Хан стоял у доски и неспеша вчитывался в каждую букву, выбирая из всех свитков только самые интересные и те, которые не потребуют покидать деревню. Неожиданно для себя, мужчина услышал, что товарищ окликнул его по имени, и удивленно посмотрел на него, но в глазах великана ответа не было, даже голос не знакомый, они точно раньше не виделись, Хан бы запомнил...

-Откуда ты...

Только начал Хан, как товарищи добавил, что это его так зовут. Здесь то все стало ясно - тезка. Да и к тому же Хан понял что перед ним джинчурики или как его все называли - монстр, проклятый или другие нелестные высказывания. Хан когда проходил обучение, слышал о таких людях и ему даже говорили имя и приметы и тут все сходится. Ему все равно монстре или нет. Если так подумать то каждый шиноби, которому около тридцати в Киригакуре - монстер, что убил своего друга на экзамене. А Юки в представление жителей Кири был наверное даже хуже, чем джинчурики. Так что такое сотрудничество наверное судьба.

-Меня тоже звать Хан.

Хан повернулся и протянул руку как знак дружелюбного знакомства, а затем и два свитка с заданиями, чтобы он тоже мог ознакомится с деталями.

Вскоре незнакомый Хану мужчина прошёл вперёд в кабинет. Хорошо, напарник всегда пригодится, особенно если работёнка такая, что придётся немного попотеть. Но они всё ещё не познакомились, так что когда парень в бинтах подошёл к доске, а джинчурики направился за ним ожидая сзади и нависая, то Юки мог услышать забавный каламбур:

- Хан, - после чего молчание. Достаточно длинное. Красноглазый бросил взгляд в сторону Тэрису, которая конечно же знала этого огромного великана. Но поняв, что этого может быть недостаточно, Хан снова обратился к напарнику: - Моё имя - Хан. 

После чего позволил тому и дальше выбирать задание, а сам осматривал людей вокруг. Всё такой же непробиваемый, спокойный словно сом, он гулял взглядом по кабинету. Работа - это всегда хорошо, ведь жить на что-то да надо, даже если ты фактически аскет.

Напарник оказался странным типом, он очень необычно отвечал и разговаривал, для Хана же главное чтобы работу выполнял достойно и не был обузой. После согласия великана сотрудничать, Юки прошел в кабинет и тут же направился к доске с заданиями рассматривая на сей раз задания уже C ранга, как раз по плечу двоим шиноби. За ним зашел его напарник уворачиваясь от низкого косяка двери.

В кабинете как было, таки есть куча народу, не протолкнуться. Пройдя мимо всяких зевак, которые стоят то ли по делу, то ли наоборот, что делать нечего, Хан положил макимоноСнаряжение: Макимоно с заданием на стол и уверенно сказал Тэрису, что его дело сделано и он ожидает своей платы.

-С уборкой покончено.

Гулять или просто бродить по самому зданию, девушке не сильно хотелось. Тут обычно люди сидят все такие хмурые, занятые и зачастую не шибко интересные. Ну да кому какое дело, как говорится. До кабинета рукой уже подать, а ее мало что волнует, ни подготовка к возможно серьезному разговору, ни даже банальная вежливость о которой та просто забыла. Чудачество в нахождении новых приключений, хотя в ее случае проблем, ну или поиск новых друзей, вообщем это ваще для нее ни разу, не проблема. Влетая в кабинет, широко улыбаясь своей фирменной улыбкой, она радостно приветствует всех кто находится в кабинете и понимая что тут явно больше одного человека, как-то даже слишком быстро умолкает.

Кажется не вовремя я...буду тише, просто побуду потише..

Конечно после драки кулаками не машут, она тихо извинившись решила посмотреть доску с объявлениями. Хотелось бы что-то не слишком напряжное и быстровыполнимое. Стоило ей взять такое поручение, как она практически тут же вышла из кабинета.

Что же получив причины прихода - протектор селения, что было ключем в большинство мест в селение, что сейчас для Досу было важно, к тому же, он смог получить тут и первое поручение, что хоть и было не самым лучшим, но для него - гостя с другой страны, это было непривычным заданием, но раз оно было поручено, то для достижения своих целей, нужно было выполнить его.

"Как я помню это здесь!"

Промелькнуло в голове у у Досу и тот открыл дверь кабинета. Он оказался прав, ибо именно здесь было то место, где ему бы дали миссию, что позволила бы прикоснуться к секретам селения.

- Меня прислали сюда, чтобы начал выполнять задания во славу Киригакуре, - произнес своих хриплм голосом одноглазая мумия и, получив протектор, направился к доске заданий.

Он высился недвижимой фигурой, залитой утренним солнцем на черноте тканей и безразличием на бледности лица, прежде чем на столе показался свиток с примечаниями предстоящей задачи. Это место играло роль свидетеля множества успехов и неудач, и каждое из них оставило неизгладимый рубец на памяти Киригакуре, как нестираемый след на пергаменте, неподвластный даже скоротечному времени. Ему же — только предстояло оставить свой безмолвный росчерк на метафорическом куске бумаги, кой ответственные за деревню бесконечно сжимали в кровавой хватке своих несгибаемых пальцев.

Секунда, две — и Кимимаро медленно сближается с массивным столом, взирая на макимоно так, будто его взгляда касается что-то и впрямь непонятное, причудливое, возлегающее за гранью понимания. Тонкие пальцы бережно оплетают документ, подносят его к глазам, осторожно разворачивая очерниленую белизну пергамента. Оконный свет своевременно заиграл на бумаге, создавая забаву теней и сияний, словно сам случай сквозь призму времени намеревался указать вопрошающему путь, высвечивая место отправной точки. Национальный Музей Киригакуре…

Момент все сильнее полнился напряжением, пока малахитовый взгляд цепко впивался в каждое слово, спешно следуя по строкам. Казалось, само время замедлило свой ход, благосклонно позволяя вглядеться в каждый слог скупой линии текста.

Когда его глаза наконец соскользнули с рукописи, не упустив из виду ни единой детали, пальцы осмотрительно скрутили пергамент в свиток, и юноша медленно и осторожно вернул его на стол. Его безразличное лицо не выражало ровным счетом ничего, но внутренний мир рвался от пульсаций сердца, пораженного зовом, жаждой услужить… этой деревне.

Следующие шаги, тихие и мягкие, направили его к дверям, за порог, и дальше по коридору — к выходу. А после он и вовсе перестал существоватьШуншинchakra(60) для этого обиталища, оставив после себя лишь слабое, едва ли ощущаемое кем-то, дуновение ветра.

Дверь легким скрипом скользнула по петлям, и юноша в черном, неожиданно как для себя, так и для тех, кто знал его хотя бы отчасти, мягко и тихо ступил на дощатый пол кабинета, застопорившись у порога. Кимимаро впервые касался этой «земли», и местная благоустроенность куталась для него туманом безвестности.

Мгновения, стремительные в настоящем, но в ощущении долговременные и, казалось, даже извечные, визитер пытливо наблюдал за течением жизни этого места: одни с нетерпением чуть ли не срывали с доски заветные свитки с примечаниями и ветром неслись к выходу, тогда как другие терпеливо выстраивались в небольшие систематические столпотворения, ожидая свои миссии из рук распорядителей. Внутренний голос твердил, что куда разумнее последовать примеру последних, и Кагуя шагнул в сторону ближайшей из очередей.

Когда пришло его время, инородный не придумал ничего лучше, чем молча продемонстрировать металлическую пластину с гравировкой на изорванном куске темной ткани, свисавшей с его пояса. Он небольшим поклоном поприветствовал распорядительницу и неспешно прикрыл повязку темным плащом.

— Я стремлюсь стать полезным… — его голос был максимально тихим и спокойным, стараясь сдержать за собой малые, но все же отголоски необъяснимого волнения, — Для блага этой деревни.