Дверь легким скрипом скользнула по петлям, и юноша в черном, неожиданно как для себя, так и для тех, кто знал его хотя бы отчасти, мягко и тихо ступил на дощатый пол кабинета, застопорившись у порога. Кимимаро впервые касался этой «земли», и местная благоустроенность куталась для него туманом безвестности.

Мгновения, стремительные в настоящем, но в ощущении долговременные и, казалось, даже извечные, визитер пытливо наблюдал за течением жизни этого места: одни с нетерпением чуть ли не срывали с доски заветные свитки с примечаниями и ветром неслись к выходу, тогда как другие терпеливо выстраивались в небольшие систематические столпотворения, ожидая свои миссии из рук распорядителей. Внутренний голос твердил, что куда разумнее последовать примеру последних, и Кагуя шагнул в сторону ближайшей из очередей.

Когда пришло его время, инородный не придумал ничего лучше, чем молча продемонстрировать металлическую пластину с гравировкой на изорванном куске темной ткани, свисавшей с его пояса. Он небольшим поклоном поприветствовал распорядительницу и неспешно прикрыл повязку темным плащом.

— Я стремлюсь стать полезным… — его голос был максимально тихим и спокойным, стараясь сдержать за собой малые, но все же отголоски необъяснимого волнения, — Для блага этой деревни.