Жестокий холод его глаз с прожигающими вкраплениями льда равнодушно касался угасающего в синеве лица, бесстрастно наблюдая, как очи мальчишки мерно затягиваются мертвенным стеклом, теряя тлеющие искры надежд и чаяний, лишаясь первобытного страха от осознания неизбежного. Его обмякшие пальцы на последних издыханиях бились о недвижимую ногу на шее, коя изуверски продолжала выжимать последние капли жизни.

Достаточно было приложить лишь малую пригоршню усилия, чтобы тонкая шейка надломилась и юнца необратимо заволокло фантомное дыхание смерти. Но, Забуза всеми фибрами своей души, огрубевшей в крови и жестокости, желал, чтобы карманник до краев наполнился страданиями, прежде чем примет вечный покой. Чтобы тело, как и разум, мучилось до последнего отблеска в запуганных очах за дерзкую попытку выставить его посмешищем. Пусть не в глазах чужих, — непроницаемая серость тумана не могла этому позволить, — но в глазах его собственных. Однако первопричина крылась далеко не в деньгах, но в непримиримой ненависти к таким как он — слабым и бесполезным для своей деревни, выбравшим путь бродяжничества и воровства, нежели судьбу оружия или же жертвы, чтобы оружием стал кто-то иной.

В окружении напряженной тишины залы, пронизанной редкими отзвуками работы столовых палочек, «демон» так и нависал над обездоленным в абсолютном безмолвии, пока откуда-то спереди момент не обезобразил женский голос. Голос дерзкий своей интонацией, решивший, что и впрямь обладает правом вмешаться.

— Мумия-переросток? — он на короткий миг скользнул отрешенностью своих глаз на беловолосую язву и глухо рассмеялся сквозь зубы. — Хочешь вступиться за это отребье? Ты не похожа на ту, кто заслуживает мое внимание. Очередное, ни на что непригодное мясо вроде этого, достойное лишь смерти под ногой.

Под совсем тихий хруст позвоночной кости искаженное в ужасе лицо мальчишки наконец отобразилось спокойствием, блаженным и столь желанным умиротворением; его выпученные в красных прожилках глаза напоследок закатились, чуть прикрывшись расслабленными веками. 

— Ты ведешь себя слишком самоуверенно для беззащитной девчонки. — убирая ногу с шеи навечно замершего тела, небрежно чиркая подошвой по коже, Забуза искоса уставился на незнакомку, цепляя ее голубые глаза своими, — Слишком самоуверенно треплешь языком для той, кто держит в руке мои деньги.

Он не двигался с места пару секунд, молчаливо сверля ее взглядом, словно приклеившимся к стройному личику, пытаясь прочитать по нему, что двигало этой белесой вороной среди черноперых. Но в конечном счете направился к ней, неторопко ступая и не отрывая свои глаза от ее — таких же холодных, как ему казалось, невзирая на фривольную улыбку.

— Тебе стоило брать пример с остальных и помалкивать, — сблизившись с беловолосой, Момочи бесцеремонно схватилКонтроль Чакрыchakra(1) ее за ручонку, цепко смыкая пальцыКонтроль Чакрыchakra(1) на запястье до почти что тихого хруста.