Кафка плюнул на это дело и бросил удочку на берег. Рыбка пахла уже на весь порт, и он ели сдерживая слюни, накинулся на рыбку и начал ее есть. Она уже была готова, но ещё была слишком горячая. Он дул на нее и откусывал по маленькому кусочку с краев, где был слой по тоньше, и благодаря ветру уже остыл.