронией ответила куноичи выбирая себе снаряжения для покупки. - Ладно тебе. Ведь всё что случилось стало причиной того, что я тут. Хорошо-хорошо... больше не буду так. 

А набрала она в итоге немало. Тут и сюрикены, кунаи, сенбоны. И взрывные печати с дымовыми и световыми. Кольчужка с бронежилетом. Куча свитков, а с ними и большое макимоно теперь украшало её спину, как и было когда-то раньше. В общем при всей многочисленности предметов, девушка явно знала, что ей необходимо.

- Ну всё... Надо было этим заняться сразу после выхода из госпиталя, конечно. А набор А1 у вас есть? - спросила красноволосая у Хайнрика, как подошла расплачиваться.

- У меня нету. Тебе надо к старику Тошибо. - спокойно ответил суровый мужчина, даже не поведя бровью на все причуды покупательницы.

- Как нету... - явно расстроившись воскликнула Хенко, мгновенно после этого оказавшись около своего напарника и чуть ли не падая к нему в ноги. Приложив ладонь обратной стороной ко лбу и повернув голову чуть в бок она, продолжила свои плачущие словесные изливания. - Прости меня Шикамару. Мне придется тебя покинуть. Но я обязательно вернусь к тебе, обещаю. Только дождись.

И не успели её стенания раствориться в воздухе, как девушка покинула помещение.