Сунабару ступил на главную улицу, и сразу понял, что слово "главная" здесь звучало с горькой иронией. Дорога, некогда оживленная артерия Сунагакуре, теперь представляла собой лишь бледную тень былого величия. Неровная брусчатка, местами развороченная взрывами, уходила вдаль, теряясь среди полуразрушенных зданий. Там, где раньше шумели торговые ряды, теперь зияли пустые оконные проемы, словно глазницы черепа.
Он шел, ступая легко, почти не оставляя следов на пыльной мостовой. Его сандалии мягко скользили по камням, обходя особенно заметные трещины — не из осторожности, а по привычке человека, знающего цену каждому неверному шагу. Правой рукой он придерживал плащ, чтобы тот не цеплялся за торчащие из стен обломки арматуры. Левую держал свободно, пальцы слегка согнуты — в любой момент готовые собрать песок из окружающего пространства.
Деревня просыпалась медленно, словно после долгой болезни. Где-то вдалеке стучал молоток — кто-то чинил крышу. Двое рабочих тащили бревно, их спина сгибалась под тяжестью. Женщина с ведром воды осторожно переступала через груду кирпичей. Никто не обращал внимания на одинокую фигуру в плаще — в разрушенной деревне каждый был занят своим горем.
Он свернул к полуразрушенному фонтану. Когда-то здесь били струи воды, теперь же чаша была наполовину разломана, а в оставшейся части стояла мутная лужа. Сунабару остановился, глядя на свое отражение в воде. Бинты на его лице пропитались влажным утренним воздухом. Где-то в глубине чаши шевельнулась тень — может быть, выжившая рыба, а может, просто игра света.
Дальше путь лежал мимо сгоревшей академии. Обугленные балки торчали, как ребра мертвого зверя. Здесь когда-то обучали молодых шиноби искусству боя... Теперь же только ветер гулял между почерневших стен, шелестя остатками бумажных ширм. Сунабару провел рукой по обгоревшей косяке двери, и песок с его пальцев смешался с пеплом.
На углу уцелевшего здания висел покосившийся указатель. Одна из стрелок, чуть державшаяся на последнем гвозде, показывала в сторону торгового квартала. Именно туда лежал его путь.