Учиха стоял неподвижно, наблюдая за развитием ситуации с той же невозмутимостью, что опытный врач наблюдает за течением лихорадки у пациента. Тирада Ханы развернулась с нарастающей эмоциональностью – от сравнения его со старой бабкой до финального жеста со средним пальцем, который в её исполнении выглядел одновременно комично и отчаянно.

Когда она придвинулась настолько близко, что их носы почти соприкоснулись, он не отшатнулся и не отступил назад, просто продолжал стоять на месте, позволяя ей выразить накопившееся раздражение. За тёмными очкамиАксессуар: Темные монокли змеиные глаза сохраняли абсолютное спокойствие, не демонстрируя ни защитной реакции, ни ответного раздражения на её слова.

«Воспринимает мою настойчивость как недоверие? Логично, учитывая пять лет изоляции и потерю всего, что составляло её прежнюю жизнь. Эмоциональная реакция вполне ожидаема.»

Когда поток слов наконец иссяк и она отстранилась, тяжело выдыхая, Рюсен выждал несколько секунд паузы, давая эмоциям улечься, прежде чем ответить. Его голос прозвучал так же ровно и спокойно, как и прежде, без малейших признаков обиды или защитной реакции на её обвинения.

– Хана, вы неправильно поняли мои намерения... Моя настойчивость относительно медицинского обследования не связана с недоверием к вашей квалификации или подозрениями в том, что вы представляете угрозу. Это стандартная процедура для любого шиноби, вернувшегося после длительного отсутствия, независимо от обстоятельств исчезновения.

Пауза, во время которой он собирался с мыслями для формулировки следующей части объяснения.

– Что касается административных сложностей с обследованием несуществующего в системе человека... Это действительно создаст определённые бюрократические препятствия. Однако госпиталь Конохи обладает достаточной гибкостью для работы с экстраординарными случаями. Ваше медицинское дело всё ещё существует в архивах, что упростит процедуру идентификации. Уговор принят, но уже после завершения медицинского обследования и посещения администрации.

Они двинулись в сторону госпиталя, который располагался в центральном районе деревни, недалеко от административного здания. Рюсен шёл рядом с Ханой, поддерживая комфортную дистанцию и темп движения, который не создавал ощущения спешки, но и не затягивал путь без необходимости.

Здание госпиталя показалось впереди. Вход был хорошо освещён, дежурный персонал виднелся через стеклянные двери на первом этаже. Рюсен подошёл к входу первым и задержался у двери, придерживая её открытой жестом, который одновременно демонстрировал вежливость и давал Хане возможность войти первой, сохраняя ощущение контроля над ситуацией.

– После вас...