Учиха Обито (Кабинет Выдачи Миссий)

Дверь кабинета открылась с легким скрипом, и Обито шагнул внутрь, привычным движением стягивая с плеч рюкзак. Он уже не обращал внимания на обстановку вокруг – знакомые стены, полки, уставленные свитками, мерное перкшкптывание шиноби за столами.

Шум вокруг едва уловимо наполнял пространство – звуки листающих свитки рук, тихие разговоры о заданиях, скрип пера. Обито направился к столу, стараясь выглядеть бодро, но не суетливо. Взгляд бегло скользил по лицам тех, кто уже находился в кабинете. Люди казались частью повседневного пейзажа, пока не остановился на одном из них.

Он замер.

Рин.

Мир будто сжался в одну точку. Звуки приглушились, словно кто-то накрыл его голову плотным покрывалом. Сердце застучало быстрее, отдаваясь в ушах, а где-то в животе зародилось приятное, но волнующее тепло. Ее силуэт, простой и естественный, вдруг затмил все остальное. Она стояла у доски с объявлениями, слегка склонив голову, а ее волосы мягко спадали на плечи, как теплый солнечный луч.

Обито не мог оторвать взгляда. Все внутри будто наполнялось светом, каким-то детским восторгом, который он не мог контролировать. Она казалась такой яркой, словно упавшая звезда среди свитков и обыдинности. Рин была чем-то ярким, единственным, что сейчас имело значение.

Сердце трепетало, как будто каждое ее движение – даже малейший наклон головы или небрежный взмах руки – были созданы для того, чтобы запомниться мальчишке навсегда.

Он даже не заметил, как сжался кулак. Пальцы дрожали, не от волнения, а от смеси смущения и радости, которую он не знал, как выплеснуть. Все это время он стоял, чувствуя, как щеки начинают гореть. Но разве кто-нибудь заметит? Она бы заметила?..

Он не знал, что делать. Его ноги будто приросли к полу, а разум наперебой твердил: "Скажи что-нибудь!"

— Рин! — выкрикнул он, забыв про все остальное.