Прошедшее не легко выкинуть из головы, особенно тот день. Признаться и по правде, Вэй никогда не думал даже, что такое может случиться когда-либо, а именно выступать в рядах тех, кто прикроет спину не абы кому, а действительно героям селения – АНБУ. Такая новость, стала для него, нечто «живым», он наконец почувствовал себя, не статистическим Шиноби, а именно действительно тем, кто будет помогать своей родной деревне. Парень прекрасно понимал, что компания АНБУ, далеко не самая приятная и легкая на выполнение, а достаточно сложная, кровавая и невыполнимая и всё его понимание, исходило из услышанных историй и не более. Да и пределу не было счастья, когда впервые в его жизни, его хоть и не спросив, но свели не абы с кем, а с со клановцем, родной душой из клана, парень по имени… Его имени не раскрыли. Пусть даже перед сборами ему и не удалось с ним встретиться воочию и поговорить, ради интереса, он всё ровно ждал, начала задания и непременное его выполнение. Счастье лилось через край.

И всё началось как никогда хорошо в пути, Вэй даже не обращал внимания на то, что было тяжело преодолевать путь, ведь для него, как никогда, настал именно тот момент, когда он может сиять, помочь деревне и исполнить свой долг по полной, как того и мечтал всю свою жизнь.

Спустя несколько суток с проникновения на территорию Амегакуре.

- Эй, не засыпай! Они еще не пришли! – Кричал Вэй, своему напарнику, складывая в руках свертки марли, пропитанные спиртовым раствором вперемешку трав из леса Нара. – «Того АНБУ душу в иллюзию, как же тут ни хрена не весело!» - Вокруг то и дело, слышались взрывы, да и куда там, Вэй как пропустил один из таких, сразу был оглушен в последствии чего, растерянный поднялся и побежал вперед, в сторону врага, как чудом, его схватили из-за спины и силой бросили назад, что кубарем, он и оказался возле лежащего тела Джину… Кто был тот незнакомец, что спас его от незнания и неопытности в таких делах, Учиха не знал, но сейчас уже во всю помогал раненому товарищу. – Ох, лучше бы меня ранили чем тебя, у нас на выживание шансов, вообще не осталась получается. – Вэй говорил испуганно и быстро, тараторя, руками пережимая поверх амуниции раны товарища. – Да, будет щипать, но черт я сейчас извиняться буду, слышишь?! – Паника охватывала парня, буквально с каждой секундой, он уже вообще не хотел быть здесь, а смерть Джину, вообще была самым последним, что он хотел бы увидеть или даже представить, ведь сейчас, он всё делал, что бы такого не случилось, перевязывая вторую рану, закрывая ту бинтом, как вдруг.

- Вэй.. – Послышались первые голоски соклановца - ..Оставь меня здесь и оставь мне взрывную.. – Вэй не стерпел, он как будто бы сломался, просто на основе своих инстинктов, он ударил Джину по лицу. Ярым, красным пламенем, его сердце, будто бы засияло, лишь только он услышал высказывание своего боевого товарища, что уже скрестила судьба. – Прости. – Мгновение, после удара по Джину, даже не прошла и пара секунд, Вэй снова ударяет, второй удар пришелся уже по своему лицу, рука горела – «Дурацкие маски!» - всё тело продолжало трястись, но… Он ощутил свободу, он будто бы очнулся из того состояние, в которое поверг себя сам. – Если хочешь умереть, то в следующий раз выбери место, где меня не будет по близости! Я не дам тебе просто так умереть, мы же ведь еще, не отпраздновали нашу победу! – Усевшись над головой Джину, Вэй смотрел на него через маску, в руках удерживая его голову так, что она лежала у него на коленях, у него из-под маски, стекали слезы, что осыпались дождем на маску товарища.

Ползком пробиравшись, дальше, тянув за собой Джину, было страшно, страшно до безумия, когда в разных окрестностях, взрывались печати, слыша звук пролетающих кунаев, звенящих друг об друга сюрикенов, всё казалось ужасающим, то и делая, Вэй каждый раз прижимал голову к плечам по инерции и от страха, поглядывая часто на Джину и проверяя его пульс, трогая того в области шеи, пусть и ранения не были смертельными, он всё ровно переживал за того, после услышанных слов. Задача Вэя, сейчас, была такова, чтобы не дать умереть Джину и вместе с ним продолжить жить, от того, он заполз в здание, благо без происшествия по дороге. Затянув Учиху, он посадил его удобнее и упер в стенку спиной, придерживая голову, чтобы та не стукнулась обильной болью и так в не менее болезненном положении.

Это было пять лет тому назад. Казалось бы, совсем недавно уроженец клана Учиха утратил часть своей души вместе с утратой что навсегда изменила его жизнь и взгляды на мир. Сила проклятых глаз именуемых шаринганом не без причины называлась именно таковой - её сила и мощь всегда росла в совокупности со страданиями через которые проходил владелец этих глаз. Горькими утратами которые было тяжело пережить. Некоторые ломались, другие - находили в себе силы двигаться дальше. Каждый боролся с этим проклятьем своими способами. В случае же этого парня из клана Учиха - на него взвалилось слишком много. Он остался один - в окружении клана что считал его изгоем и без лучшего друга с которым они сражались бок о бок. "Пропал" - твердили злые рты. "Умер от чёртовой опухоли" - вещали те, для кого жизнь его друга была лишь небольшим винтиком единой машины. Точно также как прежде говорили о отце Джину - теперь говорили о его близком друге, подобно ощущению того что он подвержен проклятью, забирающему из его жизни самых близких ему людей. Бесконечные скитания и нежелание находиться в кругу, казалось бы, собственной крови и клана - привела его к резиденции Хокаге одной из тёмных ночей. Нельзя было сказать что это решение принял сам Джину - он лишь оказался в нужное время и в нужном месте. Юноша что обладал достаточными навыками и силой проклятых глаз - мог послужить во благо деревне, во благо своего клана. А в случае его смерти - его забудут, будто бы его никогда и не существовало. Отбор был грубым, можно даже сказать противоестественным - но он имел свою логику. Грубую но эффективную логику благодаря которой наш герой оказался там - где он есть сейчас. Его и другого "избранника" не вводили в курс дела полностью, ведь они скорее выступали в качестве поддержки ежели полноценной части группы АНБУ Конохи. Единственное что было известно Джину - их целью был поиск и последующая ликвидация отступника Конохи что скрывался на территории руин Амегакуре. Руин что жили своей жизнью и являлись далеко не самым приветливым местом мира шиноби. 

Начиналось всё как никогда хорошо - группа двух опытных членов АНБУ и двух вспомогательных лиц в лице Джину и его компаньона выдвинулась в указанное место. Поспевать за скоростью с коей передвигались командиры - было тяжело. Годы тренировок и слаженная работа заставляли взор брюнета испытывать некоторого рода восхищение. И не столько из-за их собственных навыков - сколько из легкого ощущения тепла в груди. Возможности прикоснуться к тому что было так близко к тому - кем являлся его отец. Он знал о нём лишь из короткой информации упоминаемой им самим и теми кто его окружал. Превосходный шиноби, верный деревне член АНБУ. Пусть о втором и говорили редко - не заметить татуировку на его плече было трудно. Ту же татуировку которая красовалась на руках бегущих впереди коммандиров, и ту же - которую однажды Джину желал получить на собственную руку. Но сейчас - он был слишком далёк от этого. Слаб и несовершенен. Сломлен и в глубине души жаждущий закончить свой путь. Желание умереть таилось и развивалось в его душе и росло с каждым днём с начала гибели Сайо - прорастая подобно сорнику в самых глубинах сердца и души. 

Спустя несколько суток с проникновения на территорию Амегакуре.

— Эй, не засыпай! Они еще не пришли! — прокричал голос столь знакомый для брюнета. Вэй - с которым они познакомились не так давно и пересекались на территории клана еще реже - был рядом с ним и толкал его в плечо. Жгучая, невыносимо жгучая боль в области грудной клетки и левой руки, столь проникающая в глубины его разума что будто бы подталкивало его к мысли что это конец. Что уже скоро он сможет закрыть свои глаза и встретиться с теми кто был так дорог для него прежде. Перед глазами всё плыло а тело выло и не слушалось, не позволяя даже лишний раз пошевелиться а лишь наблюдать небольшой подсумок с пилюлями которые могли позволить ему прийти в движение. Маска что до сих пор скрывала его лицо и имела лишь несколько сколов в верхней части основания, маска изображающая лису - маска что пришлась по нраву Учихе и была выбрана им по личным причинам. Он понимал - миссия изначально была обречена на провал. Пусть и удалось найти цель их миссии - допрос оказался неудачным, спланированным третьими лицами что также вели свою охоту и выполняли свои задачи. Последнее что помнил Джину - как один из командиров на их миссии вытолкнул мальчишек из окна высочайшего в их жизни здания за мгновение до взрыва. Осколки стекла пронзили руку а пламя и жар охватили его плечо и грудь прожигая одеяние и заставляя на мгновение испытать удушье. Цель была мертва, пусть последний удар и был нанесён неизвестными лицами дабы скрыть имеющуюся информацию - конечная цель была исполнена. Но что стало с командирами команды? Вернутся ли они за мальчишками что сейчас скрывались с старых и сырых катакомбах имея при себе лишь рацию, пилюли и пару-тройку взрывных печатей пригодных разве что для самоубийства. Ни Джину, ни Вэй знать не знали как долго они пробудут здесь. Один из них был ранен - второй же по своему виду сломлен. Они не знали где находятся, не знали как им покинуть это место и что важнее всего - не знали кто именно напал на них.

— Вэй.. — едва смещая сустав правой руки и размещая его на плече товарища, крепко сжимая своими окровавленными пальцами и скрипя зубами от жгучей боли — ..оставь меня здесь и оставь мне одну взрывную печать, я выиграю тебе время и покончу с собой. По возможности заберу с собой кого-нибудь из тех людей. Пожалуйста. Я всё равно не рассчитывал вернуться живым.. — глаза человека что по своему взору был уже давно мёртв. Он погиб вместе с ней в тот день когда она спрыгнула вниз на его глазах. Её смерть дала ему силу, но он был слишком слаб и юн чтобы справится с грузом и послевкусием этой силы. Желание идти дальше мерцало слишком глубоко внутри той тьмы что пожирала его сердце с каждым вздохом и импульсом удара сердца. Он искренне верил что Вэй выполнит его просьбу и сможет спасти хотя бы себя, но как поступил Вэй в тот день? Порой брюнету казалось что он слышал её голос там - где его не могло быть. Видел её лицо в тех - кто ей не является. Он цеплялся за прошлое и не хотел его отпускать, намертво прибивая его к себе ржавыми и вызвающими гниение гвоздями.

— Я хочу лишь увидеть их вновь, пожалуйста.