Хан уже не слушал мастера и его речей, что остались позади. Он словно просто вычеркнул его существование со своего тактильного и ментального восприятия на это короткое время, на эти мгновения жизни, когда он, огромный двухметровый паренёк, отдаляется от проклятого песчаного храма дальше и дальше в сторону пустынных негостеприимных земель. 

"Его смерть не изменила бы ничего, и тогда остаётся лишь смирение..." - подчеркнул итог их стычки Хан, но не в голос, а лишь самими губами. 

Бледное небо посматривало на них своим невсыпущим единым глазом, который половину дня глазеет на жизнь смертного народца, а вторую прячется, поглядывая через щель, что можно было бы именовать луной. 

"Посмотрим. Возможно, они дважды теперь подумают, перед тем, как предоставлять мне такого учителя. Хоть я и сомневаюсь, что политика по отношению к джинчурики от такого мелкого инцидента поменяется... Но всё же - что случилось то случилось..." - он закрыл глаза на какое-то время и выдохнул. 

Барханы переливались песчаным золотистым водопадом. Это земля - не его, и он ей тоже не принадлежит. 

"Кокуо. Хорошо, я запомню это имя..." - он кивнул сам себе отдаляясь от долины, и не так далеко от неё на самом горизонте уже виделись высоченные стены, что так неестественно выпирали посреди равнинной пустыни. Сунагакуре но сато - деревня скрытая в песках. Это место стало для него временным домом. 

"Временным ли? Или я проживу тут всю жизнь?" - и лёгкая тень скорби и печали легла на Хана мёртвым грузом, от которого он вряд ли когда-то избавиться.

Конец флешбека номер 1