И вот, спустя несколько мгновений, настал тот самый, ключевой момент, которого он с нетерпением ожидал. Его внутреннее естество трепетало от предвкушения интересного развития событий. Из тени проёма в скором времени показалась фигура девушки, выходящая из мрака тоннеля. Он лишь едва повернул голову в сторону раздающихся шагов. Бледное лицо, казавшееся безжизненным, словно у мертвеца, на краткий миг приобрело совершенно иные очертания, уголки губ слегка растянулись, обретая очертания усмешки, веки сузились в ехидном прищуре. На этот краткий миг его облик выдавал в нём его истинную природу. Словно хищник, поджидающий добычу, ожидая благоприятного момента для решающего броска...

Мгновением позже она заговорила. Её вопросы казались не совсем уместными в данной ситуации, что могло показаться по меньшей мере странным. Видимо, забредшая сюда по случайности девушка, ещё не до конца успела узреть и оценить все "прелести" протекающей в этом богом забытом месте деятельности. 

- Удивительно, что кто-то смог всё же попасть сюда... - всё ещё стоя спиной к девушке, с некоторым ехидством в голосе, коротко проронил он. В тот же момент с присущей ему нечеловеческой грацией, он развернулся, представ перед ней лицом к лицу. Пара янтарных глаз с вертикальными зрачками в тот же миг пристально впились во взгляд куноичи, словно пытаясь заглянуть в саму её душу, дополняя это тенью едва заметной улыбки на его мертвецки бледном лице. 

- Не думаю, что здесь подходящее место, чтобы переждать дождь, - он мягко подался вперёд, медленным и размеренным шагом постепенно начав приближаться к зеленовласой вторженке. Каждый шаг, размеренным, монотонным гулом отдавался от стен пещеры. Янтарные глаза, всё так же пристально смотрели на неё, практически не моргая. В уголки губ по мере его приближения, казалось бы становились всё шире, отдалённо приобретая выражение хищного оскала. 

- И несмотря на ситуацию, ты всё же хочешь узнать моё имя? - с каждым шагом он всё больше приближался к куноичи, а её взору стал постепенно открываться вид на операционный стол, по которому всё это время стекали ручейки крови. Капли монотонным звуком разбивались о холодный пол. Он делал всё это намеренно и вопрос, что он задал - был не спроста. Он наблюдал, изучал поведение, с предвкушением ожидая того, какая же реакция последует за всем этим.