В ушах ещё стоял шум порывистого горного ветра, но все же они оказались вновь в том самом баре, шум веселья и гомон толпы были явственным свидетельством того, что он очутился там же где и был до этого. Не обращая внимание ни на кого, он вышел на улицу, подышав сырым воздухом Киригакуре, сложил несколько печатей, применяя призывЯстреб