Вечер неспешно опускался на поместье Хисамацу и случавшаяся здесь по обыкновению смена часовых не заставила себя долго ждать. Однако, часовые эти, невзирая на обычную готовность к любому сценарию, не заметили их былого гостя, который ухитрился прокрасться на территорию в статусе полного инкогнито. 

 Когда над домами пророкотал гром, пришедший и сюда с севера, в проходе главного здания проявился тёмный силуэт, облаченный в плащ. Холодное пламя мелькнувшей среди облаков молнии, разрезавшей небеса, оказавшись позади этого силуэта, почти мистически явило его уже в этой "святая святых". Для "Пейна" всё, что людьми из этих мест считалось свято, было как минимум оспариваемо, и как максимум - неприемлемо.

Он начал броско, смело шагнув в пределы, в которых недавно бывал. В лицо дохнуло витавшими в воздухе благовониями - неизменно подчеркнувшими антураж женского логова. Сумерки, из-за разыгравшейся бури, норовили опуститься сильно раньше обычного.

— Задача выполнена, - прозвучал его голосНе владеет этой способностью в тот миг, когда настало затишье, — Мы явились доложить об этом, потому что глава Хисамацу изъявляла желание увидеть нас снова после предприятия...

Замолчав, человек стоял, держа руки опущенными. Его выражение оставалось бесстрастным, как и тогда. Словно не он только что сделал дело, которое могло бы стоить ему спокойствия до конца дней. Внутри рукавов вторженец удерживал в готовности два куройбоНе владеет этой способностью, торчавших из его ладоней и срезанных наискось как бамбук. Достаточной длины, чтобы их не было видно в такой позе.