Рюсен возник из лёгкого искажения воздухаШуншинchakra(25)  прямо перед вратами Конохагакуре. Чуть прищурившись от резкого вечернего солнца, он осмотрелся по сторонам и быстро убедился, что его спутников пока здесь нет. Вздохнув, он неторопливо отошёл в сторону, где густая тень большого дерева дарила комфортную прохладу. Облокотившись спиной о ствол, Рюсен почувствовал, как напряжение в его плечах понемногу ослабевает. Он терпеть не мог ожидания, но понимал: сейчас важна слаженность действий всей группы.

«Не торопятся…»

Он тихо фыркнул, вынимая из сумки палочку с ДангоЕда: Данго (*3). Сладкий аромат рисовых шариков моментально смягчил его раздражение. Поднеся её к губам, Рюсен на мгновение задумчиво посмотрел на лакомство, затем медленно откусил верхний шарик. Вкус был приятным, в меру сладким, и он почувствовал, как голод постепенно отступает. Впрочем, еда в его нынешнем состоянии была скорее привычкой, чем потребностью.

Опершись спиной о ближайшее дерево, он перевёл взгляд на открывающийся перед ним вид деревни. Знакомые очертания, столь милые в прошлом, теперь вызывали странную смесь тоски и глухого раздражения. Что-то изменилось в самой Конохе за время его отсутствия. Люди, улицы, даже воздух. Всё теперь было другим, будто бы он смотрел на деревню глазами постороннего. Всё это порождало в душе непонятную тоску.

«И всё же это мой дом.»

Мысленно произнёс он с оттенком печали, откусывая очередной шарик ДангоЕда: Данго (*3) и ощущая сладость на языке. Взгляд Рюсена скользнул по проходящим мимо людям, торопящимся закончить дневные дела. Он ощущал себя частью чего-то большего, чем просто эта деревня. Или его собственные проблемы, и это ощущение успокаивало его.

Медленно дожевав последний кусок, Рюсен бросил пустую палочку в сторону ближайшей урны и вновь погрузился в ожидание. Солнце постепенно клонилось к закату, удлиняя тени на улицах, а его напарники по-прежнему не торопились. Впрочем, спешить было некуда. Они уже получили своё задание, и спешка здесь была бы неуместной. Вместо этого он предпочёл просто погрузиться в собственные мысли, позволяя себе редкие мгновения покоя, прежде чем грядущие испытания вновь заставят его действовать на пределе возможностей.