Невозможно было успеть осмыслить ранее брошенные Ихвой слова, когда произошел "выстрел". 

- Нет! - невольно выпалила Хошигаки, и время будто замедлилось, пока тело напротив по инерции летело вниз, разбиваясь о каменную кладку... Прозрачными каплями? Почти сразу оно трансформировалось в движущуюся лужу, собралось в нечто вновь приобретающее форму и... Шепчущее дыхание, улавливаемое спрятанным волосами остроконечным ухом, пустило табун мурашек от шеи до поясницы.

- Ритуальное самоубийство знаит... - напряженно повторила Хошигаки, когда бледные лианы рук обвились вокруг её тонкой талии.  Аоми перевела взгляд к ногам, где последние дождевые капли вбирались жидкостью чужого тела. Жабры на шее болезненно сжались, всколыхнулся очередной отрывок болезненного воспоминания. Суйтон, используемый человеком, лица которого она не помнила. Опыты, после которых вода в ванной становилась розовой... 

- Откуда же тебе тогда известны секреты Хозуки?

Хошигаки не отстранилась, лишь вопросительно наклонила голову, она тоже перешла на шёпот, однако тон её оставался деловым, пока всё внутри билось тревогой:

"Почему этот стиль техник мне так знаком, разве я встречала их раньше? Сердце так бешено бьется... Что в них такого? И кто на самом деле эта Ихва, будь она неладна?"

То, что Аоми не сумела заставить себя выкрутиться из захвата напарницы сразу, она объясняла себе любопытством. Однако было что-то еще в шутливых речах новой знакомой, в мягкой трансформации изгибов её тела, в смотрящем глубже обычного взгляде. И только когда с языка Ихвы слетел вопрос о маске - Хошигаки наконец сделала шаг в сторону, ловко высвобождаясь из объятий куоичи.

Аоми вдохнула полной грудью, чуть прикрывая веки и унимая дрожь в тянущихся к лицу пальцах - извечная привычка проверять наличие маски никуда не исчезла. Непривычно доброй искренностью сквозила улыбка Ихвы, словно она только что игралась с ребенком или угощала подругу чаем, а не демонстрировала какие-то невероятные умения или предлагала пырнуть себя ножом. Это одновременно смущало и злило, взывая к желанию то ли коснуться Ихвы вновь, то ли по-детски топнуть ногой с криками: "Твою мать блять, что у вас здесь происходит?!". Ихва казалось непредсказуемой - она ласковым прибрежным ветром могла окружить расслабленное тело, штормом смести все на своем пути, хитрым ручьем плавно стечь в ладони.

- Ведь ты носишь точно такую же маску Хозуки, еще и имя прячешь. Мое же имя настоящее, так пусть первостепенно во мне видят его. Мужчина я, марионетка ли, хвостатая извращенка... Какая кому разница. Я лучше останусь безликой, но собой, - отрезала Хошигаки. - К слову, контрабандисты не станут ждать, пока ты наболтаешься или разыграешь еще парочку самоубийтсв. Да, у нас не осталось свитка, но я помню суть - в Киригакуре распространяется незаконная торговая сеть, нужно отыскать "дыры", позволяющие продавать контрабанду и разобраться с преступниками.

Напоминанием о миссии Аоми постаралась пресечь последующие разговоры о спрятанном под плотной тканью лице, и следом за произнесенной тирадой сделала ещё несколько шагов в сторону бара.

- Ты идешь?

Ей надо было обо многом подумать.