Учиха слегка наклоняет голову, взглянув на изумрудное свечение и последствия, к которым приводило его действие. Да и слова Тсунаде не оставили сомнений.

— Вот оно что... Так значит, ты ниндзя-медик? Как нелепо.

Он позволяет себе лёгкую ухмылку. Никакая другая эмоция не могла описать то, что пришло к нему на ум. Своим грубым стилем боя, комплекцией и специальностью она доказывала, что находится где-то на грани между абсурдной позицией и нарушением всех установленных правил ведения боя в полевых условиях. Мадара редко имел дело с ирьенинами, но они всегда представали довольно хрупкими и ценными союзниками, потерять которых в условиях боя, означало бы повышение процента провала минимум до семидесяти. Узкий специалитет и редкость вынуждали беречь их, как зеницу ока. А что же из себя представляла эта девушка? Опрометь. 

— Должно быть, у тебя довольно высокий болевой порог и сила духа, куноичи. Такие как ты - приоритетная цель врага при любом возможном раскладе... а руками ты машешь так, что готова отдать жизнь в бою, и явно не стремишься умереть последней. В чём же смысл твоих тренировок? Рванёшь в ближний бой и погибнешь, оставив отряд в положении, подчас хуже смерти. Провалишь миссию. Думаешь, такие риски оправданы только потому, что ты хочешь быть сильной женщиной?

Он говорил подобное слишком последовательно и каждое его слово разило бы в самое сердце. Это был упрёк или насмешка? Скорее, надменность, с которой он подходил к вопросу, как будто знал куда больше неё. И не заметил, как руки сошлись крест-накрест в области грудных, а сам он уже не полубоком общался, а полностью обратился к ней, наблюдая процесс исцеления.

"Говорят, что их техники довольно затраты по чакре... и не всегда являются панацеей. Вполне возможно она уже на пределе своих сил и вот-вот свалится"