Слова, что были адресованы Они — по неизвестной причине пробуждали в ней всё больший интерес к персоналии Сукуна, создавалось ощущение, что всё это не более, чем этакий привет из прошлого, из того прошлого, что объединяло их. Прошлого, погруженного в безвестность, и от коего пытались избавиться сильные мира сего, и по всей видимости не довершили начатое до конца. И за что они поплатятся кровью в скором времени. Зеленоглазка внутри себя ликовала: Сукуна более не считал ее беспомощным котёнком, отследив ее манипуляции с энергией извне, и, возможно даже посчитал её равной себе, хотя по тону его голоса этого нельзя было разобрать. Одно беспокоило девушку — на моменте со "следованием его указаниям" ее лицо едва скривилось, Они сжала зубы так крепко, насколько это было возможно, и всё от абсолютного нежелания следовать чьим бы то ни было указаниям и наветам. Даже в те моменты, когда она была под присмотром мастера Фуку, розоволосая инстинктивно относилась пренебрежительно к его наставлениям, и, пусть и получала в итоге очень нелицеприятные последствия ввиду своей непокорности, но продолжала гнуть свою линию. Может, это как раз и есть то, о чем говорит сейчас ее соплеменник? Отторжение любого вмешательства в гармонию с собой и природой извне как особенность их происхождения? Можно ли найти компромисс в этом случае, если дело касается только их двоих? 

— Хм, как интересно, — Они не без любопытства в изумрудных глазах методично осматривала каждый замысловатый рисунок на руках Сукуна, который между делом решил их продемонстрировать, но оставалось пока неясным, что скрывалось за этим жестом.

Резкий хлопок, от которого розоволосая немного отпрянула в сторону, и Сукуна, развернувшись, отправился куда-то вперёд, при этом начиная рассказывать о клане — Они, не желая упустить ни единого слова, отправилась за ним следом. И то, что он говорил, что рассказывал, делился собственными наблюдениями, отчасти повергали девушку в недоумение, а отчасти и вовсе парень открывал для нее новые грани непознанного. Фраза о том, что имеет место быть некая сегрегация по источникам использования силы у остальных ниндзя, и конкретно у их клана — так вовсе отозвалась в зеленоглазке благоприятным притоком чистой энергии. Отбросив все подозрения в том, что это просто спланированное мероприятие по превращению ее в полную дуру, Они во всех смыслах этого выражения впитывала новую информацию как губка, и занимаясь одновременно с этим поиском соответствий с новыми данными в своем подсознании. Каково же было ее удивление, когда она находила эти самые соответствия в себе, чем в очередной раз сильнее убеждалась — перед ней тот, кто поможет ей стать сильнее. Не только физически, но и духовно. Из раза в раз убеждая Они в уникальности и самой что ни на есть исключительности их клана, способностей, и того, что от этого не стоит бежать, с этим можно и нужно жить, а как максимум — использовать это, извлекая практическую выгоду — девушка выстроила в голове определенный образ, местами ассоциативно схожий с мастером. Однако это был совсем новый образ, с которым придётся ужиться, довериться ему если уж не полностью, так на девяносто девять процентов из ста. Девушка была готова. В какой-то момент взгляд Сукуна перестал казаться ей неудобным, и она смело смотрела ему прямо в глаза, прямо излучая решительность действовать, а не ждать у моря погоды.

— Что ж, сдаётся мне, эта встреча сегодня стала для меня судьбоносной, — молвила Они, и хитро улыбнулась, обнажая свои клыки, — я запомню всё, что ты показал и рассказал, Сукуна. Это поможет мне обрести себя, и, возможно даже, у меня получится вновь вспомнить, что было когда-то давно, пережить это снова, но уже с совсем иными убеждениями.